Я готова! Учите, профессор

Я поёжилась, сжала кулаки и поплелась к стулу у ректорского стола. Всё, не могу больше, устала от всего этого. От напряжения, страха, переживаний. Будь что будет! Не успеет Эйч, так сама в изолятор попрошусь. Там я хотя бы не буду бояться самой себя.

Люта подошла, погладила меня по голове, как порой это делала мама, когда я была маленькой, и прошептала:

— Всё будет хорошо, Тарусик. Ты только потерпи немного. Что ж тебе дед ограничитель какой-то сломанный передал? Ведь должен же был сработать кулончик.

— Он и работал, — вздохнула я, прислонившись головой к боку подруги. — Если бы Эйч не появился, точно помог бы.

— А он-то тут причём? — удивилась Люта.

— Вот и я не понимаю, почему он, — задумчиво пробурчала я.

Нет, ну правда, почему Эйч⁈ Да, он мне сразу внешне понравился, но сколько их таких! Тот же Акс мне гораздо больше нравился, и ничего, никакие силы не бунтовали. А тут, прямо как с цепи сорвалась. И что хуже всего, теперь точно не получится выкинуть из головы то, что прочитала в этой злосчастной книге. Потому что оно действительно всё совпадает.

Именно с появлением профессора Эйча со мной стало происходить всё больше странностей и казусов. Ну да, до него я могла порой взорвать лабораторию, или что-то обрушить, но это были мелкие происшествия, никто от этого не страдал… кроме имущества академии. Теперь же, что ни день, то новое происшествие, да таких масштабов, что мне раньше и не снилось. Это вам не рванувший котелок на зельеварении! Тут всю академию не угробить бы…

Дверь открылась и я уже собралась сдаваться, твёрдо решила сам в изолятор попроситься. Но в кабинет ворвался профессор Эйч, облегчённо вздохнул и выдал:

— Успел.

— Ну я бы не сказала, — протянула Люта.

А я… Я уставилась на него во все глаза и… Сама не знаю, что дёрнуло меня. Вообще перестала контролировать себя.

Вскочила, подлетела к нему, ударила в грудь. Толкнула, ещё раз ударила и, в результате, обняла, уткнувшись лицом в плечо и позорно разревевшись.

— Вот теперь я, пожалуй, пойду, — пробурчала Люта где-то там, далеко-далеко.

А я прижималась к груди Эйчтара и плакала. От страха, облегчения и ещё много чего. Ревела, как маленькая испуганная девочка. А он обнимал меня, гладил по спине и молчал. Ни слова не сказал, пока не послышался стук закрывающейся за Лютой двери.

И только когда мы остались одни, Эйч отстранил меня, вытер катящиеся по моим щекам слёзы и, вдруг, предложил:

— А давай сбежим?

— Куда? — опешила я, невольно всхлипнув.

— Ну, сначала от ректора, — улыбнулся он.

— Найдёт, — скривилась я, понимая, что ответ перед Адали всё равно держать придётся.

— Я разберусь, не переживай, — заверил меня профессор и опять крепко обнял, прижав к своей груди.

А мне было так хорошо и спокойно в его объятиях. Настолько, что опять стало страшно. А ещё очень неловко и как-то стеснительно.

Разревелась тут, как последняя плакса, обнимаюсь с профессором… да ещё и в кабинете ректора! Попыталась отстраниться, но он не пустил.

— Книгу прочитала? — спросил, продолжая удерживать в объятиях.

— Частично, — пробурчала я ему в рубашку, упираясь руками.

— Насколько? — не желал отставать профессор, чуть ослабив объятия, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Первые главы и закладки, — пробубнила я. — Отпустите уже меня!

Отпустил, но только для того, чтобы схватить за руку и не позволить отбежать подальше. Погладил большим пальцем мою ладонь, улыбнулся, опять этой своей особенной улыбкой, от которой у меня почему-то сердце замерло, и, вдруг, сказал то, от чего я вконец растерялась.

— Мне тоже страшно, Тара, — признался профессор Эйч. — Так страшно, как никогда не было. И знаешь, что хуже всего?

— Что? — ошарашенно прошептала я.

— Я боюсь не за себя, — выдохнул профессор, глядя мне в глаза.

— Ну, в этом мы с вами солидарны, — буркнула я, смущённо опустив голову. — А тоже боюсь за всех окружающих. Не хочу никому навредить.

— Глупышка, — тихо засмеялся он. — Ты никому не навредишь, скорее наоборот.

— В смысле? — вскинула я голову.

— Всё потом, — пообещал мне Эйч. — А сейчас нам лучше уйти отсюда. С Адали я сам потом поговорю.

— Куда? — насторожилась я.

— А куда ты хочешь? — улыбнулся он.

— Куда угодно, только подальше отсюда, — выпалила, боясь, что ректор Адали вот-вот вернётся.

— Так идём, — подмигнул мне профессор Эйч.

И он потянул меня за руку вон из кабинета ректора. Могла ли я сказать что-то против? Да я была только за! Куда угодно, только бы больше не бояться встречи с ректором Адали, и не переживать, что она может выгнать меня из ПИБА.

Но облегчение быстро сменилось сомнениями и настороженностью. Куда он меня тащит? Что задумал?

За территорию академии мне всё равно хода нет, купол не пропускает. Так где же тут можно спрятаться от ректора, которая всегда в курсе всего? Адали держала под зорким контролем все свои «владения».

Но профессор Эйч опять меня удивил. Нет, мы не пошли в заброшенное крыло, или в его комнаты, как я предполагала. Немного поплутали по пустым коридорам административной части академии и вышли в сад. Проучившись тут три года, я и не предполагала, что в ПИБА столько скрытых от адептов выходов! А Эйч всего несколько дней в академии и ориентируется уже не хуже Мораны. Сомневаюсь, что он по ночам на свидания в сад бегал, но, поди ж ты, дорогу нашёл без труда.

— А откуда вы так хорошо академию знаете? — покосилась я на профессора, шагая рядом с ним по садовой дорожке.

— И это всё, что ты хочешь спросить? — с улыбкой поинтересовался он.

— Пока да, — опустила я голову.

Для серьёзного разговора я ещё не созрела. И так неловко до жути. Нужно немного успокоиться, прийти в себя, убедиться, что нигде ничего не рванёт больше.

— Видишь ли, я прибыл сюда с определённой миссией, — задумчиво проговорил профессор. — Глупо было бы явиться, не подготовившись. Поэтому я изучил план здания и прилегающих территорий, просмотрел личные дела всех проблемных и выдающихся адептов, провёл разведку, так сказать.

— Ясно, — протянула я. — И моё личное дело просмотрели?

— А как же? — усмехнулся он. — Ты сразу попала в число подозреваемых.

— Вот уж спасибо, — проворчала я немного обиженно. — Сама знаю, что проблемная.