Страница 3 из 70
Платон закрыл портфель и посмотрел на часы. До отправления «Гранд Экспресса» оставалось полдня. «Однозначно нужно будет сходить к андрологу и проверить», — появилась в голове насущная мысль. Он понимал, что, если хотел иметь своих детей, откладывать дальше было нельзя. Если они с Лизой не могут завести ребёнка, нужно выяснить причину.
В этот момент в кабинет без стука вошла Элиза:
— Платон, я узнала про твой «Гранд Экспресс»! — её голос звучал раздражённо. — И что теперь? Кто будет сопровождать меня на благотворительный вечер завтра вечером?
—Элиза, это рабочая поездка. Важные вопросы нельзя откладывать. До корпоратива ПАО «Олимпикс» я вернусь назад. Со мной ты не поедешь?
—Нет! Корпоратив ПАО «Олимпикс» в конце октября! — закричала она. — Сегодня двадцать пятое сентября! А моё расписание менять можно? Ты знаешь, сколько усилий я прикладываю, чтобы поддерживать наш имидж? Каждый пропущенный светский раут — это минус к нашей репутации!
К тому же, мы должны вместе появляться на публике как жених и невеста!
Анна, услышав шум, заглянула в кабинет:
— Платон Ильич, может, перенести поездку?
— Нет, — резко ответил Платон. — Занимайтесь своими делами.
Элиза подошла ближе, её голос стал вкрадчивым:
—Платончик, может, останешься? Я могу организовать потрясающий контент с тобой в главных ролях. Это поднимет наши рейтинги.
— Мой рейтинг определяется не постами в соцсетях, а реальными делами. Анна, подготовьте все документы для поездки.
— Отлично! — Элиза всплеснула руками. — Уезжай! Только потом не удивляйся, что твои партнёры узнают о тебе из моего блога, а не от тебя самого!
Она развернулась и вышла, громко хлопнув дверью.
Платон устало опустился в кресло. Внутренний конфликт нарастал. С одной стороны — работа, ответственность, необходимость принимать взрослые решения. С другой — невеста, которая воспринимает их брак исключительно как способ продвижения своего личного бренда.
Анна тихо произнесла:
— Платон Ильич, может, стоит поговорить с Елизаветой Федоровной?
— Нет, Анна. Сейчас не важно. Просто подготовьте всё для поездки. В Петербурге мне нужно будет мыслить ясно, без этих… эмоциональных всплесков.
— Могу я ещё чем-то помочь?
— Пока нет.
Секретарь кивнула и вышла, а Платон остался наедине со своими мыслями, глядя в окно на спешащих по делам людей.
В ресторане «Марио» пила капучино женщина специфической внешности. В скептичной брюнетке преобладали нерусские корни: то ли грузинские, то ли еврейские, но в остром носе, тонких ярких губах и карих глазах таилось недоброе. Лилия Дмитриевна одевалась дорого и вычурно. В коллективе на её работе начальника юридического Управления в издательстве ПАО «Олимпикс». В коллективе поговаривали о её бессердечности, Романцева Лилия Дмитриевна об этом знала и не стеснялась. Лилия Дмитриевна с готовностью отвечала превратностям судьбы — и мстила ей с превеликим удовольствием. Совесть у неё не болела. Она давала безотказные и дорогие советы. Её нынешняя протеже Берестина Елизавета Фёдоровна заарканила акционера издателя ПАО «Олимпикс» — Воронцова Платона Ильича, трудолюбивого, щедрого, мужественного мужчину, а он никак не решался на ней не жениться. В основном из-за взбалмошности последней. Потому что нуждался в домашнем очаге и жене дома, а не женщине, ищущей себя в светских тусовках.
— Лиля, выручай! — В ресторан итальянской кухни ворвалась высокая, загорелая северная блондинка в распахнутой шикарной сизо-белоснежной шубе из рыси в чёрных пятнышках.
В руке она держала не менее дорогую светло-коричневую сумку Bottega. Её распущенные ламинированные волосы отливали не то серебром, то платиной. Пухлощёкая, с большими ресницами, со сделанным идеальным бюстом, в платье в облипку, с остро закруглённым красным маникюром. На её пальце колоритно проблёскивало помолвочное кольцо с крупным бриллиантом, рассеивающим сильное серебристое свечение.
— Добрый день. Что у нас случилось? — Белозубо улыбнулась Лилия Дмитриевна.
— Добрый. Платончик позвал меня в Санкт-Петербург до конца октября на время его командировки по обустройству его филиала. Можно же человека по доверенности отправить! Зачем ему эта командировка!
— Ты что хочешь?
— Что я буду делать в северной столице? Он будет безвылазно сидеть на работе. Да он сам себе еду может заказать! Ради этого я должна менять график! Обо мне Платон совсем не думает! Придумал себе прислугу!
— Лиза, можно подумать, ты больно занята…
— Я должна следить за расписанием светских событий в Москве! Завтрашний, важный для меня, вечер, на который Платон не удосужится придти. Антикварный салон в конце месяца, неделя моды… Актуальность моего Instagram* превыше всего! Ты знаешь, для этого я хожу на столичные показы одежды. В Москве! Отслеживаю главные светские тренды.
Лилия Дмитриевна усмехнулась про себя, зная истинную натуру своей подопечной: вечное недовольство, неспособность к компромиссам, тотальное пренебрежение семейными обязанностями. Элиза превратила их семейные отношения в фарс, где каждый шаг должен был быть запечатлён на камеру, а каждое действие — оценено подписчиками.
— Так что же ты хочешь, Лиза? Мой обед заканчивается.
— Я… Я хочу, чтобы он меня не забыл за два месяца. Женился. Мне с ним комфортно, удобно, он щедрый, спокойный, но эта его страсть к домашней пище и желание сделать меня хозяюшкой… Это можно исправить?
— Можно сделать приворот. Мне нужна его домашняя фотография, где он один. Он действует на расстоянии, но реакция сугубо индивидуальна. Если, допустим, на него воздействовали, это не поможет. Или подействует неправильно.
— Соперница воздействовала на моего Платона?
— Без разницы. Любой.
Элиза не понимала, что её постоянные истерики, нежелание создавать домашний уют и тотальная одержимость социальным статусом отталкивали Платона. Она жила в мире иллюзий, где деньги и популярность решали всё, не замечая, как теряла настоящее.
— Делай, он не может сорваться с крючка. Он мне нужен, — Лилия Дмитриевна хмыкнула.
— Купи к полнолунию заколку или брошку, или шпильку. С сердцем. Я сделаю на неё тебе приворот. Подбросишь ему в незаметное место. Первые признаки жди через месяц. Рассчитаемся как обычно.