Страница 87 из 129
Глава 23
В которой Фейри Грин витает в облаках
Думаю, мне вчера удалось вовремя остановиться, и наступившее утро не принесло на крыле жаворонка обещанных Алланом «твёрдых последствий» мягкого вкуса пунша. Разве что звуки казались чуть острее обычного, запахи — слишком яркими, а цвета — необычно громкими. Далеко не все участники вчерашней вечеринки отделались настолько безболезненно. Сквозь полог палатки я отчетливо слышала, как неподалёку кто-то жаловался на превратности судьбы бочке с водой, то и дело прерывая изливание души более физиологическим процессом. Чуть дальше кто-то молился, сопровождая обращение к Творцу звуками ударов дерева о медь. Или лбом о трубу, а уж что из чего состояло, разобрать сложно.
— Готовы к великим свершениям?
Тайлер хотя и уснул вчера позже всех, сейчас выглядел отвратительно бодрым. Все же гномской крови в нем явно больше, чем кажется на первый взгляд. Обычный полукровка не может по утрам так радоваться предстоящей работе. Я же старательно гнала подальше мысль, что второй этап начинается через четыре часа, а до хребта Глен-мор «всего-то пять сотен миль».
— Нет.
— Завтрак через двадцать минут, — объявил Тайлер, извлекая из коробки очередное порождение мастерской Ори Грориссона, походный разогреватель. — И мистер Сибрук велел вам явиться, как только проснетесь.
— А если я проснусь через двадцать минут? — осведомился соседний спальный мешок. — И вообще, до старта еще куча времени, можно слетать в ресторан и обратно.
— Мистер Сибрук, — вслед за разогревателем появился баллон с газом и связка чего-то продолговатого, в промасленной бумаге, по виду напоминающая динамит, а по запаху копченую свинину, — предупредил: если через пять минут вы не встанете, он явится с ведром.
— Оу! — мешок задергался и раскрылся, выпуская наружу нечто встрепанное, в кальсонах с начесом и льняной нижней рубашке с завязками. — Ведро Шкипера — уже серьезная угроза. Если повезет, вода будет ледяная.
— А если не повезет?
— Понятия не имею, — стуча зубами, признался лейтенант, — Старый Шкипер по этой части на диво изобретателен. Просто поверь, лучше не проверять. И… отвернись, будь любезна.
Говорить Аллану, что вряд ли он сумеет удивить меня человеческой анатомией, я не стала. Тогда бы пришлось упомянуть и «галерею поверженных врагов», где тела этих самых врагов сохраняются в пригодном для вдумчивого созерцания, залитые прозрачной смолой. Или «галерею охотничьих трофеев», где среди чучел хищников двуногие и четвероногие представлены на равных. Гномы, кстати, утверждают, что этот обычай эльфы переняли у них, просто в тот момент не имели даже качественных резцов для работы по дереву, не говоря уж о камне.
Старый Шкипер наверняка вызывал бы у древнего гномского скульптора восторг, переходящий в экстаз. Подобные черты лица, иногда именуемые «рублеными», отлично воспроизводятся на каменных изваяниях. Или на батальных полотнах, где бравый капитан извещает команду:
«Впереди буря, рифы, мели, пираты и противный ветер, а теперь плохие новости, парни — ром на исходе!»
.
— Выглядишь бледновато, — заявил он Аллану, — может, влить в тебя для бодрости пинту кофе?
— Не пью кофе в таких количествах по утрам, сэр.
— А я разве сказал «выпить»? — нарочито удивился Старый Шкипер. — Клизма эффективней.
Я в очередной раз мысленно посетовала, что плохо понимаю человеческий юмор. А затем, покосившись на побледневшего лейтенанта, осознала, что Старый Шкипер мог и не шутить.
— Смотрим все сюда! — смахнув с верстака разложенные там инструменты, Сибрук принялся разворачивать карту с надписью «Северная Арания». Края тут же попытались свернуться обратно, и Аллан прижал один мешочком с инструментами, а Тайлер — кружкой со своим любимым клановым пойлом.
— Конечная точка этапа, городишко, именуемый Норнлокк, — Шкипер ткнул огрызком карандаша в маленькое темное пятно у подножия хребта Глен-мор. — Пятьсот двадцать миль, если лететь по прямой. В наших планах обозначен как «вариант А». Почти шестьсот, если лететь вдоль железной дороги. Зато получается неплохая цепочка из хорошо заметных ориентиров, да и сама железка — довольно неплохой указатель. Поэтому вариант «Бэ», то есть «большинство». Это самое большинство полетит как раз вдоль железной дороги, с четырьмя посадками. Самые осторожные или прожорливые по воде и топливу вообще с пятью-шестью. Рисковые попробуют с тремя, а потом будут объяснять судьям, почему свалились в овечий загон с пустым котлом.
— А мы? — спросила я, уже заранее предчувствуя, что не буду рада ответу.
— С одной.
— Потому что, — гордо выпрямился Тайлер, — у нас отлаженный котёл с принудительной циркуляцией, конденсаторная система мистера Грориссона и сниженный бутан в качестве топлива.
— Сжиженный, — поправил Аллан.
— Я так и сказал.
— Нет.
Старый Шкипер стукнул карандашом по карте.
— Подерётесь в полёте, джентльмены, времени у вас будет предостаточно. Наш дорогой мистер Грориссон заверяет, что «Варг» способен без посадки дотянуть до Дромнесса. Это, — Сибрук нахмурился, водя карандашом вдоль нитки железной дороги, — где-то здесь, примерно на половине пути к хребту. Ори со своими уже выехал туда утренним экспрессом. К моменту вашего прибытия наготове будет запас воды, топливо, горячая еда…
— … и горячая ванна! — вырвалось у меня.
— Мисс Грин… — после паузы вкрадчиво спросил Сибрук, — вам доводилось принимать ванну… допустим, в котле паровоза?
— Нет, сэр.
— Попробуйте как-нибудь, — все тем же обманчиво-вкрадчивым тоном посоветовал Старый Шкипер. — Незабываемые впечатления гарантирую.
Поймав сочувственный взгляд Тайлера, я сообразила, что «незабываемые» впечатления вовсе не тождественны приятным. И проглотила уже готовую сорваться с языка реплику.
— Ори клянется, что ему хватит два часа на полную проверку, — не дождавшись от меня ответа, продолжил Старый Шкипер. — Значит, есть шанс уложиться в четыре. Потом второй отрезок до Норнлокка.
Я посмотрела на карту. Жирная клякса столицы королевства, равнины, реки, пятна лесов, торфяные болота, все более редкие городки, крохотные точки лишь изредка подписанных деревень. Чем дальше от Клавдиума, тем разреженней становилась паутина из дорог и поселений, уплотняясь лишь у самых зубцов Глен-мора. Формально человеческие, тамошние жители веками жили благодаря торговле с гномами, а потому слово из гномских караков значило в тех местах куда больше, чем указы Её Величества.