Жаркая зима

Глава 2

День первый, 16:45–17:20, Иркутск,

оперативный штаб

В оперативном штабе царил организованный хаос – тот особый режим, когда все говорят одновременно, но каждый слышит только то, что нужно ему для исполнения. Гул голосов смешивался с треском динамиков, щелчками клавиш и короткими фразами, которые бросали в трубку, не дожидаясь ответа. Кто-то кричал, кто-то отвечал, кто-то уже перекрикивал обоих, потому что информация поступала с трех направлений одновременно – с трассы, с аэродрома и от дежурных по линии МВД.

На большом экране – спутниковая карта Иркутской области с двумя активными окнами. Слева – трасса Р 255, отметка «Теремок», пульсирующая красная точка пуска. Рядом – данные с камер наблюдения: снимок тягача с прицепом-бытовкой, крупный план номера, лицо водителя – смазанное, но фиксируемое. Справа – аэродром Белая, схема стоянок, иконки тревоги, бегущая строка: «РЭБ активен. Попадания в технику. Потерь самолетов нет».

– Данные с аэродрома! – голос аналитика перекрыл общий гул.

В руке у него была распечатка – он сжимал ее так, что пальцы побелели.

– С 16:35 идет атака дронами. Около двадцати аппаратов прорвались. Работает РЭБ. Есть попадания в три единицы техники – заправщик, тягач и БТР охраны. Потерь самолетов пока нет. Центр запретил вылет из-за погоды: обледенение за допустимыми пределами.

– Три единицы – это уже потери, – бросил начальник штаба, не оборачиваясь.

Он стоял перед картой, прикрепленной к стене на уровне глаз.

Дежурный офицер, капитан с красными от недосыпания глазами, одновременно слушал два доклада – по рации и по телефону. Левая рука держала трубку, правая нажимала клавиши, фиксируя входящие данные.

– В 16:45 поступило сообщение от гражданских с трассы Р 255, – выкрикнул он, поворачиваясь к начальнику штаба. – Запуск дронов в сторону аэродрома Белая. Место – кафе «Теремок», двести метров от съезда на лесополосу. Операторы – двое плюс водитель тягача. Скрылись на снегоходе в направлении поселка Средний. Пусковая установка – бытовка на прицепе – оцеплена полицией. Трое раненых гражданских – порезы, ожоги, не тяжелые.

– Что по тягачу?

– Номер установлен, марка – «КамАЗ», 2019 года выпуска. Зарегистрирован в Красноярском крае, по данным базы – продан три месяца назад через перекупщиков. Конечный покупатель не установлен.

Начальник штаба резко развернулся от карты.

– Они готовили эту атаку, – сказал он негромко. Но в этом голосе, тихом и спокойном, не было сомнений. Только стальные нотки.

– Снегоход ушел в сторону Среднего. Поселок Средний – в четырех километрах от территории аэродрома. Я не верю, что это случайность. – Он подошел к экрану, ткнул пальцем в карту: – Атака дронов может быть отвлекающим маневром. Вопрос – сколько их и когда и куда они нанесут следующий удар.

– У нас есть группа СОБР, – напомнил дежурный. – Морозова. Группа выдвигается.

– СОБР – это сила, но им нужно время. Аэродром – режимный объект. Группу нужно использовать для усиления пропускных пунктов на территорию аэродрома, мы еще не знаем, что нас ждет… – Начальник штаба замолчал, глядя на экран. Потом резко, приняв решение, обернулся к дежурному: – Поднимайте группу «Филин». Майор Соколов. Он в Иркутске, на базе. Задача – найти операторов в Среднем, захватить живыми, выяснить, кто заказчик, откуда дроны, каков план. Время – семнадцать ноль-ноль.

– А аэродром?

– Аэродром пусть держится. Передайте начальнику гарнизона: возможно, атака дронов – только первая волна атаки. Усилить охрану периметра, особенно пропускные пункты. И ждать приезда СОБР.

Полковник взял трубку спецсвязи. Палец уже набрал номер телефона – выученный наизусть, как позывной.

– Соедините меня с майором Соколовым. Лично.

Часы на стене показывали 16:58.

…Звонок спецсвязи разорвал тишину кабинета. Майор Соколов, позывной «Филин», заканчивал отчет о предыдущей командировке – он только позавчера прибыл из Чечни, в горах которой снег не тает даже в августе, а противник умеет ждать неделями, зарываясь в скальный грунт и выходя на связь раз в сутки.

Он взял трубку до второго гудка.

– Слушаю.

Голос в динамике – сухой, отточенный, без вступлений:

– Тревога, майор. Трасса Р 255, запуск дронов в сторону Белой. Аэродром атакован. Операторы ушли на снегоходе в соседний поселок. Ваша задача – найти и задержать. Живыми. Выезд через десять минут. Детали – в планшете. Конец связи.

Щелчок. Короткие гудки.

Соколов не стал переспрашивать. Не имел права – в такой ситуации время измеряется не минутами, а секундами. Кнопки тревоги в кабинете не было – она находилась в казарме, в коридоре первого этажа. Но сигнал тревоги уже ушел на пейджеры членов группы, когда начальник штаба набрал номер. И сирена в казарме взвыла автоматически.

Филин схватил с вешалки куртку – тяжелую, «горку», с нашивками группы, планшет с зарядного устройства, кобуру с ПММ, висевшую на спинке стула. Все остальное – в ангаре.

Филин выскочил из кабинета и побежал по коридору. До ангара – три пролета лестницы и пост охраны. Он бежал, не сбавляя темпа, ботинки гулко стучали по бетонным ступеням.

В ангар он влетел первым.

Казарма, где жили остальные, находилась этажом выше. Пока они спускались, Филин успел добежать. Но разрыв был минимальным – секунд десять, не больше.

Он уже подходил к стеллажу с оружием, когда сзади, из коридора, послышался топот. Первым влетел старший лейтенант Коваль – «Молот». Широкоплечий, с квадратной челюстью и коротким ежиком темных волос, он уже на ходу застегивал «Ратник» – бронежилет 6Б47, который весил прилично, но Коваль носил его так, будто привык к нему с пеленок. Пальцы бегали по застежкам-липучкам, проверяя натяжение лямок – автоматически, без зрительного контроля.

За ним – прапорщик Волкова, «Медуза». Худощавая, с цепкими глазами снайпера, с запекшейся ссадиной на скуле – вчера на тренировке зацепило веткой. Она молча направилась к стойке с СВ–98. Движения – быстрые, точные, без лишних жестов. Сбросила куртку, оставшись в флисовой кофте, – в ангаре было прохладно, но было проще и быстрее без верхней одежды работать с оружием.

Капитан Семенов – «Квант» – уже возился с укладкой «Поля–21», проверяя контакты блока РЭБ. Рядом – чемоданчик с портативным анализатором спектра, кабели, запасные аккумуляторы. Он работал на коленях, разложив снаряжение веером, – каждую деталь нужно было проверить, каждый разъем прозвонить. В полевых условиях некогда будет возиться с неисправностями.