Страница 63 из 129
Пачка «Данхила» незаметно подошла к концу. На улице стемнело, ласточки давно улетели на ночевку, на небе появились первые звезды. Внезапно заорал, завибрировал телефон — тот, что предназначался для общения с Кнопой. Компот от неожиданности поперхнулся дымом. Лорд вскинул голову, зарычал.
— Але!
— Это я. Что с голосом?
— Нормально все. Поперхнулся.
— Ясно. Рассказывай, как обстановка.
Компот затушил сигарету в пепельнице. Двумя словами такое не опишешь, но он попробовал:
— Хреново все. Понятые, опись, привлекли Росздравнадзор. Все опечатали, компы забрали. Лерку, завскладом и главбуха увезли на допрос, пока в статусе свидетелей, но ясно, к чему все идет…
В трубке зашумело, словно ее обернули простыней. Голос Кнопы зазвучал приглушеннее:
— Значит, все-таки докопались. Быстро они. Юрист на связи?
— На связи. От него и инфа.
Леру, ясно дело, к телефону не подпускали. Помимо нее под раздачу попали завскладом и главбух, остальных сотрудников следаки выставили из офиса, приказав «никуда не звонить». Как будто их кто-то послушал! Через пять минут Компот уже знал, что происходит, и сразу подключил юриста. Еще спустя два часа этот самый юрист сообщил, что всех троих увезли на допрос. Других новостей пока не было.
— Хорошо. Ты знаешь, что делать. Ничего не чисти, не светись. Иди по списку: документы, наличка, крипта. Помнишь?
Компот растер лицо ладонью. Он помнил, но никогда всерьез не думал, что до этого дойдет.
— Блин, стремно кидать Лерку.
Повисла пауза.
— Поверь, в тюрьме тоже стремно. Кому станет легче, если возьмут вас двоих?
Все верно, обоим нельзя за решетку. Мама не вытянет Илюшу, да и смысл подставляться, когда есть шанс свалить?
— У тебя пара-тройка дней. Не тяни. Потом однозначно выдадут подписку. Расходимся на этом.
Значит, конец. Пришло время собирать вещички. Бросить дом, бизнес, машину, дачу; вытащить всю наличку, какую удастся; вывезти маму и Илюшу. И надеяться, что адвокат вытащит Лерку. Или хотя бы скостит срок.
— Понял. Будем прощаться?
Но трубка уже дала отбой.
— Вот и вся дружба, — пробормотал Компот. — Мне тоже было приятно пообщаться.
Он плеснул в бокал еще немного коньяка, чтобы утихомирить нервы. Надо идти по списку. Одна беда: когда они с Кнопой продумывали «красный» план, никто не предусмотрел, что начнется пандемия. Вряд ли удастся сразу рвануть в Мексику. Придется действовать через страны, в которые можно вылететь, а там на перекладных до Канкуна.
Но сначала телефон. Компот вытащил симку и батарею. Подошел к мангалу, закинул в пепелище горсть нового угля, плеснул средство для розжига. Пока разгорался костер, стукнул пару раз по телефону молотком, разбил на мелкие осколки симку. Спустя минуту огонь уже трещал, уничтожая средство связи с Кнопой. Пластик неприятно дымил. Конечно, данные у оператора это не сотрет, но до этих данных еще нужно докопаться. Так что полностью следы он не замел, но как минимум усложнил задачу следопытам.
Компот вернулся в кресло и открыл сайт агрегатора. Однако поиск ожидаемых результатов не дал — за пределы России ни одного перелета. Он попробовал изучить информацию на странице аэропорта — ничего. Даже из Москвы рейсов не было. Неужели придется на машине? Через Грузию или Беларусь… оказалось, что такой вариант тоже невозможен.
Проблема не в том, что другие страны к себе не пускали: выезд из России фактически был перекрыт. Граница заколочена наглухо. Выпускали только по спецпропускам: на лечение или по работе. Но пока он сделает бумажки, пройдет минимум неделя.
«У тебя пара-тройка дней. Не тяни».
— Сука, — процедил Компот сквозь зубы.
Отложил телефон. Взял бутылку и глотнул прямо из горла. Он застрял — с чистым паспортом, с криптой, наличкой. И с реальным шансом угодить за решетку.
Глава 6
Последний свидетель
Ханеш зачитывала стандартные вопросы: «Ваши фамилия, имя, отчество?», «Род занятий?», «Знакомы ли вы с убитым?», «В каких отношениях состояли?» За прошедший месяц Ника слышала это столько раз, что уже и сама вполне могла вести заседание. Понятно, почему судья выполняла свои обязанности с таким скучающим видом.
В отличие от нее присяжные с каждым днем выглядели все более заинтересованными. Вот и сейчас все шесть основных и четыре запасных внимательно наблюдали за свидетелем: Художник то и дело поправлял очки; Аспирант вопреки обыкновению не зевал; Психологиня подалась вперед, словно боясь пропустить хоть слово. В этом с ней были солидарны все присутствующие — свидетель отвечал очень тихо. Ханеш уже трижды просила:
— Пожалуйста, говорите громче!
— Постараюсь, ваша честь, — мямлил Смирнов.
Этот невысокий остроносый мужчина в очках напоминал Романа Валентиновича, основателя «Царской трапезы». Только в отличие от бывшего босса Ники казался робким и неуверенным.
Судебный процесс шел к завершению. Смирнов был последним свидетелем со стороны защиты, а обвинение давно уже представило свои доказательства. Через несколько дней состоятся прения сторон, затем подсудимые выступят с последним словом, и, наконец, присяжные вынесут вердикт.
Ника смотрела на Художника и Аспиранта, Психологиню и Официантку, Домохозяйку и Шестую и пыталась понять, остались ли у них вопросы. Семашко разгромила Бобрикова, поставив под сомнение роман Подставкина и Альбины. Милена окончательно опровергла их связь. Елена подтвердила алиби Сергея. Папа дополнил ее показания данными оператора связи, штрафной квитанцией и выпиской с банковского счета Сергея. Сегодня Смирнов подтвердит, что в тот вечер Альбина была у него на приеме. Всего этого достаточно, чтобы убедиться: подсудимые невиновны. У присяжных нет причин считать иначе.
Наконец, Ханеш передала свидетеля стороне защиты. Семашко поднялась из-за стола, взяла папку с документами и приступила к допросу:
— Игорь Викторович, где вы находились в вечер убийства Подставкина, а именно третьего февраля две тысячи восемнадцатого года?
Смирнов что-то ответил, но, судя по растерянным лицам присяжных, они, как и Ника, не услышали ни слова.
— Свидетель, я снова вынуждена напомнить: вы обязаны давать показания ясно и внятно, — не скрывая раздражения, отчеканила Ханеш. — Проявите усилие и перестаньте бормотать себе под нос. Если вы не будете выполнять распоряжения суда, мне придется прервать допрос.