Страница 19 из 53
Глава 10
Гор
Связь ловила через раз, будто гора сама решала, дать мне слово или нет. Но перед тем как лечь, я всё-таки вытащил из кармана спутниковый модуль, дождался, пока мигнёт зелёный индикатор, и набрал короткий пост. На то, что я смогу что-то расписать подробней или загрузить фотографию, рассчитывать не приходилось, а ситуацию все же следовало зафиксировать.
«Поднялись выше. День был жёсткий. На переброске нашли оборванную линию. Карниз подо мной ушёл мгновенно. Если бы Кира не заметила.. Впрочем, обойдёмся без драматизма, живы – значит, горы сегодня к нам милостивы. Странно другое: впереди нас шла только одна связка. Имена называть не буду, выводы делайте сами. Завтра двигаем дальше. Надеюсь, без сюрпризов».
Я перечитал. Текст вышел сухой и безэмоциональный, но меня полностью устраивал выбранный тон. Нажал «отправить», подержал устройство пару секунд, пока не удостоверился, что моя весточка опубликована. И как только это произошло, соединение оборвалось, будто его и не было. Вот и как тут не поверить в мистику?
Вернув модуль на место, я поерзал, устраиваясь поудобнее. В палатке было холодно. Конденсат на стенках превращался в ледяные бусины. Кира дремала в спальнике, я невольно прислушивался к ее дыханию. Оно успокаивало своей размеренностью.
— Что ты копаешься? – вдруг проснулась она.
— Отправил весточку, чтобы эта сука не думала, что ей все сойдет с рук.
— У нас нет доказательств, что это Магда, – как мантру повторила Кира.
— Будут.. Я вот что хотел спросить.. Как ты смотришь на то, чтобы немного изменить план?
— М-м-м?
— Я хочу выйти к четвертому лагерю.
— Сейчас? – изумилась Кира, приподнимаясь на локте.
— Не прямо сейчас, но раньше, чем мы планировали. Чтобы исключить опасность. Ведь если Магда двинет первой, покоя нам не будет.
Кира помолчала, то ли обдумывая мои слова, то ли прислушиваясь к себе.
— Я не против. Горы вроде бы к нам благосклонны. Нужно этим пользоваться.
Я усмехнулся: «Моя девочка!». Все она понимает.
— И погода хорошая, – добавил я.
— И время сэкономим, – подхватила Кира.
— Значит, решено. Пойду, поговорю с Ками..
Шерпа не спал – сидел у входа в свою палатку, попивая горячий чай из жестяной кружки, будто зная, что я приду, и какие приведу доводы. Выслушал меня внимательно, без единой эмоции на лице, кивнул:
— Гора сегодня добрая, – сказал он. – Если она зовёт идти – надо слушаться.
Не знаю, как это объяснить.. Будучи до мозга костей материалистом, я уже давно уяснил, что здесь, в горах, жизнь текла совсем по другим законам. Так что, прислушавшись к зову гор, мы выдвинулись ещё до рассвета. Небо было чернильным, но странно прозрачным, словно звёзды висели ближе обычного. Снег за ночь подмерз, и идти было легко: мы почти не проваливались. Усталость давила на плечи, жгла мышцы, но если честно, я был готов к гораздо худшему.
Кира шла чуть позади, и хоть это было невозможно, казалось, что я слышал её ровное, упрямое дыхание. Мы почти не говорили, экономя силы и полностью отдаваясь процессу.
Часа через два небо над хребтом стало светлеть. С первыми лучами туман рассеялся, вышло бледное солнце, натурально подсвечивая нам дорогу. Шли бодро, хотя, казалось бы – силы были на исходе.
— Что за чертовщина? – пробормотал я, когда мы обогнули очередную ледовую стенку. – Это должно быть сложнее.
— Давай не будем жаловаться, – фыркнула Кира. – А то Нангушечка передумает.
Я обернулся. Она улыбалась – той самой особенной улыбкой, от которой у меня каждый раз болезненно сжималось в груди.
Нас ждал последний рывок до штурмового лагеря. А потом, после короткого отдыха, сам штурм. Мы шли и шли. Снег под ногами становился плотнее, а ветер окончательно стих. Гора будто сама подставляла нам свою огромную спину.. Я много чего успел повидать, но такое со мной случилось впервые.
К четвёртому лагерю мы подошли почти на час раньше, чем я рассчитывал. И это тоже путало карты, потому что на штурм здесь обычно выходят ближе к полуночи, но мы не могли оставаться так долго в зоне смерти, и выдвинулись около девяти. Благо нам способствовала погода.
Уже на первых метрах ночного подъёма я понял, что усталость – не единственное, что прилипло к нам после последних суток. Было ещё что-то странное, тонкое, как электричество в воздухе. Ощущение, что сегодня перед тобой открыты вообще все пути.
А что если так и начинается горняшка? Мое слабое место как инструктора в том, что я никогда не переживал ее на собственной шкуре. Сотня восхождений, куча маршрутов, но организм ни разу меня не подводил. Великолепная генетика, как упрямо твердил мой первый напарник. Но теперь.. Сейчас.. Когда я чувствовал себя почти невесомым, когда ноги сами безошибочно нащупывали путь, когда грудь будто расширилась, готовая впустить в себя весь разреженный воздух Гималаев, я вдруг засомневался, что это нормально. И стал внимательно прислушиваться к своему дыханию. В конце концов, этот гиперконтроль стал не на шутку меня раздражать. Лучше уж один раз проверить, чем всю дорогу гадать, не поехала ли у меня крыша.
— Кир, – окликнул я её, притормаживая. – Подожди секунду.
Она остановилась, вонзила ледоруб в склон и обернулась.
— Что? – спросила, сдвигая маску.
Я вздохнул, смиряясь с тем, что мои слова прозвучат совсем не так уверенно и брутально, как мне бы того хотелось.
— Спроси у меня что-нибудь.
Кира моргнула, не сразу догадавшись, куда я клоню.
— Может, попробуем проверить сатурацию?
— Шутишь? Батарейки замерзли.
— Хорошо. Какой сегодня день?
— Среда.
— Где мы?
— Нанга-Парбат, северный склон, переход к четвертому лагерю.
— Как тебя зовут?
Я посмотрел на неё так, что она даже улыбнулась.
— Миша Горский.
— Ты меня любишь?
Говорить на такой высоте сложно. Соображать еще сложнее. Но у меня вроде получалось. До того, как она задала этот вопрос. Тут я завис, как дурак, шевеля губами. Прижал маску к носу. Сделал вдох. Кира хохотнула:
— Пойдем, все с тобой в порядке.
И мы пошли. Ноги гудели, дыхание резало горло, каждое движение требовало неимоверной отдачи. Со мной все было в порядке, да. Тест Киры это доказал. Но в голове у меня продолжал крутиться её вопрос, на который я так и не дал ответа.
Ты меня любишь?
Нет, она, конечно, свела все к шутке. На её месте я бы сделал так же – проверил бы напарника на критичность мышления через самую неудобную тему, которую только можно придумать. Все гениальное просто.
И всё же.