Страница 95 из 106
Глава 52. Даниил
Он — тьма, в которой выживают.
Она — свет, который не жжёт, а греет.
Я тянусь к ней медленно. Почти осторожно. Будто боюсь, что если сделаю резкое движение —
всё исчезнет. Этот момент. Она.
Всё.
Мои губы наконец находят её.
Сначала это даже не поцелуй — просто касание. Тёплое дыхание на дыхание. Я чувствую, как
дрожат её ресницы, как она замирает, и на секунду мне кажется, что вокруг нас нет ни огня,
ни криков, ни чёртового мира, который когда-то посмел нас рассоединить. Только её губы —
совсем близко.
А потом я больше не могу сдерживаться.
Я целую её по-настоящему.
Жадно. Глубоко. Так, будто весь этот пожар вокруг — лишь слабая тень того, что горит внутри
меня. Пальцы сами находят её шею, скользят в кудри на затылке, притягивая её ближе, ещё
ближе, пока между нами не остаётся ни капли воздуха.
Она сначала отвечает осторожно. Робко. И от этого внутри всё сжимается.
Но уже через
мгновение её губы становятся отчаянными. Она вцепляется в меня так, будто тоже боится
потерять этот момент. Будто пытается выпить этот огонь прямо из меня.
Вкус дыма, соли и её дыхания кружит голову.
Пламя ревёт вокруг, жар касается кожи, но я почти не чувствую его. Есть только она. Её
губы. Её руки. Это безумное, неконтролируемое желание, которое давно уже вырвалось из-под
контроля.
Я отрываюсь всего на секунду. Только чтобы посмотреть ей в глаза.
Зелёные. Потемневшие. Живые.
— Ты горишь… — хрипло шепчу прямо в её приоткрытые губы. — И я сгораю вместе с тобой.
И снова целую.
На этот раз без осторожности. Без попыток остановиться. Полностью отдаваясь этому безумию.
Огонь вокруг вспыхивает ярче, но настоящий пожар — здесь. Между нами. В этом поцелуе,
который кажется бесконечным. Но за секунду всё меняется, и моя Поля оказывается в огне. А я
стою на месте и ничего не могу сделать. Она горит, я кричу, но будто прикован к полу...
— Пожалуйста, нет. Не надо...
А потом я резко вскакиваю, выныриваю из сна и принимаю положение сидя. Мрак сна быстро
проходит, и я вижу рядом спящую голую девушку. Боже, я впервые спал. Не было бессонницы и
если бы не кошмар, я бы, можно сказать, выспался полноценно. Но даже этот сон, был крепче,
чем все мои предыдущие.
Поля спит на животе, одна её нога согнута в колене. Руки под подушкой. Волосы рассыпались
по подушке. Такая милая и красивая. А ещё нежная и ранимая. А вчера... Горячая, сексуальная,
развратная...
От одних воспоминаний на теле выступают мурашки, а между ног каменеет член. Вот же
голодающий, всё ему мало. Ещё подавай ракушку. Только её хочет.
Я кладу пальцы на её спину и провожу вдоль позвоночника. Поля спит, но её тело — нет.
Следом за моими пальцами бегут мурашки, как по заказу. Я наклоняюсь и целую их. Ловлю
губами. Знаю, что перегибаю, что ей надо отдохнуть, ведь уснули мы ближе к рассвету. Но как
заставить себя оторваться от неё? Как перестать желать и трогать? Это невозможно.
Я будто не жил эти два года. Будто не дышал. А вот сейчас, с ней, снова вдохнул. Вылез из
собственного гроба. Ожил.
Кудрявая голова начинает шевелиться. Кажись, принцесса приходит в себя. Или нет. Неважно. Я
помогу её прийти в себя другим способом. Более приятным.
Я продолжаю целовать её спину, опускаюсь ниже и целую два круглых полушария. Идеальная
форма, как и вся Полина. Взяв её за талию, я переворачиваю ракушку на спину и продолжаю
целовать уже перёд её тела. Плоский живот... Пока ещё плоский. Там уже тихо сидит мелкий
партизан. Надеюсь, партизанша. Хочу девочку, такую же красавицу, как и её мать. Потому что
если там мальчик... Я не знаю, как надо воспитывать сына. Мой отец научил меня всему
плохому. Боюсь, я не смогу научить своего того, чего не знаю сам.
Благо, малыш пока никак не показывает своей матери, что он внутри неё. Врач предупреждал,
что может быть токсикоз. Но, кажется, у моей ракушки нет проблем с аппетитом. Что ж, ждём,
когда наша будущая мама сама поймёт, что беременна. Когда там у них это происходит? Когда
Полина вспомнит, что у неё задержка? Главное, чтобы после свадьбы. Которая, кстати, завтра.
Ладно, не думать об этом. Потом. Сейчас только Полина.
Я снова тянусь к её груди, слегка кусаю сосок и тем самым, кажется, привожу Полину в
чувство.
— Даня? — сонно спрашивает и пытается приоткрыть глаза, которые, кажется, её не слушаются.
— Доброе утро, любимая. Выспалась? — спрашиваю и снова наклоняюсь к груди. Такой сочной,
вкусной и возбуждающей. Бля, как я скучал. Не могу насытиться. Ну не могу, что тут поделать.
— Ух, — сначала вскрикивает, а потом всё-таки завершает ранее начатое слово, — угу.
— Ты не против, я решил вместо завтрака съесть тебя? — выше поднимаюсь и уже напротив лица
замираю.
— Ну ужин у нас был плотным, — смеётся она. Ну да, я наелся её между ног, а потом она
наелась меня, когда я кончил ей в рот после восхитительного минета. К чёрту, я сейчас кончу
только от воспоминаний об этом.
— Можем повторить, если хочешь, — прохожусь языком по её влажным губам. Ох, что она делала
вчера этими губами, я думал, и душу вытащит.
— Хочу, — уверенно сообщает. — Только давай сначала в душ. Ладно?
— Только если вдвоём.
Через пару минут я уже стоял под тёплыми потоками воды и наблюдал за тем, как Полина
чистила зубы. Она была повернута ко мне спиной и смотрела на себя в зеркало. Немного
растерянно, как будто видит впервые.
— Данька, ты мне засосов наоставлял, — бурчит она вроде как злобно, но я вижу, как она
проводит по местам моих укусов и блаженно прикрывает глаза. Ну как это может не возбуждать?
— А ты исцарапала мне всю спину ногтями, — будто оправдывая себя, напоминаю о её грехах. —
А ещё чуть душу из меня не высосала, — ну это я так, чисто подразнить её.
— Даниил! — полна возмущения вскрикивает. А её щёки за миг становятся красными.
— А что? Пока ты чистишь зубы, я вспоминаю, как в твой такой аппетитный ротик вчера
врывался мой член.
— Понравилось? — бросает она щётку и ко мне поворачивается резко. Её грудь от такого
быстрого движения дёргается, а я как заколдованный смотрю на неё всю. Такая худенькая, прямо
ужас. Надо срочно откармливать. А то ребёнок вытянет из неё остаток сил. А она мне нужна