Страница 224 из 225
Но прямо сейчас император горел неподдельным энтузиазмом. Он кивнул советнику, приказывая тому немедленно растереть тушь для Первого министра, дабы тот собственноручно набросал текст императорского указа о награждении.
Тарасов поудобнее перехватил перо, обмакнул её в свежую тушь и почтительно замер:
— Ваше Величество, вашему слуге необходимы ваши высочайшие указания. Какую именно награду угодно будет пожаловать этому юноше?
Император, опираясь на руку советника, медленно поднялся с кушетки и принялся расхаживать по комнате:
— А как обычно поощряют за подобные заслуги?
— Если следовать устоявшимся канонам — без запинки начал Тарасов, для которого, как для бывшего министра Ведомства ритуалов, эти протоколы были проще азбуки, гражданским лицам жалуют гражданские чины, военным военные должности, а родителей и учителей героя продвигают на одну ступень в табели о рангах.
Старик ненадолго задумался, а затем тонко и осторожно добавил:
— Ваш покорный слуга дерзает истолковать волю государя. Мне кажется, Ваше Величество желает выделить Алексея особыми милостями. Однако не стоит забывать, что формально он всего лишь обладатель первой ученой степени, простой студент. Он не является кадровым офицером и не совершил грандиозного подвига масштаба спасения целой провинции. Пожаловать ему дворянский титул или высокий пост будет явным перебором… Но и давать ему мелкую чиновничью должность сейчас тоже не с руки. С его талантом «Малого тройного первенства» парень гарантированно сдаст высшие экзамены и получит престижное место в Академии. Он наверняка сам мечтает пройти этот путь честно, шаг за шагом, опираясь на классическое образование.
Старик выдал целый фонтан витиеватых, на первый взгляд исключительно конструктивных рассуждений. Но если вдуматься в его слова, он не предложил абсолютно ничего конкретного! В этом и заключалось непревзойденное, эталонное мастерство Первого министра империи. Если в будущем награждение обернется триумфом, Тарасов всегда сможет заявить: «Это я направлял процесс своими советами!». Если же парень где-то оступится или указ вызовет недовольство критиков, старик мягко парирует: «Но окончательное решение принимал не я, я лишь указывал на трудности». Беспроигрышная стратегия, идеальный баланс защиты и нападения.
Император, несмотря на весь свой выдающийся ум, на этот раз не уловил скрытого подвоха в словах старого лиса. Он задумчиво закивал, мерно шагая по кирпичам:
— Твоя правда, Григорий. Пожалуем мало не отразим полноту нашей монаршей милости. Дадим слишком много парень просто не удержит такую ношу в своих незрелых руках и сломается. Нужно найти такое решение, которое идеально удовлетворит обе стороны…
С этими словами государь заложил руки за спину и принялся задумчиво мерить шагами опочивальню, погрузившись в глубокие раздумья.
В такие моменты Тарасов никогда не лез поперед батьки в пекло. Всякий раз, когда государь собирался принять окончательное решение, Первый министр угодливо пасовал мяч обратно, используя безотказные формулы вроде: «Всё в руках Вашего Величества, воля императора воля народа». Только если его припирали к стенке и деваться было совсем некуда, он с величайшей осторожностью подбрасывал ту идею, которую император и сам больше всего хотел услышать.
В кулуарах дворца поговаривали, будто у Первого министра напрочь отсутствуют какие-либо принципы. Но это была чистой воды клевета! У почтенного старца имелся как минимум один незыблемый, проверенный десятилетиями жизненный ориентир:
«Дома не перечь жене, на работе не зли начальника и в твоей жизни воцарится абсолютная гармония!»
Император сделал еще пару кругов по залу, но так и не придумал ничего подходящего. Неожиданно для всех он повернулся к застывшему неподалеку советнику:
— Советник, а у тебя самого есть какие-нибудь соображения на этот счет?
— О государь откуда у меня взяться дельным мыслям? — Советник обладал на редкость добродушной, комичной физиономией, которая одним своим видом располагала к себе людей. Он стыдливо прикрыл рот рукавом и хихикнул: — Но у меня есть одна забавная, шутовская идейка. Разве что ради того, чтобы развлечь Ваше Величество и господина Первого министра.
— Излагай — с любопытством разрешил император.
— Этот Алексей тогда обманул крестьян, назвавшись «Провинциальным ревизором», верно? — с улыбкой напомнил советник. — Так почему бы Вашему Величеству в шутку и впрямь не пожаловать ему титул «Высочайше назначенного провинциального инспектора»? Звучит невероятно гордо и весомо, а на деле ни чина, ни ранга в табели. И государственным экзаменам парня никак не повредит!
Император заметно воодушевился, эта мысль пришлась ему по вкусу. Он повернулся к главе правительства:
— Что скажешь, Григорий?
— Идея советника действительно свежа и оригинальна— мягко улыбнулся Тарасов. — Однако слово «инспектор» звучит как-то несерьезно для императорского указа. Было бы лучше заменить его на нечто более солидное.
Если бы Первый министр и на этот раз промолчал, грош цена была бы его авторитету. К тому же императору не нужен был безмолвный овощ на посту главы Кабинета. Одно дело не навязывать свое мнение, и совсем другое дорабатывать чужие идеи. Критиковать и улучшать готовые предложения всегда было гораздо безопаснее, чем выдвигать их самому.
— Хм, и как же нам тогда его назвать? — Император принялся лихорадочно прочесывать чертоги своей памяти. Внезапно он с силой хлопнул в ладоши: — Придумал! Пусть его официальный титул звучит так:
«Высочайше назначенный инспектор по ведению антипиратской кампании, успокоению народных масс и умиротворению Восточного моря»
. А сокращенно —
Провинциальный инспектор Востока
. Что скажешь,Григорий?
Услышав это громоздкое название, которое уже явно выходило за рамки шутливого титула «инспектора», Тарасов мгновенно подобрался и посерьезнел:
— Ваше Величество, ситуация на востоке сейчас крайне напряженная. Там уже действуют главнокомандующий, губернатор, командующие армиями и генерал-губернаторы, каждый строго на своем месте, механизм запущен и работает. Появление новой официальной должности может внести неразбериху в военную иерархию… К тому же, по слухам, этот Алексей еще даже не достиг совершеннолетия. Он просто физически не справится с такой важной государственной должностью!