Страница 116 из 193
— Всё-всё, ничего лишнего, – быстро произнёс он, улыбнувшись. – Сегодня я джентльмен и должен вести себя соответствующе. Даже пришлось надеть этот.. ну.. ужасно неудобный костюм.
Майя захихикала, прикрыв рот ладонью.
— Уверена, ты хотел сказать другое слово.
Руслан широко улыбнулся.
— Определённо другое.
Беззаботный смех Майи разнёсся по залу, и этот звук ударил Руслана в грудь, заставив его сердце забиться чаще.
Не сразу, но он всё же немного поел, чтобы Майя чувствовала себя уютнее и смогла наконец расслабиться. Но Руслан видел, что, как бы она ни пыталась сохранять бесстрастное выражение лица, она испытывала смущение – и от этого на душе у него становилось тепло и спокойно.
Когда ужин подошёл к концу, Руслан откинул салфетку и встал. Его тень, огромная и неуклюжая, метнулась в сторону рояля.
— У меня для тебя сюрприз, – загадочно произнёс он.
— Оу..
Майя проследила за ним, не до конца понимая, что тот имел ввиду, но, когда Руслан подошёл к роялю и открыл крышку, она изумлённо ахнула.
Его походка была уверенной, и в глазах читалось что-то неуловимое – смесь волнения и страха, которую он отчаянно пытался скрыть.
Руслан сел за инструмент с видом мафиози, готового объявить войну всему миру. Мельком глянув на обескураженную Майю, которая во все глаза смотрела в его сторону, он с демонстративно серьёзным выражением лица открыл крышку рояля.
Его пальцы, чаще сжимавшие рукоять пистолета, на пару секунд замерли в воздухе. Он глубоко вдохнул и прикоснулся к чёрно-белым клавишам.
Звук, который раздался после этого, напоминал падение шкафа с посудой.
Майя инстинктивно зажмурилась, но тут же раскрыла глаза, стараясь не улыбаться и сдержать внезапный порыв смеха.
Не успела она открыть рот, как услышала:
— Специально для мадемуазель Майи. Репертуар от самого Руслана Вавилова.
Он снова нажал на клавиши, и на этот раз диссонанс был ещё ужаснее, но Майе понадобилось не так много времени, чтобы уловить знакомую мелодию.
Её глаза расширились, губы разомкнулись от удивления. Где-то в темноте, неподалёку от рояля, за бархатными шторами, стоял пожилой мужчина, который через небольшую щель закашлялся, явно пытаясь что-то подсказать играющему.
Майя прикусила губу, но смех уже прорывался наружу. Руслан заиграл мелодию «Cücələrim».
— Руслан..
— Тш-ш-ш! – он сверкнул глазами. – Я со вчерашнего дня репетировал!
Мелодия о маленьких цыплятах, ужасно воспроизводимая Русланом, звучала по всему залу. Где-то рядом с ним послышался шорох – тяжёлая бархатная портьера у стены колыхнулась, будто от сквозняка. Из-за её складок осторожно высунулась седая голова в безупречном белом воротничке. Гардеробщик, принявший у Майи куртку, со впалыми щеками и густыми, как мохнатые гусеницы, серебристыми бровями, старался помочь своему непутёвому ученику, который пытался сыграть простейшую мелодию.
Он на расстоянии подсказывал что-то Руслану, но в итоге, поймав его недовольный и строгий взгляд, мгновенно удалился.
Майя не выдержала, и её звонкий смех раскатился по залу, чистый, как звон колокольчиков.
Девушка встала из-за стола и, стуча каблуками, направилась к Руслану.
Руслан кое-как доиграл мелодию, и, когда ладонь Майи легла на его плечо, он победоносно поднял на неё глаза.
Майя улыбалась, глядя на него сияющими глазами.
— Я в курсе, что играю отвратительно.
Девушка наклонилась и шепнула ему на ухо:
— Ты старался. Это было мило.
Руслан рассмеялся, встав на ноги. И когда Майя хотела убрать руку, он взял её в свою и притянул к себе. Он приложил ладонь Майи к своему сердцу и проговорил:
— Потанцуем, мадемуазель?
— С удовольствием, – ответила Майя.
В этот момент, несмотря на провальный концерт, в глазах Руслана показалось что-то настоящее, до глубины души искреннее. Не было никакой маски дерзости, которую он любил надевать, был только он сам: где-то нелепый, где-то смущённый и полностью настоящий. Настоящий Руслан Вавилов.
Для Майи это значило куда больше, чем любая идеально сыгранная мелодия.
Музыка не заставила себя ждать. Одного щелчка пальцами хватило, чтобы включилась заранее приготовленная песня, доносящаяся из колонок за бархатными портьерами. Руслан демонстративно сделал шаг назад, слегка склонил голову и протянул руку:
— Не соизволите ли, мадемуазель, станцевать со мной?
— Почту за честь, – так же демонстративно ответила Майя, присев в подобии реверанса.
Когда её ладонь легла в его, Руслан аккуратно притянул девушку к себе, оставив между ними небольшое расстояние. Они медленно закружились в танце.
Некоторое время они молчали, каждый по-своему ощущал неловкость и стеснение, а в сердце – приятное томление.
— Мадемуазель, можно я кое-что спрошу?
Майя была удивлена.
— Вроде Руслан Вавилов не из тех, кто спрашивает разрешения, – её мягкий голос заставил Руслана усмехнуться.
— До встречи с тобой я, похоже, многое о себе не знал, – тихо произнёс Руслан, а затем, прочистив горло, добавил: – У меня есть шанс покорить твоё сердце? Я не такой уж засранец, каким кажусь. Ну, или есть на самом деле. Но.. хотя.. нет.. всё-таки я не ангел, но и не.. – Руслан запнулся, понимая, что от волнения не мог связать слов, но, встретив улыбающийся взгляд Майи, окончательно замолчал.
Не удержавшись, Майя потянулись к щеке Руслана:
— Мне кажется, или Руслан Вавилов смущается?
— Тебе кажется, – произнёс Руслан твёрдым тоном, хотя его взгляд выдавал обратное.
Майя положила руку обратно на его плечо и сказала:
— Когда ты позвонил и сказал, чтобы я приехала в ресторан, я засомневалась, что у меня получится. Брат не сводит с меня глаз, состояние мамы оставляет желать лучшего, а потом Эмин неожиданно уехал, и мне удалось выбраться. Всю дорогу я думала о том, правильно ли поступаю, когда решила дать шанс тому, к кому моя семья не позволит мне приблизиться. И знаешь, что я поняла?
— Что? – тихо спросил Руслан, не отрывая взгляда от Майи. Казалось, от её ответа зависела вся его жизнь.
— Я даю шанс не только тебе, но и себе. Мне хочется впервые не просто довериться кому-то, но и раскрыться перед кем-то. Не бояться будущего и всего, что оно может преподнести. А, как ты понимаешь, преподносит оно не только хорошее.
Майя говорила не спеша, серьёзным тоном, и в её взгляде читалась тяжёлая буря, которую она стеснялась, а может, и боялась показывать.
— Я благодарен тебе за шанс. И мне нравится, что хотя бы с одним человеком на планете я могу быть хорошим.