Страница 27 из 129
Глава 9
При помощи совпадений
Бог сохраняет анонимность.
Альберт Эйнштейн
Эктор состоял в Управлении корректировки событий уже почти целых пять месяцев. Основы несения службы более или менее стали ему понятны. Конечно же, при этом Эктор до сих пор постоянно обучался и увеличивал багаж своих знаний.
Близилась к завершению его шестимесячная стажировка, так что скоро он должен быть начать выполнять крупномасштабные задания уже самостоятельно.
График службы у Эктора пока что был несложным. В среднем он проводил на ней от шести до двенадцати часов каждый день. Выходных у Эктора – как, впрочем, и у всех остальных сотрудников Службы – не существовало в принципе, чему все они были только рады. Выходные требовались живущим – как праздники в череде серых рабочих будней. А для сотрудников Службы пребывание среди живущих как раз таки и являлось подобием жизни – и великолепной отдушиной, которую ещё нужно было заслужить. В любом случае, перемещаться в земную жизнь было гораздо лучше, нежели чем сидеть в четырёх стенах офиса своего Управления, или же, как некоторые другие, находясь в забвении, существовать в аморфном виде, неизвестно сколько ожидая своего права на жизнь. Последний вариант, по мнению Эктора, вообще представлял собой некую форму заточения – или, уж как минимум, домашнего ареста.
Естественно, что у сотрудников Службы тоже выпадало свободное время в конце условного рабочего дня. Чаще всего они проводили его в комнате для общения сотрудников отдела – одного из многих в Управлении корректировки. Иногда коллеги могли собираться где-нибудь в кафе или даже попутешествовать, выбрав себе любой из городов мира. Проведение сотрудниками свободного времени среди живущих руководством не возбранялось – тем более что, по словам Куратора, у этого имелось масса плюсов.
Вот что сказал на этот счёт он сам:
– Во-первых, какая-никакая, а психологическая разрядка сотрудникам Службы тоже нужна. Во-вторых, чтобы лучше выполнять задания, они должны знать до мелочей, как проходит жизнь живущих, и быть в курсе всего происходящего. Наши сотрудники должны уметь жить! Ну а в-третьих, это уменьшает их соблазн пойти на какое-либо нарушение принципов Службы ради более быстрого получения права на жизнь, поскольку таким образом в том или ином виде эту самую жизнь они, сотрудники, так или иначе уже проживают.
Пространство для совместного времяпрепровождения сотрудников Управления заслуживало отдельного внимания.
Это было достаточно комфортное помещение, размеры которого при необходимости могли быть изменены в большую или меньшую сторону. Таким образом, в нём всегда было уютно и одновременно с этим свободно. В Восьмом отделе несли службу двадцать три корректировщика во главе с Куратором, так что весь его состав легко помещался в этом зале. Хотя такое, чтобы все сотрудники были на месте, случалось крайне редко – как правило, кто-то постоянно бывал на заданиях. По этой же причине даже на общих совещаниях не всегда присутствовал весь состав отдела.
В случае необходимости помещение для отдыха легко можно было разделить на отдельные комнаты – например, в том случае, если кто-то из сотрудников хотел побыть один или же спокойно посмотреть обзор последних событий из жизни своих близких.
Иногда, если некоторые из коллег объединялись в группу для вечерних посиделок за коктейлем, они, чтобы не мешать всем остальным, также могли организовать для себя отдельное пространство и выбрать любой интерьер или даже тот антураж, который пожелают, – хоть рыбалку с пирса на тихом озере в вечерние часы, хоть шашлыки на природе, хоть тихий зал в хорошем баре…
Короче говоря, возможностей для проведения свободного времени имелась масса. Таким образом, данное помещение отдела являлось универсальным средством для релаксации. И, как было сказано, для каждого отдельно взятого сотрудника оно могло быть в индивидуальном порядке изменено.
Порой случалось так, что Эктор втроём со своими товарищами коротал время на рыбалке на утренней зорьке у дымящегося костерка, при этом по воде стелился сказочный туман, а клёв шёл всё ещё достойный. А одновременно с этим через стенку от них девчонки из отдела гуляли по опустевшим вечерним улицам какого-нибудь города мира…
Один сотрудник из их Восьмого отдела – так тот вообще любил посидеть в комнате из своего детства и почитать детские книжки с полки над его кроватью. Более того. Он даже искусственно создавал звуки, похожие на те, что раздавались из кухни на их старой квартире – к примеру, шум голосов его родителей за приготовлением пищи, – а помещение сотрудника при этом наполнялось запахами его любимой еды – пирогов, которые готовила его мама. И большего наслаждения на свете он не знал…
Следуя примеру своего коллеги, Эктор также решил испробовать подобные варианты релаксирующих воспоминаний, и это получилось у него просто незабываемо.
Пока сотрудник или ожидающий не перешёл в живущие, он ещё помнил свою предыдущую жизнь, однако после перехода в новую вся его память стиралась – за исключением особых случаев её временного восстановления по указанию руководства Службы. Таким образом сотрудники могли воспроизводить картинки и ощущения только из своей последней жизни. Все они очень ценили эти мгновения и даже ходили друг к другу в гости в те их дома, где они жили ранее. Так что каждый отдел в некотором смысле был подобен своеобразной семье.
Тнемил тоже, когда позволяли обстоятельства, проводил свободное время вместе с сотрудниками своего отдела. Служба у Куратора, в отличие от них, была практически круглосуточной. Конечно же, он тоже отдыхал, однако же как такового свободного времени у него выпадало на порядок меньше.
Тнемил часто рассказывал о случаях, произошедших с ним за долгие годы службы. Эти случаи были очень разными – и забавными, и трагическими. Эктор давно понял, что рассказывал всё это Куратор отнюдь не ради развлечения. В такой ненавязчивой форме он постоянно учил своих подчинённых тому, как нужно поступать, какие последствия могут быть у той или иной ситуации, а также многому другому. Сотрудники Восьмого отдела слушали, задавали вопросы и обсуждали возможные варианты развития событий. Со стороны это выглядело как обыкновенная беседа, но на самом деле при этом шёл настоящий процесс обучения – просто в такой мягкой форме.