Страница 100 из 193
Давлат подошёл и присел на корточки рядом с упавшим. На него устремился единственный целый глаз, кое-как выглянувший из-под окровавленных и разбитых век.
Ледяные пальцы Давлата грубо схватили мужчину за волосы и слегка приподняли его голову с бетонного пола. Послышался тихий вой раненного, как будто где-то заскулила бродячая собака.
— Владимир, может, перестанем зря тратить время друг друга? – спокойно спросил Давлат, прожигая мужчину взглядом.
Плечи лежавшего на полу дёрнулись, но тот ничего не ответил. Пот вперемешку с кровью потёк по шее. Давлат сжал челюсти и сквозь зубы сказал:
— Ты выйдешь отсюда или мёртвым, как твой напарник Влад, что в лепёшку расшибся, упав с высотки, или живым. И выбирать только тебе. Но, – Давлат прочистил горло, – такими темпами я делаю ставку на первое.
— Мне не.. нечего.. сказать.. – пропыхтел Владимир сдавленным хриплым голосом, стараясь дышать всё ещё целыми лёгкими. Хотя он был уверен: несколько рёбер, возможно, пострадали.
— ДА НЕУЖЕЛИ! – нетерпеливо взревел Руслан, а затем с силой швырнул дубинку в сторону, – НЕ ТЫ ЛИ, СУКА, НАПАЛ НА МОЕГО БРАТА НА КРЫШЕ? НЕ ТЫ ЛИ ПРОСТРЕЛИЛ ЕГО?! – Он подошёл к Владимиру и нанёс ещё один удар ему в живот. Вопль заполнил гараж, лампа под потолком продолжала медленно раскачиваться из стороны в сторону. – ЗАПИСЬ С КАМЕРЫ ВСЁ ЧЁТКО ПОКАЗАЛА! И ТЫ, СУКА, ПОПАЛ!
Давлат промолчал, разжал пальцы и отпустил мокрые волосы Владимира. Мужчина закашлял кровью, а затем чуть ли не завыл, прикрыв глаза, не в силах бороться с очередным наплывом резкой боли.
— Я спрашиваю в последний раз, – отчеканил каждое слово Давлат, – кто.. тебя.. послал?
Повисла пауза. Руслан поднял дубинку, которая откатилась ближе к Владимиру, и снова замахнулся. Но Давлат остановил его взмахом руки, заметив, как глаз лежащего раскрылся и устремился на него. Окровавленные губы зашевелились в попытке что-то сказать.
Руслан последовал указанию брата и, убрав руки за спину, уставился на Давлата с Владимиром с нетерпеливым взором. Ему было сложно сдерживать чувства. Они бурлили в нём, как в котле, готовые не просто перелиться через края, а прожечь его насквозь. Ненависть желала обернуться справедливостью.
— Что будет.. – Владимир перевёл прерывистое дыхание, – с заказчиком похищения? Ему достанется.. как и мне? – вдруг спросил лежащий в крови.
— Нет, – спокойно ответил Давлат, посмотрев на него. А затем его худощавые острые пальцы вновь вцепились в мокрые окровавленные волосы Владимира и приподняли его голову с бетонного пола, который успел окраситься в тёмно-красный цвет.
Давлат слегка подался вперёд и, когда его губы оказались на уровне уха мужчины, прошептал:
— Ему будет намного хуже.
Этот ответ явно пришёлся по душе Владимиру, отчего разбитые губы, из которых текли струи крови, сложились в слабой улыбке. В его глазах, всё это время кричавших от боли, неожиданно заплясала искра безумства.
— Алан, – наконец произнёс мужчина, заставив и Руслана, и Давлата выжидающе и удивлённо посмотреть на него.
— Какой, блядь, Алан?! – взревел Руслан. – Где искать этого ублюдка?!
Владимир, казалось, рассмеялся или хотел это сделать, но резко остановился, ощутив, как его тело пронзила боль. Давлат не разжимал пальцев, он сильнее завёл руку назад, полностью открыв разбитое лицо перед собой. Мужчина исказился в гримасе, прикрыв глаз, а затем тихо ответил:
— Сын Мурада.. Давидовича. Мин.. Министра.
Давлат резко разжал пальцы, словно обжёгся, и, встретив недоуменный взгляд Руслана, встал на ноги.
Повисла тишина, которая была необходима каждому в гараже. И если братья Вавиловы молчали, переваривая услышанное, то Владимир, прерывисто дыша, продолжил:
— Надеюсь, ему.. достанется больше.. чем мне..
И кажется, что сама Судьба решила сыграть с ними в интересную игру. Потому что в этот момент зазвонил телефон Давлата. На экране высветилось имя Александра.
— Мне есть что показать, – послышалось в динамике, без всяких приветствий. Голос Александра был напряжён. – Это запись с видеокамеры, что Ратмир установил у двери в квартиру Миры.
— Хм.. – Давлат посмотрел на притихшего Руслана, который не отрывал от него взгляда, а затем коротко произнёс, обращаясь и к Александру, и к младшему брату. – Мы едем.