Страница 98 из 193
Она кивнула, и её пальцы непроизвольно сжали ткань брюк.
— Да. Покажи мне тот сарай, где меня держали.
Алан молча всмотрелся в силуэт Миры, пытаясь понять, стоило ли это делать.
— Ну, пожалуйста. Мне действительно интересно, что это за место такое и почему, говоря о нём, даже ты как будто боишься.
Алан хмыкнул, но потом вдохнул через нос и, спустившись на несколько ступенек вниз, оказался на одном с ней уровне.
— Теперь понимаешь, почему всё это случается с тобой? – его взгляд устремился прямо в глубину карих глаз Миры. – Ты сама ищешь себе проблемы и прекрасно их находишь. – После этих слов он продолжил спускаться по лестнице.
Мира поспешила за ним, и вскоре они направились в сторону сада, ступив на выложенную плитами дорожку. Она подняла голову, наблюдая, как ветер играл в кронах старых дубов, а листья шептались между собой, отбрасывая на землю тени.
— Красиво, – прошептала она, и её голос потонул в щебетании птиц.
Между плиткой тропинки, по которой они шли, пробивались упрямые травинки. Впереди виднелся фонтан – мраморные ангелы с печальными лицами замерли в танце, их каменные пальцы были сложены в молитве, а из глаз как будто бы лились слёзы.
Через несколько минут, в глубине сада, перед ними возникло строение – приземистое, сложенное из почерневшего кирпича, с небольшой металлической дверью.
Мира резко остановилась, её ноги словно приросли к земле.
Алан мельком обернулся на неё через плечо:
— Ты сама этого хотела.
Мира сделала глубокий вдох, втягивая носом запах сырости и чего-то горелого, что всё ещё витало вокруг этого места, и шагнула вперёд.
— Здесь когда-то был пожар? – спросила она.
Алан замер, и Мира, не ожидая этого, на ходу уткнулась в него.
— Да, – низким тоном ответил Алан. – Откуда ты знаешь?
— Запах, – ответила Мира. – Чувствуется лёгкий запах гари.
— Тут не пахнет гарью, – хмуро ответил Алан и странным недоверчивым взглядом уставился на Миру. – Но пожар на самом деле был. Из-за моей матери.
— О-о.. – Мира слегка растерялась и аккуратно спросила первое, что пришло ей на ум. – Твоя мать устроила пожар в сарае?
Алан повернулся к ней, и его глаза в этот момент выглядели совершенно пустыми. Эта тема была для него запретной, но он почему-то решил впервые заговорить о ней.
— Нет. Мою мать сожгли здесь.
Мира испуганно сглотнула, переведя внимание с помрачневшего Алана на небольшое строение.
Он продолжил:
— Её держали здесь и пытали, чтобы узнать, где она спрятала меня.
Мира шумно выдохнула, такого ответа она и ожидать не могла. Алан проследил за её взглядом и тоже посмотрел на этот тихий, притаившийся в глубине сада сарай.
— После моего рождения отец осознал, что у него есть так называемый бастард, и захотел меня найти. Но если он хотел взять меня под своё крыло, то его жена намеревалась убрать и меня, и мою мать.
Мира прикрыла глаза, невольно представляя эту ужасную сцену – тёмный сарай, крики, запах крови и страха.
— Мою мать пытал не Мурад Давидович, а его жена, – голос Алана стал тише, но каждое слово било по нервам, словно молотком. – Она мучила её, зверски истязала, но мать так ничего и не сказала. А потом случился пожар, и она погибла, не рассказав, где я мог находиться.
Алан подошёл ближе к сараю. Мира еле заставила ноги двигаться, чтобы подойти к нему. Она замерла у двери, ей показалось, что из щелей тянет не просто холодом, а чем-то более страшным – отголосками боли и отчаяния.
— Что случилось потом? – её голос был едва слышен.
Алан посмотрел поверх головы Миры, и его лицо стало похоже на каменную маску.
— Эта женщина годы спустя получила своё наказание.
Мира впилась взглядом в Алана, её сердце испуганно затаилось в груди.
— Из твоих рук? – предположила она.
Алан ничего не ответил и открыл перед Мирой дверь. Ответ был очевиден.
— Я не хочу. Пошли отсюда, – прошептала Мира, чувствуя, как её охватывал ледяной ужас при мысли о том, что скрывалось внутри этих стен.
Ничего не сказав, Алан закрыл дверь, которая при этом издала скрип и лязг, и они молча пошли обратно. Спрашивать что-либо ещё Мира не осмелилась – это была слишком тяжёлая тема для Алана, и она это чувствовала как по его позе, так и по взгляду, и даже по тому, как его тело было напряжено.
* * *
Через три дня, находясь в квартире Алана и запершись в комнате, Мира вышла на лоджию, на ходу доставая из сумки белый конверт.
Бумага шуршала, когда она разворачивала её, и этот звук казался невыносимо громким в гробовой тишине квартиры.
«Результат анализа ДНК».
В графе ниже было указано:
«Имя ребёнка: Вавилова Аиша. Предполагаемый отец: Вавилов Ратмир».
Взгляд Миры перепрыгнул через таблицу, занимавшую почти половину страницы, и остановился на последней строчке.
Мир вокруг внезапно затаился, лишившись красок, звуков и запахов. Так всегда бывает, когда обнажается правда, много лет скрывающаяся под маской лжи.
«Вероятность отцовства: 0%».
Мира медленно опустилась на одно из кресел, и конверт выскользнул из её пальцев, мягко упав на холодный паркет.
Её пустой и обескураженный взгляд выдавал бурю смятения.
— Боже мой.. – Мира прикрыла глаза, осознавая истину, которая предстала перед ней.
Да, она догадывалась об этом, исходя из снов, но до последнего сомневалась, надеясь, что её предположения останутся всего лишь глупыми догадками. И ей не придётся знать то, о чём ей знать не следовало.
Аиша – дочь покойного Тимура и внучка Мурада Давидовича.