Страница 109 из 225
Николай Павлович уже было занес ногу, чтобы взобраться на сиденье, но Алексей опередил его: — Премного благодарны, дядя Еремей, но право, не стоит. У вас дома и так забот полон рот перед праздником, а нам тут ходу всего ничего — три квартала. Прогуляемся пешком. Сказав это, он незаметно ткнул Николая в бок, и тот подхватил: — И то верно! Нагуляем аппетит, чтобы у матушки моей за столом не ударить в грязь лицом.
Еремей лишь покачал головой: — Ну, как знаете. Тогда вечером приеду, заберу вас.
— И в этом нужды нет, — рассмеялся Николай. — И Николай Павлович, и Алеша нынче у нас ночевать останутся, места всем хватит.
— Ну, тогда завтра поутру за вами буду, — отец Степана был в своем упрямстве непоколебим.
Алексей почтительно поклонился: — Что ж, тогда завтра и свидимся, дядя Еремей.
Когда они отошли на порядочное расстояние и полозья саней перестали скрипеть вдалеке, Николай Павлович вдруг негромко, но твердо произнес: — Пора нам, Алеша, выкупать наше родовое гнездо.
Алексей лишь молча кивнул в ответ. Прежде он полагал, что со временем и ростом достатка их близость с семейством Степана станет лишь крепче и естественней. Однако жизнь рассудила иначе: чем выше становилось их положение в уезде, тем заметнее росла пропасть. Старики Еремей с женой уже не могли, как прежде, видеть в них просто соседей — в их голосах всё чаще звучало подобострастие, а в поклонах — неловкость.
Алексей меньше всего желал, чтобы родители его лучшего друга превратились в преданных слуг его дома. Именно поэтому он был полностью согласен с отцом: пришло время обрести свой собственный кров и вернуть семье былое достоинство.