Страница 20 из 89
Глава 5
Так меня ещё никогда не заносило! Всякое бывало, даже как-то умудрилась случайно хлебнуть веселящего зелья и устроить небольшой погром прямо на лекции по истории магических конфессий. Но чтобы вот так, полностью потерять контроль и напасть на преподавателя… Такого ещё не было!
Соображала я, прямо скажем, плохо. Вернее будет сказать — совсем не соображала, что говорю и делаю. А потом и вовсе отключилась. Пришла в себя, когда меня куда-то несли. И не отказала себе в удовольствии облапить голый торс профессора, который, собственно и нёс меня в неизвестном направлении.
Профессор фыркал и шипел, чтобы я не распускала руки, но куда там! Тут такие мышцы, такое всё! Прижалась щекой к рельефной груди, мурча от удовольствия, как кошка, и зажмурилась.
Где-то на фоне слышались шепотки и отдалённые смешки. Но меня это сейчас вообще не заботило. Отреагировала только когда, пинком открыв какие-то двери, профессор попытался сгрузить меня на кровать, попутно разговаривая с кем-то.
Я цеплялась за него, не желая отлепляться, и мешала рассказывать, что со мной не так. Но он таки отцепил мои руки от себя, потом на лоб легла прохладная ладонь и я начала засыпать.
— Ну уж нет, — проворчала, пытаясь оттолкнуть руку магистра Аклиса, нашего главного целителя.
— Ну уж да, Тара. Спать! — приказал он и я уснула.
Ночью меня пару раз будили, чтобы заставить выпить какое-то противное зелье. А как только допивала, опять усыпляли. Так что, осознание очередного трындеца накрыло меня только утром, когда мама с Лютой пришли проведать и, заодно, рассказать, какое эпичное представление я устроила накануне.
— Убейте меня, чтобы не мучилась, — простонала я уже раз сотый, наверное, в подушку.
— Ну уж не-е-ет, — захихикала Люта. — Сначала я хочу увидеть твоё лицо, когда перед профессором Эйчем извиняться будешь.
— Да ни за что! — воскликнула я.
— Ну-ну, милая, — похлопала меня по руке мама, — не переживай так. Профессор на тебя не в обиде. Я с ним пообщалась, очень разумный мужчина. А ты, Люточка, — повернулась она к моей безжалостной подруге, — лучше поддержи Тару. Ей сейчас и так нелегко. Ох, какое же это горе — так разочароваться в первой любви.
Мама ещё раз похлопала меня по руке, велела отдыхать и ушла, как она выразилась «Чтобы не пропустить экзекуцию моего обидчика».
— Ну вот на минуту тебя одну оставить нельзя, — обвинительно заявила Люта, плюхнувшись на кровать рядом со мной. — И как тебя угораздило-то? Это ж надо умудриться нахлебаться возбудителя и покуситься на профессора!
Говорила всё это Люта с серьёзным лицом, но я видела, что её буквально распирает. Того и гляди расхохочется на весь лазарет.
— Ладно, рассказывай уже, — махнула я рукой, зная, что она не успокоится, пока все эмоции не выплеснет.
— Ыыы, — не выдержав, завыла подруга. — Это было эпично! Как вспомню, так глаза на лоб лезть начинают. Вот точно так же, как в тот момент, когда мы с тётей Айрой из города вернулись…
— Как погуляли? — невинно хлопая ресничками, поинтересовалась я.
— О, это совсем другая история. Наполненная разочарованиями и болью. Потом расскажу, — отмахнулась Люта.
Мне оставалось только покорно молчать. Пусть выговорится.
— В общем так, — села поудобнее подруга, поджав под себя ноги, — заходим мы в ПИБА, а тут… полуголый профессор Эйч тащит тебя, замотанную в его рубашку, через холл.
Я застонала и опять уткнулась в подушку.
— Да подожди ты, это ещё не всё, — дёрнула меня за плечо Люта. — А ты в этот момент активно лапаешь его голую грудь, плечи и вообще всё, до чего можешь дотянуться. И всё это под восторженными взглядами собравшихся поглазеть на представление адептов!
— Я хочу умереть и проснуться от этого кошмара, — простонала в подушку.
— Ты уж определись, умереть или проснуться. И то и другое не получится, — захихикала подруга.
— Какая же ты язва, — проворчала я. — И не жалко меня совсем?
— А чего тебя жалеть-то? Все же знают, из-за чего ты себя так вела. Я бы скорее Акса пожалела, если бы он таким слизняком не был, — пожала плечами Люта.
— И что теперь с ним будет? — прижала я ладошки к щекам.
— Ничего хорошего, это точно, — улыбнулась Люта. — Профессор Эйч, как только тебя сюда принёс, сразу за ним отправился. Я сама не видела, осталась с твоей мамой, она сильно испугалась за тебя, но говорят, Эйч выволок Акса из комнаты за загривок, даже одеться толком не дал. Представляешь, этот идиот ждал тебя в своей комнате, полностью голый! Вот так, в одних штанах, Эйч его и отволок к ректору на ковёр. Больше Аксэна никто не видел. Сейчас как раз разбирательство должно начаться. Твоя мама будет настаивать на исключении и дальнейшем рассмотрении в имперском суде.
— Зачем? — застонала я, спрятав лицо в ладонях. — Это же такая огласка. Я со стыда в катакомбы иных предков провалюсь!
— Ты это брось! — прикрикнула Люта. — Ты ни в чём не виновата. А Акса твоего надо как следует наказать. Чтобы неповадно было!
— Он не мой, — огрызнулась я.
— Да уж, нам таких не надо, — поддакнула подруга. — А вот Эйч… Эх, жаль, что он профессор. Видела бы ты, как он за тебя переживал. А какой злой был! Не удивлюсь, если ПИБА Акс покинет с парой сломанных рёбер.
— Я отсюда никогда не выйду, — заявила я, усевшись посреди кровати и обняв подушку.
— Не выйдет, — пропела Люта. — Мы тебе уже и одежду принесли. Так что давай приводи себя в порядок и пошли завтракать.
— Мне плохо, — приложила я ладошку ко лбу.
— Думаешь, получится обмануть магистра Аклиса умирающим видом? — хмыкнула Люта. — Ты здорова, действие возбудителя вовремя нейтрализовали. Так что шевелись давай. И да, не забудь поблагодарить профессора Эйча при встрече. Я от тебя ни на шаг не отойду, пока не поприсутствую при этом действе!
Судя по горящему взгляду, именно так эта ехидна и сделает. Не упустит возможности насладиться представлением. Или моей скоропостижной кончиной от стыда!
Мне казалось, что на меня смотрит, без преувеличения вся академия! Пока шли от лазарета до столовой все, кого встречали по пути, проходились по мне взглядами. Кто-то тут же отворачивался, будто чувствуя неловкость, кто-то глазел с нескрываемым любопытством. Нашлись и те, кто откровенно насмехался, или провожал злыми взглядами. Последние были в основном девушками из стана обожательниц Аксэна Нота, к которому недавно принадлежала и я.