Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 3 из 72

Глава 3

Какой ещё свадьбы? — соображаю я. — У меня не то, что жениха, даже просто мужчины знакомого нет!

— А что с моей свадьбой не так? — спрашиваю я.

— Ваш будущий муж.. как бы это сказать.. в общем, вы не питаете к нему тех чувств, которые..

— Спасибо, Леда, кажется, я поняла!

Вот так новости! Меня зовут Тайна, я, похоже, какая-то аристократка, да ещё и замуж собираюсь! Причём за человека, которого не люблю. Как такое возможно? Я что, реально в другой мир попала?

Обвожу глазами комнату. Ни одного электроприбора! Даже люстры на потолке нет. Зато на столике рядом с кроватью стоит красивый блестящий подсвечник. Ой, мамочки!

Леда, у вас тут есть какие-нибудь.. — я хочу сказать «газеты», но с ужасом понимаю, что такого слова просто нет!

Понятие в моём сознании есть, а слова самого не подобрать. Здесь не бывает газет?

После долгой паузы, наконец, заканчиваю фразу:

— .. книги?

— В кабинете у вашего отца целый шкаф! — отвечает Леда.

Вздыхаю с облегчением. Раз есть хотя бы книги, значит, место более-менее цивилизованное.

— Какой сейчас день? — спрашиваю я.

— Ах, уже третье число месяца гроз! Вы были без сознания целых пять дней! А через три недели ваша свадьба!

Ну, это мы ещё посмотрим, — мысленно констатирую я.

Гадство! Какое гадство! Зачем я подняла эту чёртову статуэтку! Это всё она.. — напряжённо размышляю я. — Надо поскорее узнать, как тут всё устроено и можно ли вернуться обратно! А может, мне всё это снится?

Щиплю себя за руку. Больно!

Ничего не меняется. А куда, кстати, маникюр делся? Столько денег на него извела, и на тебе!

Зеркало где? О, у стены напротив туалетный столик!

Вроде я. Но почему такая жирная? Нет, совсем уж на толстушку не тяну, но щёки могли бы быть и не такими пухлыми!

Задираю ночную рубашку и осматриваю своё тело. Нет, только не это! Где мой плоский живот и мускулистые бёдра? Я что, зря всю свою сознательную жизнь на диетах сидела и фитнесом себя мучила?

Да, знаю, многие мужчины не любят слишком худых. Но у меня другие стандарты и я хочу им соответствовать! Мне не нравится то, как я выгляжу!

Корова! Самая настоящая корова!

Пробую сделать мах ногой и едва не падаю на пол. Квашня.

Ощупываю плечи. Как она вообще жила без мышц? Или думала, раз аристократка, ей физические нагрузки ни к чему, всё слуги за неё сделают?

Горестно вздыхаю и вспоминаю парочку упражнений, которые тут же начинаю выполнять.

Нет, это просто какой-то кошмар! Я даже до пола руками достать не могу!

Не выдерживаю и начинаю горько плакать. Я хочу домой! В свою уютную, хоть и съёмную, однушку.

К своему Ваське и к своим кактусам, которые с детства нежно люблю. Они у меня цветут, как сумасшедшие, люди часто пишут, что фотошоп, когда я снимки в сеть выкладываю.

А теперь и Васька, и кактусы — все на помойку отправятся! А я здесь буду непойми кем и непойми как. За что мне всё это?

Прорыдавшись, принимаюсь соображать, что же мне всё-таки делать. Намечаю план.

Во-первых, узнать об этом мире как можно больше.

Во-вторых, разобраться, что у меня за жених намечается.

В-третьих, выяснить, как мне домой вернуться.

А если это вообще невозможно?

Значит, буду здесь хорошо устраиваться! — решительно говорю я себе и принимаюсь делать упражнения. Надо как можно скорее вернуть свою прежнюю форму.

Вновь осматриваю комнату и обнаруживаю висящий на спинке кресла длинный, до пола, халат. Ткань явно не дешёвая, лёгкая и приятная на ощупь. Надеваю и долго застёгиваю множество маленьких пуговичек.

Дверь распахивается, в комнату врывается женщина в пышном платье и бросается меня обнимать.

— Тайна, сестрёнка! — взволнованно произносит она и целует меня в щёки.

Я, наверное, должна ей обрадоваться и что-то ответить. Но не могу. Ведь в первый раз вижу!

— Да что с тобой, дорогая? И зачем ты это сделала? Разве не понимаешь, что все земные страдания — временные? А если бы ты умерла?

— Ну я же не умерла! — отвечаю, лишь бы что-то сказать.

— И это самая большая радость!

Как её зовут-то хоть? — недоумеваю я. — Вот дура, надо было Леду про родственников расспросить!

Замечаю на щеке у сестры замазанный пудрой синяк.

— Что у тебя с лицом? — спрашиваю я.

Она словно сникает и начинает оправдываться:

— Просто ударилась, не обращай внимания!

Неужели её кто-то бьёт? Муж? Да я даже не знаю, замужем ли она!

— Тут такое дело.. — начинаю я. — После всего этого у меня как будто память отшибло. Даже не помню, как тебя зовут!

— Ах, бедная! — сестра всплёскивает руками и прижимает меня к своей груди.

Кажется, она меня любит.

— Расскажешь мне всё, хорошо? — шепчу я.

— Конечно, маленькая! — шепчет она в ответ и целует меня в лоб.