План на два миллиона

– Не прокатит, – мрачно сказал он. – Охраны будет больше, чем пальцев у тебя на всех конечностях.

Натюрморт широко улыбнулся, обнажая хорошие зубы, и повернул голову к зашторенному окну.

– Эх, что мы за существа такие… – в голос сказал он.

Кипиш и Крот непонимающе посмотрели на него. Натюрморт хохотнул.

– Зимой по солнцу тоскуем, а летом прячемся от него. Сволочи, одним словом. Форменные сволочи… Надо подумать. Выпить ароматного чайку и основательно подумать.

Трое друзей отправились в любимый чайный бар, заказали три чашки, попросили ароматных пампушек и, расположившись на диване, стали думать, как забрать у Ильи Купцова два миллиона долларов так, чтобы никто не пострадал. Долго они обсуждали, гадали, как лучше ограбить Купцова. Натюрморт предложил переодеться в горничных, зайти в номер под предлогом уборки и тремя пылесосами высосать все деньги. Крот заявил, что в горничную переодеваться не станет – мол, не по-пацански это, – и сказал, что лучше всего ограбить Купцова, когда тот будет ехать из аэропорта. Правда, придется перекрыть дорогу двумя внедорожниками. Однако выяснилось, что ни у кого из присутствующих нет внедорожника. Натюрморт попытался снова пропихнуть идею с горничными, но Крот решительно махнул рукой: «Нет».

Они так оживленно дискутировали, что совсем не замечали, как за соседним столиком к их разговору прислушивается темноволосая девушка в черных очках. Она медленно ела морковный пирог и пила чай с имбирем и лимоном. Витя Кипиш даже не догадывался, что эта девушка живет в том же доме, что и он, только этажом выше, и так же, как и он, состоит в общедомовом чате.

Три друга, так ничего и не придумав, договорились продолжить мозговой штурм на следующий день. Когда Натюрморт, Крот и Кипиш разошлись по домам, у последнего зазвонил телефон. Витя взглянул на экран и нахмурился – номер был неизвестный.

– Але?

– Привет, Витя, – раздался в трубке женский голос.

– Привет. Кто это?

– Неважно. Слышал, что Купцов хочет сбросить деньги?

Витя напрягся.

– Ну слышал.

– Есть дело к тебе, – спокойно сказала девушка. – Приходи завтра вечером к мосту – кое-что найдешь там, где в детстве свои сокровища прятал.

– Кто это?

– Доброжелательница.

Кипиш не то чтобы испугался, но то, что неизвестная женщина знает, где он прятал в детстве свое небогатое имущество, насторожило, потому что никто этого не знал. Ну, так, по крайней мере, думал Витя Кипиш.

…Ночь выдалась лунной, нежной и теплой. Витя шел к мосту и думал о том, как было бы прекрасно сейчас прогуляться с девушкой. Голос анонимной доброжелательницы был приятным, мелодичным. Наверное, обладательница этого голоса очень красива. Витя чувствовал себя как в каком-то романтическом фильме, и ему ничуть не было страшно.

Дойдя до моста, он остановился. Разбитая пустынная дорога тянулась в темноту ночи. Автомобилей не было. Да и кто из жителей города будет ездить в такой час? В тишине слышалось легкое бормотание Мертвой реки – той самой, возле которой Витя в детстве проводил много времени, воображая себя пиратом и разбойником.

Спрыгнув под мост, он едва не наступил в темную воду. Несколько лет назад был скандал, связанный с этой речушкой. Маленький химический завод, который работает и по сей день, сбросил в нее отходы, отчего вода в реке приобрела розоватый оттенок. Красивый был цвет, но люди, испившие из этой реки, стали заболевать странной болезнью – горло покрывалось волдырями и болячками, и лишь через несколько дней они исчезали. Власти города запретили брать воду из реки. Несколько дней на поверхность воды брюхом вверх всплывала погибшая рыба, а потом она и вовсе пропала. С тех пор никакой живности в Мертвой реке больше не наблюдается. Воду привозят из другой реки, протекающей в сорока километрах от города.

Витя отодвинул небольшой валун, закрывающий тесный вход в небольшую норку. Было темно. Пахло сыростью, камнем и чем-то вроде машинного масла. Он включил на телефоне фонарик и посветил внутрь. На земле лежал непонятный белый сверток. Витя осторожно развернул его. Внутри оказались три пистолета, пачка патронов и маленький серебристый ключик. Кипиш присвистнул.

Громко зазвонил телефон.

– Але?

– Нашел?

– Что это?

– Это мой подарок тебе. Взамен я хочу двадцать процентов от тех денег, которые вы заберете. Идет?

– А ключ?

– Черный ход в гостинице.

– Кто ты?

– Я же сказала: доброжелательница… и твой личный информатор.

Витя аж зарделся. Личный информатор!

– Пятнадцать, – выдохнул он.

– Что пятнадцать?

– Процентов. Пятнадцать, – грубовато пояснил он.

Излишне грубовато. В общем-то, этой приятной девушке он мог бы отдать двадцать процентов, ему совсем не было жалко, но отчего-то в эту лунную, в эту таинственную ночь у Мертвой реки захотелось поторговаться, как бандиту из фильма, почувствовать себя, как в кино.

Сердце Вити замерло. Девушка на том конце помолчала, потом усмехнулась.

– А ты неглуп. Это похвально… Договорились. Делайте все тихо.

– Договорились, – деловито повторил Кипиш и, позабыв, что лежит в темной норе, дернул головой, лихо отбрасывая челку, и тут же треснулся о бетон. – Ох!

– Аккуратнее, – засмеялась на том конце девушка и отключилась.

Витя Кипиш, дрожа от пронзившего душу радостного волнения, прижал сверток к груди и потрусил к себе домой. В его груди все клокотало от нетерпения и легкого страха. Наконец-то! Он, Витя Кипиш, пойдет на главное дело своей жизни, которое принесет ему огромные деньги!

Но даже не это главное было в ту ночь, а то, что в Витю поверила таинственная незнакомка. Вот отчего дрожало его сердце. Вот отчего страх перед «делом» практически не ощущался.