Страница 38 из 70
Глава 5
Гульнара Вадимовна в последний рабочий день оделась парадно: белая блузка и чёрная юбка. Волосы филигранно уложила, закрепив сеткой-крабом. При входе Платона в кабинет она прикалывала к груди золотую брошку.
— Где Алёна? Что она вообще затевает? — помрачнел Платон. — Я ей звоню весь день, она трубку не берёт.
— Если без обиняков, то ваше поведение некрасиво, — строго заметила Гульнара Вадимовна.
— А бегать от меня — разве красиво? Где Алёна? — Платон резко подался вперёд, его голос дрожал от сдерживаемого раздражения.
— С ней, когда вредничает, невыносимо сладить. Мужа схоронила, и встречает одна Новый год. Она большая девочка, но нагуляет проблем скитаниями под луной. Она в танцзале «Терпсихора» на Октябрьской упражняется, а в этот раз не отговорила — в ресторане на Ленинском проспекте празднует одна. Вы ей насолили, вот она и гуляет. В вип-ложе в «Чайхоне». Там официант, мой земляк Азат, посадит её в такси и адрес водителю назовёт. Егор дома, под присмотром.
— Что за вздор вы мелете? — Платон подался вперёд.
— Ваша не в себе невеста столько всего натворила! И зачем только женщине такие передряги терпеть? Приструнили бы вы своих дамочек, пока беды не случилось! — Гульнара Вадимовна в волнении теребила золотую брошку.
— О какой беде речь? — голос Платона звучал твёрдо и требовательно.
— Да как же! Эта ваша… Элиза, кажется? Так вот, заявилась к Алёне с оружием! С настоящим, понимаете ли! Махала им, видите ли. Требовала, чтобы Алёна с вами дела не имела. А не то, мол, малолетнему Егору не поздоровится! Как в сериале! У свёкра Алёны больное сердце — он спал. Алёна, конечно, её оповестила о знакомых в Следственном комитете. Но я бы без проблем для неё дверь не закрыла! Пистолеты она приносит! Угрожает! С лестницы б улетела ваша Элиза Берестяна со своим бриллиантом!
Гульнара Вадимовна тяжело дышала от возмущения, её руки дрожали, теребя золотую брошку.
— Что?! — Платон пошатнулся, будто получил удар.
— У Алёны теперь целый том доказательств: вечером она позвонила в полицию и сообщила о подозрительной женщине, пистолете и её угрозах в адрес её и маленького сына погибшего майора ВДВ! И соседи видели, и камеры всё зафиксировали, даже как эта… не в себе особа в подъезд заходила! Оперативник обещал прислать участкового для подробного опроса и составления протокола. И приметы её имеются!
— И почему же Алёна мне ни слова не сказала?
— А вы бы поверили? После всего, что эта ваша невеста учудила? Совсем разум потеряла, бедняжка! Алёна обмолвилась мне об этом в полслова. Чтобы я знала, какое приключение в шубе из рыси меня поджидает вкупе с трудовой инспекцией, судом и разбирательством. Если волос упадёт с Егора, мы дружно упрячем её за решётку.
— Мы с ней и Егором ездили в Центральный детский мир на Лубянке. Вроде бы отлично погуляли, но она меня избегает.
— Да я б тоже старалась держаться поодаль. Может, у невесты справка…
— Какая справка? Лиза Берестяна? — обалдел Платон. Его лицо выражало искреннее удивление. — Она вовсе не моя невеста! Она моя бывшая. Блогер и светская львица, дочь депутата, — в его голосе звучала явная досада. — С чего вы взяли, что она моя невеста?
Он сделал шаг вперёд, стараясь сохранять спокойствие.
— Но она представилась Алёне вашей невестой… — тихо произнесла Гульнара Вадимовна. — И ведёт себя соответственно… Знаете, какие мысли у бывших невест бывают? В телевизоре сплошной поток из сумасшедших. До справок из психо-наркологического диспансера недалеко. Раз ей трёхлетний мальчик монстром видится, — сыронизировала она.
— Я должен найти Алёну. Такое поведение переходит все границы. Это не просто нелепые слухи — это прямые угрозы и шантаж.
— Сидите уж спокойно. Азат проследит, чтоб доехала в целости. А вам бы я на месте посоветовала подальше держаться, пока эта ваша Элиза не остынет.
— Но мне нужно объясниться с Алёной…
Гульнара Вадимовна нахмурилась.
— Вы что, не понимаете? Она специально всё это устроила, чтобы вас развести. Думаете, она просто так про вас соврала? Хочет, чтобы вы побежали за ней, а она потом будет рассказывать, как вы её преследуете.
Пару минут Платон осознавал правоту ее слов:
— Но я не могу просто сидеть…
— Вот именно поэтому и не можете. Именно на это она и рассчитывает. Сейчас ваша реакция — это именно то, чего она добивается.
— Но Алёна должна знать правду!
— Узнает. Но не сейчас. Сейчас любое ваше движение будет играть на руку этой истеричке. Дайте ситуации остыть, а потом уже спокойно всё объясним.
Платон сжал зубы, борясь с желанием немедленно броситься на поиски.
— Хорошо… Но я буду на связи. Если что-то понадобится…
— Вот именно. А пока — сохраняйте хладнокровие. Это единственный способ переиграть её в этой ситуации.
— Кстати, у Алёны на нервах разыгрался блашинг-синдром, — добавила Гульнара Вадимовна. — То есть она краснеет как бурак. Когда Лёша умер, тоже самое было. На самом деле очень странная история. Нанимать детектива, выслеживать — это ж как расстараться по вашу душу надо.
Платон переварил новую информацию.
— Алёна мне об этом рассказывала, — медленно произнёс он. — О своём синдроме, о смерти мужа… Почему она молчит?
Гульнара Вадимовна вздохнула, опустив глаза.
— Может, не хотела вас обременять своими проблемами? — предположила она. — Или считала, что это не ваше дело?
Платон провёл рукой по волосам, чувствуя, как внутри растёт тревога.
— Нужно как-то связаться с Алёной, — твёрдо сказал он. — Она должна знать, что я в курсе ситуации и готов её поддержать.
Гульнара Вадимовна покачала головой.
— Пока лучше не стоит. Пусть всё уляжется. А потом вы сможете поговорить спокойно, без лишних нервов и угроз. Сейчас главное — её безопасность.
Мысль о том, что Алёна может встретить Новый год одна, причиняла ему почти физическую боль. Гульнара Вадимовна предполагала, что примерно через две недели активность Элизы должна пойти на спад. По её мнению, это произойдёт, когда Элиза осознает бесполезность своих провокаций и угроз.При этом Платон должен быть готов к любому развитию событий — если ситуация обострится, ждать придётся меньше. Он обязуется оставаться на связи и оперативно реагировать на все изменения.