Развод. Мы забыли, как любили

Глава 37

Грейс

В моем новом доме царила благословенная тишина. Лия давно спала в своей комнате, а я сидела в гостиной, глядя на тлеющие в камине угли, и медленно расчесывала волосы.

Темно-зеленое бархатное платье, наделавшее столько шума, висело в шкафу. Осколки этого безумного, долгого дня медленно укладывались в голове.

Наш полет на свадьбу императора, тяжелый разговор в полумраке кареты, а затем этот ужин…

Я отложила гребень и прикрыла глаза.

Мы прожили вместе пятнадцать лет. Пятнадцать лет мы строили безупречный, сияющий ледяной замок семьи Фростмар, не понимая, что внутри него мы оба медленно замерзаем.

Сегодня, глядя в отчаянные глаза Рейгана, я впервые осознала, что в крушении нашего брака виноват не только он. Да, он совершил грандиозную, непростительную глупость. Но почву для нее мы готовили вдвоем.

Мы оба были трусами в собственной семье.

Я старательно играла роль идеальной леди. Холодная, сдержанная, понимающая. Я прятала свою магию Пустоты, прятала свои истинные желания — открыть свое дело, родить еще детей, жить полной жизнью, а не быть красивым приложением к креслу министра.

Я молчала, когда мне было больно. Я закрывалась стеной равнодушия, считая, что это и есть достоинство. Я позволяла ему думать, что не люблю его, что просто терплю эту навязанную богами связь.

А Рейган… Мой великий, самоуверенный, твердолобый дракон. Он привык контролировать всё в этой Империи, и мысль о том, что древняя магия управляет его душой, сводила его с ума.

Он так панически боялся потерять контроль, боялся оказаться уязвимым передо мной, что решил выжечь эту связь зельями.

Какой же идиот. Непробиваемый, упрямый, твердолобый самец.

Он решил поиграть с судьбой, не понимая, что, выжигая истинность, он выжигает мою душу. Он разрушил наш дом, растоптал мою гордость, выставил меня на посмешище перед всем столичным светом. Хотя еще большим посмешищем он будет, когда снова вернется ко мне.

Но… не все ли равно нам? Зачем я снова думаю о ком-то только не о нас?

Как искоренить в себе привычку думать о том, что подумают о нас чужие, посторонние люди, а не заботиться в первую очередь о чувствах друг друга?

Рей с самого детства впитывал яд светских условностей, где идеальный фасад всегда был важнее того, что скрывается за закрытыми дверями особняка.

А я… я с готовностью переняла эту модель у его семьи, потому что болезненно желала соответствовать. Я была не уверена в себе, постоянно думая, что позорю великий род Фростмар своим скромным, бедным происхождением.

Я привыкла играть и притворяться, ведь для меня это с ранних лет было залогом выживания.

Сначала мы с бабушкой отчаянно скрывали мой опасный дар Пустоты.

Потом, когда бабушки не стало мне пришлось хитрить и изворачиваться, чтобы меня насильно не выдали замуж за старика.

Именно тогда я четко поняла: если хочешь выжить в этом мире, надо подстраиваться.

Под чужие ожидания, под обстоятельства, под более сильных. И я подстроилась под правила семьи Фростмар, окончательно потеряв себя.

— По сути, мы оба наломали дров, — тихо произнесла я вслух, нарушая повисшую на кухне тишину.

Я вспомнила взгляд бывшего мужа. В них больше не было ни надменности, ни холодности — только горькое понимание того, какую цену мы заплатили за притворства.

Теперь нам предстоит заново учиться жить не для императора, аристократов-соседей или столичных сплетников, а исключительно для нас самих. И, возможно, именно с этого трудного, но честного признания собственных ошибок и начинается наш настоящий путь к семье.

Я видела, как Рей ловил каждое мое слово. Как смотрел на мои руки. Как боялся сделать лишнее движение, чтобы не спугнуть меня.

Но мы не вместе. Моя постель сегодня пуста, а он спит в своем огромном, холодном особняке, вдыхая запах вишневой вытяжки с подушки. Я не брошусь ему на шею и не перееду обратно по первому зову.

Нам нужно перестать играть роли. Нам предстоит заново познакомиться друг с другом — настоящими, с изъянами, страхами и желаниями.

«Всё в твоих руках, Рейган».

У него есть шанс. У этого невероятно упрямого, эгоистичного, но моего дракона появился реальный шанс всё исправить.

И теперь только от него зависит, превратится ли этот шанс в пепел, или мы сможем построить новый дом. Дом, в котором больше не будет места лжи и притворству.

Я еще долго сидела у огня, когда резко пришло видение. Я часто задышала. Все же они шли тяжело и приносили боль. Придется учиться жить с этим странным даром.

Видение развернулось перед глазами ярко и реалистично. Разговор сына и отца, который пробирал до слез.

И огромный костер из дорогих костюмов, который пылал так, что освещал всю улицу. Кто-то из перепуганных соседей явно вызвал водных драконов, чтобы потушить пожар, но вместо них у особняка появился Керран.

Я видела, как он подошел к Рею и усмехнулся, глядя на ревущее пламя.

— Рей, у вас это семейное? Может быть, в ваших корнях затаились огненные драконы? Откуда такая любовь к огню? Что у тебя, что у твоей супруги.

Рейган мрачно посмотрел на него.

— А скажи мне, друг. Случайно не ты прятал мою жену от меня? Кто был еще в деле, м? Кейган?

— Бери выше, — усмехнулся Керран.

— Эрэйн? — прорычал я, и я увидела, как сжались его кулаки. — И для чего?!

— Ты должен был соскучиться по супруге и понять, что без нее тебе не жить.

В видении было четко видно, как мой муж опешил.

— Вот так просто?

— Да, — пожал тот плечами. — Император поставил нам задачу: не дать тебе наломать еще больших дров. Сдержать, чтобы ты остыл и переосмыслил свое поведение, а потом уже организовать вашу встречу.

— А Грейс?

— Ее я уговаривал вернуться, но она отказывалась.

Рей грязно и отчаянно выругался.

— Я более того скажу, — продолжил Керран, становясь серьезнее. — Есть предсказание, которое четко говорит, что вам нужно быть вместе. Чтобы вы были единым фронтом.

— Какое еще предсказание?

— Не выспрашивай. У Эрэйна много тайн, и полукровки — не главная из них.

— У вас что, есть провидица? — прищурился лорд Фростмар.

— Да. И она была из демонов, кстати.

— …

— Демоны гнали ее на наши территории, потому что она предрекла им гибель, — пояснил Керран.

— Она жива? Могу я с ней увидеться? — с надеждой в голосе спросил Рейган.

— Хочешь спросить, простит ли тебя Грейс?

— Да!

Но Керран посмотрел на огонь и громко, раскатисто расхохотался.