Страница 89 из 129
Глава 32
Доктор Вадим Сергеевич Колоколов, как обычно, поздно вечером возвращался домой на своём стареньком автомобиле.
Сегодня у него выдался тяжёлый день. Доктор выключил новостной радиоканал, который начал его напрягать обилием пустых сенсаций, и переключился на волну лёгкой классической музыки. Его мысли и чувства стали постепенно успокаиваться. Они уже не прыгали у него в голове, как мячик для пинг-понга.
И всё было бы хорошо, да только вот водитель обгонявшего автомобиля, поравнявшись с ним, дважды просигналил.
Вадим посмотрел налево – на водителя, шедшего на обгон, и увидел, как тот жестом показал, что с машиной Вадима что-то не в порядке. Доктор намёк понял и, включив поворотник, а затем и аварийку, припарковался у обочины.
Выйдя из машины, Колоколов сразу же увидел, что левое заднее колесо практически полностью спущено.
– Японский городовой! – раздосадовал Вадим.
Запасного колеса у него не было, поскольку недавно он уже использовал его вместо пробитого. Вадим всё хотел потом – всё «как-нибудь» – купить запаску, но до этого, как часто случается, руки так и не дошли. И вот теперь наступил тот момент, когда она, запаска, так нужна, а её нет...
Внимательно осмотрев колесо, доктор увидел в нём совсем немаленькое отверстие – такое, как будто бы резину продрали арматурой. При такой дыре, даже если колесо накачать, до автосервиса всё равно не доедешь. Причём в этом пустынном месте – на объездной дороге в промышленной зоне города – поблизости вообще не пахло ни автосервисами, ни даже небольшими павильонами шиномонтажа.
Пессимизма Вадиму добавлял поздний вечер и моросивший дождь.
– И что теперь?! – неожиданно вырвалось у него вслух, но в ответ доктор услышал лишь только неразборчивый шёпот дождя.
Он позвонил другу. Потом второму. Оба они были недоступны.
Ну что ж… Особого выбора не было. Вадиму пришлось выставить аварийный знак и начать голосовать в надежде на помощь проезжавших. Но, увы, – поздним дождливым вечером на пустой дороге остановить никого не удавалось.
В конце концов, один автомобиль остановился. Стекло на передней двери с пассажирской стороны опустилось, и водитель спросил:
– Что случилось?
Подойдя к остановившейся машине, в темноту открывшегося окна Вадим произнёс:
– Да прокол. Серьёзный. А запаски нет.
– А-а-а! Так это Вы – доктор? – воскликнул водитель, которым оказался не кто иной, как Шурик.
Присмотревшись, Колоколов узнал этого человека.
Это был посетитель его не совсем обычного пациента – Алексея Петровича, пару дней назад приходивший навестить своего друга.
– Здравствуйте, – поприветствовал его Вадим.
Нельзя сказать, что доктор был несказанно рад этой встрече. Однако же выбирать не приходилось. Желающих ему помочь этим промозглым дождливым вечером больше всё равно не оказалось.
Выйдя из машины, Шурик осмотрел пробитое колесо.
– Ну, всё понятно, – присвистнул он. – У меня запаска совершенно другого размера. Короче, план действий следующий, – продолжил он командным тоном. – Снимаем это колесо и едем в шиномонтаж – он тут километрах в трёх. Потом возвращаемся, ставим колесо на место – и всё!
– Да, это было бы славно! – обрадовался Вадим. – Я Вам всё компенсирую. Но только как же Ваше время?.. – из вежливости добавил он.
– Моё время?! – переспросил Шурик. – Вам повезло. Сегодня вечером я сам хозяин своего времени и посвящаю его Вам. – А через несколько мгновений с улыбкой добавил: – Наверное, я сказал не очень скромно. Но зато честно!
– Спасибо Вам большое! – от души поблагодарил его Колоколов.
После этого они в четыре руки сняли колесо, погрузили его в багажник к Шурику и поехали в автосервис.
По дороге Громогрядцев хотел было заговорить с врачом об Алексее, но сдержался, поскольку это могло бы выглядеть так, как будто он помогает Вадиму только из-за этого. Тем более что на самом деле, когда ещё несколько минут назад Шурик затормозил около мужчины, выставившего аварийный знак, он же не знал, что это лечащий врач его друга.
При этом Вадим тоже – ни в машине, ни пока они стояли у автосервиса, ожидая починки колеса, – ни слова не сказал о своём необычном пациенте. Они говорили о разных пустяках, но каждый из них при этом думал совсем о другом.
Когда колесо было готово, и они поехали обратно, Вадим неожиданно для самого себя спросил у своего дорожного спасителя:
– Вы – друг Алексея Петровича?
– Ну да. Я же Вам говорил, – отозвался Шурик.
– Да многие говорят, что они друзья, – усмехнулся Колоколов, – но не каждый, о ком говорят, считает себя другом говорящего об этом! Всяко бывает. Вы же знаете.
– Бывает, – повторил Громогрядцев.
– Алексей Петрович тоже считает Вас своим другом. И неоднократно говорил мне о Вас. У Вас ведь скоро день рождения, так?
– Точно! – с задором отозвался Шурик.
Тем временем они уже подъехали к машине Вадима, одиноко стоявшей на обочине. Затем мужчины также вместе установили колесо, после чего Громогрядцев, сев в свой автомобиль, уже собрался было ехать дальше.
Открыв правую переднюю дверь его машины, Вадим присел на пассажирское кресло.
– Спасибо Вам большое! – произнёс он, глядя на Шурика. – Сколько я Вам должен?
– Да нисколько, – отозвался тот. – Рад, что смог помочь. И, пожалуйста, давайте закроем этот вопрос, – тихим голосом добавил Громогрядцев.
Слегка помявшись, доктор Колоколов проговорил:
– Раз уж мы с вами встретились поздно вечером на этой пустынной дороге, то, насколько я пониманию, всё это неспроста. На самом деле я бы тоже хотел с Вами поговорить.
Посмотрев на Вадима, Шурик ответил, с расстановкой выговаривая каждое слово:
– Я Вас внимательно слушаю.
– То, что я Вам сейчас скажу, должно остаться строго между нами, – продолжил врач. – Если когда-нибудь мы с вами ещё встретимся, то, пожалуйста, не нужно показывать, что мы друг друга знаем. Нам лучше общаться на уровне «здрасьте – до свидания».
– Хорошо, – согласился Шурик.
– Ну так вот. Ситуация у Алексея Петровича очень плохая. Он умирает.
Сказав это, доктор пристально посмотрел на своего ночного собеседника.
Услышав эти слова, Громогрядцев неторопливо провёл правой рукой по лицу и, сделав глубокий вдох, медленно выдохнул. Потом он сложил перед собой кисти рук в замок и тихо спросил:
– Это точно?