Академия Форхиллз

Глава 18 Несбывшиеся обещания

Виви

Этой ночью мне снились кошмары. Уставший и потрёпанный жизнью Шон менял подгузники четверым детям, пока я грела бутылочки. Мы ни с чем не справлялись, а обещавшие помогать прабабушки Теймроуз-Торнхарт укатили на какой-то солнечный курорт и выкладывали счастливые фото из соцсетей.

Я отчаянно жонглировала горячими бутылочками, а Шон грязными подгузниками, когда в дверь позвонили. На пороге стояли Вианор и Вернон, они нараспев произнесли:

— Тетушку и дядюшку вызывали?

Проснулась в холодном поту. Даже не знаю, что меня повергло в больший ужас: стать многодетной матерью или то, что Вернон мне кузен или ещё кто-то.

Посмотрела на часы.

Семь утра. Не думаю, что усну.

Позвонила маме.

На удивление она быстро подошла к телефону. Тоже не спит?

— Что такое, моя милая?

Она была не в курсе инцидента в поместье Эшрейвенов, и мы с бабушкой решили лишний раз ее не пугать.

— Да так.. У меня парень появился, — тут мне даже врать не пришлось.

— Как здорово, милая. И кто он? Вы предохраняетесь? Это важно, Виви.

— У нас дальше поцелуев пока не зашло, но да. Надо бы предохраняться, с нашей-то генетикой. Это Шон Торнхарт, кстати.

— О..

Не знаю, как расценить её “О”. Но довольной она не показалась.

— Что-то не так?

— Я просто всегда хотела, чтобы ты была подальше от этого, Виви. Вот и все.

— Почему? Моя сила, рано или поздно проявилась бы. Ты в курсе, что я на похоронах, чуть Вернона Кэмпбелла не прикончила?

— У тебя не должно было быть силы, Виви. Все должно было перейти к Вианор, но..

Я поперхнулась. Вот так открытие, они даже силу мою поделили за меня. Уже и забыла, зачем позвонила маме. Злость заполняла меня до краев, и я с трудом сдерживала обвинения. Они жгли ядом мой язык.

Если бы.. Если бы нас не разлучили, все сложилось бы иначе. Даже с Маршей, работая на два голоса, мы могли противиться проклятью. Вдвоем с Ви мы бы точно справились. А теперь ее нет.

— Но она умерла, — закончила я за маму.

На какое-то мгновение повисла тишина, и я поняла, что вновь разбередила свежие раны. Нужно было что-то сказать, вернуться к тому, что мучило меня этой ночью.

— Ты ведь сейчас не одна, ма?

— А?

— У папы же были какие-нибудь родственники, с которыми ты могла бы поговорить? Братья или сестры..

Но я и сама знаю, что у папы не было родни, на похороны почти никто не пришел, сотрудники, да постоянные клиенты нашей пиццерии.

— Почему ты спрашиваешь? — слишком резко спросила мама, она никогда не звучала такой испуганной.

— Эм. Не хочу, чтобы ты одна варилась во всем этом.

— А.. ну да!

Поздно. Я уже поняла, что задала правильный вопрос. Может быть, поэтому она так резко уехала из поместья, не Авелин она боялась, а моих расспросов. Ведь, я могу заставить ответить.

— Люблю тебя, ма. Сегодня мы с Шоном будем ужинать с нашими бабушками. Жесть, да?

— Всё будет хорошо. Торнхарты правильные. Она одобрит. И я тебя люблю.

Гудки.

Мне показалось, или во фразе “Торнхарты правильные” прозвучало слишком много горечи. Но Авелин никогда не была против папы. Не в восторге, да. Осуждала выбор, ещё бы! Мы не были идеальной семьей, которая собирается за одним столом на День Благодарения, но ничего неправильного в нас тоже не было.

Стук в дверь.

Даже не удивилась, увидев Шона. Возможно, мои утренние разговоры с мамой разбудили его.

— Тебе тоже снились кошмары, Виви?

Показала ему четыре пальца:

— Вот стольких детей ты заделал мне во сне, Шон.

— Нужно срочно выбираться отсюда, Вивс, и снова видеть наши общие сны под фиолетовым небом.

