Страница 27 из 39
Глава 12
Второе призвание
Сефер
— Сефер! Это не мой дом!
Мне нравится, как она произносит мое имя. То, как она выкрикивает его. До неё прошли столетия с тех пор, как оно в последний раз звучало вслух. Соблазнённый тем, как оно звучит на её губах и как они округляются, выговаривая слоги, я обвиваю двумя нижними щупальцами свой напряженный член, возвращая внимание к неистовому давлению, нарастающему в нём.
Прижимая её тело к себе, наслаждаясь ощущением кожи, я всматриваюсь в испуганное лицо, и похоть вспыхивает в моей крови. Взволнованная, с этим трепетом в глазах, она кажется ещё более притягательной. Мой хвост бьет по воде подо мной, резко рассекая её, я весь горю желанием получить больше от этой женщины.
«Моя человечка продолжает меня удивлять».
Знай я заранее, какой необузданной магической силой она обладает, я бы попридержал свои пылкие исследования до тех пор, пока она не сможет выплеснуть энергию безопасно, а не целиком на меня. Она вышвырнула меня обратно в Ад одним разрядом.
«Маленькая ведьма...»
К счастью, теперь, когда она здесь со мной, меня некуда будет изгонять, когда я заставлю её проделать всё это снова. И снова... и снова.
Её энергия заставляет меня чувствовать себя более живым, чем за целые эпохи. Проведя рукой по её спине, я обхватываю её затылок и прижимаю голову к себе, наслаждаясь тем, как её дыхание греет мне шею, а губы касаются кожи. Я представляю её рот открытым, представляю, как она забирает мою воду и слизывает вкус с моей плоти и чешуи; мой хвост изгибается в ответ, проталкивая член между её человеческих ног и прижимаясь к раскрытому лону. Её влага размазывается по мне под водой, и я практически гужу от удовлетворения.
Она вцепляется в меня крепче, дергаясь вверх в моих руках и вонзая ногти мне в плечи. Несмотря на страх и замешательство, ясно написанные на её лице, на щеки возвращается румянец.
— Не здесь, посреди Ада, — умоляет она, и её глаза, смотрящие на меня сверху вниз, блестят.
Я улыбаюсь — мягко... насмешливо.
— Значит, ты не отрицаешь, что это произойдет. Хорошо, — я тянусь к ней и поглаживаю её длинный каштановый хвост волос. Зацепив пальцем резинку, стягиваю, наслаждаясь тем, как волосы рассыпаются по плечам. Шелковистые кончики ложатся в воду, завиваясь и плавая на поверхности. Я запускаю пальцы в её волосы на затылке, расчесывая, чтобы видеть, как еще больше прядей колышется вокруг неё. Темный нимб. Корона, достойная мокрой королевы.
Она молчит, закусив нижнюю губу, но её тело натянуто и напряжено. Я осторожно отклоняю её назад и распределяю волосы по своей воде просто ради того, чтобы увидеть, как темно-коричневые пряди качаются и тонут. Я ловлю себя на том, что мне нравится собирать их и снова расправлять. Чувственная игра, которая меня возбуждает.
— Тебя не беспокоит то, что мы здесь, со мной, посреди... океана? В Аду? — повторяет она. Тот же вопрос, но заданный уже более прерывистым голосом теперь, когда она покорилась лёгкому напору моей твердой эрекции, упёршейся в её вход.
«Чем дольше она в моих руках, тем меньше она боится. Хорошо».
— Никто, кроме слуги тритона, не посмеет приблизиться к Герцогу в его собственных владениях. Это было бы самоубийством, — говорю я ей. Она по-прежнему крепко держит меня, её ногти начинают протыкать мою плоть. Хотя она совершает прегрешение, проливая мою кровь, это меня не беспокоит. — Это делает твой страх меньше? — спрашиваю я, указывая ей за спину, пытаясь унять тревогу и недоверие.
Она оглядывается через плечо и замирает, когда её взгляд падает на холмы илистого, шелковистого темного песка, который я призвал. Поля отмелей тянутся вдаль, темные воды океана лениво накатывают волнами на мокрые черные равнины. Теперь здесь бесконечные влажные берега, на которые она может лечь... и к которым я могу прижать её своим телом.
Я плыву с ней к ближайшей отмели, и Грейс медленно ослабляет хватку, отстраняясь, чтобы поставить босые ноги на песок. Она пробует его, делая несколько шагов, отходя от меня на небольшое расстояние, но, мудро, не за пределы досягаемости. Она оборачивается и изучает мои глаза с легким хмурым выражением, но затем кивает.
— Ты правда здесь живешь? — её голос звучит твёрже. Я могу лишь догадываться, что часть её страха сменилась любопытством.
— Да.
Она отводит взгляд от меня и осматривается. Мой же взгляд падает на её мокрое платье, облепившее тело, с которого капает на блестящие ноги. Я сглатываю слюну и облизываю губы.
— Это... не так страшно, как я представляла себе Ад.
— Ты, маленькая ведьма, здесь не для наказания, — я ухмыляюсь ей. — Разве что... ты сама этого захочешь. Хотя те, кто попадает сюда, наказываются водой, а не мной.
Грейс оборачивается, и её глаза на мгновение опускаются к моему члену под водой. Густой жар расцветает на её щеках в ответ, и она плотнее сжимает ноги. Внезапно всё, чего я хочу — это раздвинуть их и снова скользнуть своим языком между ними.
Во рту пересыхает, слюна испаряется от нужды в чем-то лучшем, чем-то более вкусном. Это воспоминание преследует меня с тех пор, как её фонтан хлынул на мой язык, а её человеческие складочки сжимали его, словно член. Будь моя воля, она бы уже снова сжимала его.
— Э-эм, я не хочу, чтобы меня наказывали, — она начинает делать еще один шаг в сторону, и я резко подаюсь вперед, хватая её руками за бедра.
— Нет, но мы закончим то, что начали, — и я не позволю твоему телу снова изгнать меня, — предупреждаю я, усиливая хватку, когда она напрягается и издает тихий звук. — Я заставлю тебя обвиться вокруг моего члена, избавляя от ноющей боли, которую ты причинила. У действий есть последствия, моя милая Грейс, особенно у ошибок. И в последнее время ты совершила их немало, — мои глаза опускаются к её паху, где, я знаю, за платьем скрыта восхитительная киска.
Её тело напряжено под моими руками, она хватается за мои рога, как за рукоятки.
— Так вот что произошло тогда? Я отправила тебя обратно сюда?
Я наклоняю голову и вскидываю бровь.
— А ты что думала?
— Я почувствовала запах дыма и статики. Было ярко, и моё тело свело судорогой, как будто ударило током, но больно не было... — она отпускает рога и потирает левую бровь рукой. — Только когда я упала. Я думала, что могла ранить тебя или хуже, но ты просто... исчез.
— Ты отправила меня обратно туда, где я был, когда ты разбила мою печать и призвала меня, только и всего. Мне потребовалось время, чтобы найти тебя.