Страница 59 из 129
Следователь поднял трубку телефонного аппарата.
– Ну что, – спросил он, посмотрев на девушку, – мы вызываем адвоката или просто поговорим – без протокола?
– Что Вам от меня нужно? – сдавленным голосом пробормотала Тоня. – Вы говорите, что всё знаете...
– Да, я всё знаю. Но формой Вашего раскаяния будет именно Ваш подробный рассказ. Я очень надеюсь, что будет.
После этих слов девушка, взяв себя в руки, принялась сбивчиво рассказывать Северову о произошедших событиях. Время от времени следователь задавал ей наводящие вопросы, чтобы всё самое важное было произнесено вслух.
В отличие от Тони, которая была целиком поглощена своими чувствами и мыслями, Николай Андреевич между тем краем уха слышал, как в соседней комнате поскрипывал стул.
«Лишь бы только никто оттуда сейчас не вышел», – подумал он.
Закончила Антонина свой прискорбный рассказ словами:
– Вот, собственно, и всё.
После этого она замолчала, продолжая негромко всхлипывать.
– И что, оно действительно того стоило? – внимательно посмотрев на девушку, поинтересовался Николай Андреевич. – Вся ваша троица легко могла бы оказаться за решёткой. Плюс ко всему вы разбили крепкую семью. При этом своей подруге Лене на самом деле ты тоже совсем не помогла. Браки – это ведь не союзы, скреплённые лишь печатью ЗАГСа и взаимными обязательствами о воспитании ребёнка. Хорошие браки воистину заключаются на небесах. И это – не просто слова!
Следователь замолчал.
– Понимаешь ли ты хоть немного, о чём я? – продолжил он.
– Понимаю! – невольно возвысила голос Антонина.
– Осознала? – не отступал следователь.
– Осознала!
– Точно?
– Точно! – почти что выкрикнула она.
– Давай зачтём тебе это как последнее предупреждение. Тебе и всем вам. Как предупреждение от высших сил. – Голос Николая Андреевича звучал предельно серьёзно. – Ну а дальше, если вы ещё хоть раз переступите закон, по жизни вам будет больно. Или – очень-очень больно.
– Я всё поняла, – всхлипнула Тоня.
– И ещё, – продолжил следователь. – Если хоть кто-нибудь узнает о нашем разговоре, если ты, твоя подруга или этот замечательный доктор Тагиров кому-нибудь что-нибудь брякнете, то, сама понимаешь, могут быть тяжёлые последствия. У меня-то проблем не будет. А вот для вас всё начнётся уже по-настоящему – и дело дойдёт до решётки.
– Да, да, я всё, всё понимаю, – пробормотала Тоня и разрыдалась.
Немного успокоившись, она добавила:
– С Еленой и с Робертом я тоже поговорю.
– Да. Поговори. Обязательно поговори, – ответил Северов. – Да, и я тоже поговорю. И из этой клиники вам с доктором нужно будет уволиться.
– Хорошо, – безропотно согласилась Тоня.
– Ладно. Всё. Иди. Никто тебя больше здесь не задерживает, – вновь повернувшись к окну, буднично произнёс следователь.
– Что, можно идти, да? – пролепетала Антонина.
– Да.
– А Роберт и Лена?..
– Можешь подождать их у себя дома. Они скоро к тебе приедут, – сухо отозвался Николай Андреевич.
– До свидания, – пробормотала Тоня и, вытирая слёзы платком, на ватных ногах вышла из кабинета.