Как же я чудовищно по ним соскучилась. Но из Форхиллз нам туда не пробиться.

— А тебе что снилось? — спросила его, лишь бы не обсуждать дальше мой многодетный кошмар.

Я тактично умолчала про дядюшку Вернона и воскресшую сестру.

— Мне снилось слишком много чертова Кэмпбелла.. Они с Лиамом были моим шаферами на свадьбе. Как мы дошли до этого, Виви? Меня этот парень пугает сильнее, чем родовое проклятье!

Рассмеялась. Чудесным образом все плохие мысли улетучились, едва он пришел. От него пахло мятной зубной пастой, мылом и краской. Хотелось зарыться лицом в помятой футболке и дышать только им.

— Времени еще много. Показать тебе кое-что, что напомнит наши сны?

Он протянул мне руку, и мы пошли в его комнату. Бросила взгляд на незастеленную постель и сглотнула. Должно быть, она еще теплая, и тоже пахнет им. Шон закрыл дверь, и мы очутились в непроглядной темноте. Гардины были плотно зашторены и не пропускали ни единого лучика солнца.

Раздался щелчок выключателя, и под потолком загорелись тусклые светодиодные ленты. Они подсветили роспись с фиолетовым небом и черными корнями деревьев. Я ахнула, словно мой сон ожил в эту секунду и стал реален. Шу здесь, на расстоянии вытянутой руки, и теперь не исчезнет, ни когда я проснусь, ни когда я усну.

— Думаю, можно будет наклеить бумажных бабочек на стволы деревьев, они будут подрагивать как живые. Что скажешь?

Но даже нарисованные Шоном бабочки выглядели так, словно вот-вот упорхнут прочь.

— Это.. Это..

У меня не хватало слов, чтобы описать восторг от увиденного, но в сердце тут же неприятно кольнуло, когда я вспомнила, что точно так же он расписал потолок в комнате Вианор. Ужасная, отвратительная ревность сейчас была совершенно неуместна, но я ничего не могла с собой поделать.

— Что-то не так? — Шон неправильно расценил мое замешательство.

— У Ви была такая же картина.

Мне хотелось откусить себе язык за то, что не смолчала. Но это было сильнее меня.

— А.. — он заметно сник и засунул руки в карманы. — Я же тогда не знал.

Ему не нужно оправдываться, я все понимаю, и Шон испытал достаточно боли, ни к чему ему новые едкие шпильки. Но я просто не могла двигаться дальше, пока сама от них не избавлюсь.

— Прости, — он извинялся искренне, а мне хотелось сбежать обратно в свою комнату и разреветься оттого, что никак не могу отпустить.

Глаза защипало.

— Выключи свет, — хрипло попросила его.

Комната снова погрузилась во мрак, и я дала волю слезам. Шон поймал меня за плечи, и мне не удалось скрыть от него дрожь от беззвучных рыданий.

— Прости.. прости меня, Виви..

Он целовал мои слезы и бесконечно извинялся за то, в чем не был виноват. Я же продолжала выпускать свою боль наружу.

— Мне иногда кажется.. Если бы.. если бы Вианор не умерла, мы бы никогда не встретились. Вы бы полюбили друг друга, и Шу однажды перестал бы приходить в мир грез. Что, если именно ее ты любил на самом деле? Реальную, живую девушку, которая ходила с тобой на занятия, плавала в бассейне, посещала семейные торжества. Я все еще чувствую себя воровкой, Шон!

Мой голос срывался, а отчаяние душило.

— Я не все тебе показал, Виви.. Ты кто угодно, но точно не воровка. Дашь мне еще один шанс? Это ответит на твои вопросы.

Он уверенно вел меня по темной комнате, пока я продолжала истекать слезами, его пальцы подрагивали на моих плечах. Запах краски стал сильнее, и я уловила во тьме белые очертания призраков.

— Нужно немного света, Виви, ты позволишь?

Булькнула что-то утвердительное, его руки исчезли, и я зябко поежилась.

Занавеска отъехала в сторону, и призраки испарились, явив мне мольберты, спрятанные под белыми простынями. Шон начал стаскивать их одну за другой.