Его наваждение

«Ты подставила семью своего брата под удар, чтобы защитить свою задницу? Браво, Альбина, ты достойна имени своего папаши, который шел по головам, чтобы достичь своей эгоистичной цели. Браво».

У меня внутри всё оборвалось. Мир сузился до размеров этой записки. Эмиль смял записку в кулаке и куда-то направился, попросив нас ждать в гостиной. Маленькая Ангелина собирала конструктор на полу, мы сидели на диване и молчали, пока он не вернулся.

— Кто-то был здесь ночью, — процедил Эмиль сквозь зубы. — Камера только тень зафиксировала, ту, что на крыльце он вывел из строя. Замок на гараже сорвали. Сигналку бы установить...

— Ну, это только по мою душу приходили, — вздохнула я.

Маша посмотрела на меня круглыми глазами и тоже шумно выдохнула.

— Снова началось... — она прошептала это очень тихо, но я всё услышала.

Эмиль положил ладони на ее плечи и поджал губы, о чем-то усиленно думая.

Это был предел. Маньяк не брезговал угрожать детям, а это была именно такая угроза, иначе бы он поцарапал машину или проколол колёса или написал бы что-нибудь на доме, но не стал трогать детские вещи. Он был не просто опасен — он был настоящим чудовищем.

И обвинил во всем меня.

Может, он был прав?

Чертовски прав. Предупредил, что я должна уйти. Это не сработало, и он перешёл к действиям. Всё просто...

— Ладно, я ухожу, — твердо сказала я, чувствуя, как внутри закипает истеричная решимость, встала и направилась к лестнице на второй этаж.

— Альбин, не глупи, — брат подскочил следом, обогнал меня и схватил за плечи, — здесь ты хотя бы под присмотром! Да это детские угрозы, ты не понимаешь? Он давит на твою психику, Аль!

— Нет! Это ты не понимаешь! — возразила я. — Из-за меня твои дети в опасности! Я не позволю тебе платить за мою жизнь вот такой вот ценой. Всё, пусти! Я взрослая девочка, разберусь!

Я вырвалась и бросилась в комнату. Запихивала вещи в сумку, не складывая, просто сгребая всё подряд. Эмиль пошёл следом. Маша привела дочь за руку, видимо, боясь оставить ее одну в гостиной.

Это резануло по сердцу. Не то, что привела дочь, а причина, по которой она это сделала.

— Простите меня, — прошептала я, чувствуя себя прокаженной. — Пожалуйста, простите.

— Аль, мы придумаем что-нибудь, — попыталась она, но я только покачала головой, перебрасывая сумку через плечо.

— Придумать можно. Будем на связи, но мне правда лучше уйти. Может, так будет проще разобраться.

— Не передумаешь, да? — Эмиль свел одну целую бровь и ту, от которой когда-то осталась только половина, к переносице. — Я не смогу тебя удержать, Альбин.

— И не надо меня держать. Звони, братик. Хорошо, что мы, наконец, помирились. Жаль, что при таких обстоятельствах.

Я выбежала из дома под серые, давящие на плечи небеса. Брат выскочил следом с ключами от машины, но я отмахнулась, и ему пришлось вернуться в дом — к своей семье, что однажы досталась ему с трудом. Улица была пуста, лишь прошлогодние сухие листья лениво кружились на ветру.

Чтобы не привлекать внимания к дому Эмиля, я пошла прочь, заворачивая за угол, на соседнюю улицу. Там начался небольшой хвойный лесок. Очень спокойный район, безлюдный, тишина вокруг казалась неестественной, словно ещё несколько секунд, и буря нагрянет.

Что ж. Спокойствие было временным.

Я остановилась почти посреди дороги, достала телефон и дрожащими пальцами открыла приложение такси.

До ближайшего дома было еще метров пятьдесят. Я огляделась, вглядываясь в дома, прошла ещё дальше — местные жители почему-то не считали нужным вешать таблички на свои дома. Пасмурная погода скрывала очертания леса, подступающего почти к самым участкам.

Дошла почти до самого конца улицы и, наконец, наткнулась на то, что нужно. Ввела адрес, подняла глаза от экрана, и внутри всё оборвалось.

Среди голых деревьев, на самой границе леса, стояла неподвижная черная фигура в толстовке и капюшоне. Она была высокой, неестественно прямой. Человек не просто стоял — он наблюдал, а уже через секунду я поняла, что он начал движение.

Быстрое, агрессивное, целеустремленное. Капюшон слетел с его головы, но лица всё ещё не было видно издалека.

Сердце пропустило удар, а затем забилось в горле. Я не стала ждать, пока расстояние сократится. Я сорвалась с места, чувствуя, как от ужаса немеют ноги, и помчалась по пустой дороге, надеясь лишь на то, что такси успеет приехать раньше, чем этот тип догонит меня.

Но... Он не догнал. Он обогнал. Шорох листвы преследовал меня несколько секунд, смешиваясь с моим сбивчивым дыханием, а потом эта фигура преградила мне путь.

Он остановился в нескольких метрах. Без солнечных очков. Без маски. И я узнала его...