Я готова! Учите, профессор

— Хорошо, я научу, — явно сдерживая раздражение, произнёс профессор, ещё раз проведя руками по моим плечам и сжав их.

Это стало последней каплей. Мозг помахал ручкой и отключился до лучших времён. Я резко развернулась, прильнула к нему, положив руки на твёрдую грудь, в которой отчего-то нервно грохотало разогнавшееся сердце, и произнесла прямо в окаменевшее лицо Эйча:

— Я готова! Учите, профессор…

* * *

Эйч

Девчонка была явно не в себе. А когда ещё и повисла на мне с недвусмысленными намерениями, я окончательно понял, что именно с ней происходит. Её опоили! И это паршиво. Ментальное воздействие я снял бы без проблем, а тут антидот нужен, или время, чтобы само выветрилось.

У меня не было ни того, ни другого. Только неадекватная полураздетая адептка, что так зазывно жмётся ко мне и этот хропов щит, который без неё мне не снять.

Ох не зря мне не понравилось, как в столовой возле неё тот упырь крутился. И он мне тоже сразу не понравился. Смешно, но вчера, когда я пришёл посмотреть песочницу Рхаша и размяться, этот сопляк предложил мне себя в качестве партнёра. А когда я вежливо отказал, намекнув, что не тот уровень, он ещё и начал убеждать, что будет осторожен, чтобы не ранить меня.

Хотел же ещё тогда осадить, да пожалел. Видимо, зря. Мелкий ублюдок подсыпал Таре что-то. Приворот? Нет, скорее возбуждающее. Думал, поганец, что она к нему побежит. А она вот… не побежала.

И действительно, зачем куда-то бежать, когда тут под боком я! И я бы помог даме снять напряжение, будь ситуация другой. Да и мерзко это как-то. Другое дело, когда женщина знает что делает и чего хочет. Эта же пигалица, похоже, вообще ничего не осознаёт. Мало того, она ещё и адептка, а я преподаватель. Хотя не это главное. Хуже, что она объект расследования.

Я всё больше и больше склонялся к тому, что Тара Флен может оказаться причиной возмущений магического фона. Что-то в ней сбивает и расшатывает внешние магические потоки, хотя сама она ничего для этого не делает. Это магия так на неё реагирует. Точно как тогда, с другой женщиной…

Воспоминания неприятно резанули по нервам, старая, давно зажившая травма дала о себе знать зудящим покалыванием между лопаток. Мотнул головой, отгоняя безрадостные картины прошлого и осторожно, но настойчиво отцепил от себя Тару, которая всё это время наглаживала мою грудь и уже начала ковырять ноготочками пуговицы.

— Адептка Флен, возьмите себя в руки, — произнёс как можно более суровым тоном, стараясь не смотреть ниже её лица.

А девочка-то, как говорится, уже давно созрела. Сколько ей? Восемнадцать, кажется, или девятнадцать — самое время… Так, соберись, Тар, не о том думаешь. Надо выбираться из этого треклятого кокона, пока у неё горячка не началась. Иначе придётся «лечить». И тут уже не до этической составляющей будет.

Мне не было неизвестно, чем именно угостил её малолетний ублюдок (которому я обязательно доступно объясню, что так делать нельзя), но большинство таких средств опасны для жизни, если не снять потребность. Может начаться агония и даже необратимое безумие.

Тара лепетала какой-то бред и всё норовила прижаться ко мне. Но я крепко удерживал её на расстоянии за запястья. Девушка раскраснелась и заметно разогрелась, в прямом смысле. У неё уже начинался жар. Похоже, мальчишка понятия не имел, какая требуется дозировка и сильно переборщил. Да, объяснят ему, как нехорошо он поступил, я буду долго и качественно. И плевать, что Рхаш возлагает на поганца большие надежды. После моей воспитательной работы боевиком ему уже не быть. Да и не может такая гнилая личность стать хорошим защитником.

— Ну что ж, будем работать с тем, что есть, — вздохнул, чуть встряхнув девушку, чтобы отвлечь её от голодного созерцания моей шеи. И чего она там углядела, что взгляд оторвать не может? — Так, соберись, Тара. Давай будем учить тебя…

— Учите, профессор, — с придыханием перебила она. — Я вся в вашем распоряжении.

Твою ж… адептку! Будет сложнее, чем я думал. Главное, не сорваться и не «пожалеть» её, а то что-то во мне прямо восстало «человеколюбие». Сложно оставаться безучастным, когда тебе заявляет такое полуобнажённая привлекательная женщина, ещё и зазывно выгибаясь при этом.

— Флен, посмотри на меня, — произнёс жёстко, любезничать ней сейчас точно не стоит, только ещё больше распалится.

— Я смотрю, — жарко выдохнула она, подавшись ко мне.

Пришлось перехватить за плечи и прикрикнуть:

— В глаза! В глаза смотреть.

Она подняла затуманенный взгляд и раскрасневшиеся губки растянулись в шальной улыбке.

— О да-а-а, и в глаза тоже хорошо. Они такие м-м-м, грозовые, — прошептала адептка, опять уместив руки на моей груди.

Но хоть прижаться больше не могла, за плечи крепко держал. И зрительный контакт худо-бедно получилось наладить. Девчонка то и дело норовила опустить взгляд ниже, но я немного сжульничал, воспользовавшись фиксацией на объекте. Думать и хотеть она может что угодно, но смотреть теперь будет только в глаза.

Ещё бы и руки зафиксировать. Блуждание цепких пальчиков по груди и животу сильно сбивает.

— А вот туда точно не стоит, — перехватил шаловливую ручку, когда ноготки скользнули по пряжке ремня.

— Очень даже стоит. Я знаю, — авторитетно заявила она и вторую руку тоже пришлось зафиксировать.

— Слушай внимательно и выполняй, что скажу! — рявкнул так, что любая бы весь пыл растеряла.

Но Таре было плевать на тон, и вообще на то, что я говорю. Она бы сейчас и на откровенные оскорбления е отреагировал. Она видела только объект вожделения, и была готова на всё, чтобы заполучить его. Ну что ж…

— Если будешь послушной и сделаешь всё, что попрошу, я отвечу тебе тем же, — произнёс чуть мягче.

Девушка задумалась ненадолго, видимо соображая, что означает моё витиеватое обещание. Да, с мыслительными способностями у неё сейчас не очень, нужно проще выражаться. Тут голые инстинкты работают, причём искусственно усиленные.

Но наконец до неё дошёл смысл моих слов и взгляд загорелся безумным предвкушением. Плохо, надо поторопиться.

— Словесную или техническую формулу передачи ты в зелье, конечно же, не вложила, — скорее констатировал, чем спросил я.

Она пару раз хлопнула глазами и отрицательно мотнула головой, подтверждая мои опасения. Чего и следовало ожидать, по-простому не выйдет. Придётся идти другим путём, более грубым.