Страница 4 из 36
Да, мне так легче будет думать, что не я, а Нореана… любила этого дракона до последнего своего вдоха.
Нет, не Нореана. Кого я обманываю? Я. Я любила.
И сейчас при взгляде на генерала драконов, меня накрыл беспощадный в своей откровенности образ.
Наш единственный поцелуй. Его властные губы на моих губах. Мы так и не успели — не стали близки, он берёг свою истинную, считая, что моя робость и страх перед ним должны пройти. Не зная, что всё то краткое время, что он считал меня своей парой, я была под чужим влиянием, которое никто не мог ни почувствовать, ни обнаружить.
И тут же, почему-то, другое воспоминание — единственный раз, когда я увидела генерала в истинном облике.
Скалистое ущелье, узкая тропа. Ледяной ветер. Отряд из семерых ближников генерала, и я среди них, в роскошном плаще на меху.
То, как из расщелины вдруг вывалились наёмники в чёрной броне. Как звенела сталь, как много их было.
Мой генерал тогда спрыгнул с коня. Сделал несколько молниеносных шагов в сторону и начал меняться.
Воздух рядом с ним потемнел, задрожал словно над раскалённой печью, только здесь наоборот, резануло обжигающим холодом.
Его окутала рывками расширяющаяся чернота, которую прорвали громадные кожистые крылья, чёрно-матовые, с рваными краями.
Над ущельем взревел чёрнейше-чёрный дракон. Громадный. Ужасающий.
Матовая чернота чешуи пожирала свет, не отражая ни единого блика.
Дракон ударил громадной лапой, кроша когтями камни, и потоком тёмной магии его ближников отбросило прочь от наёмников… В тот же миг из оскаленной пасти на нападавших покатилось чёрное, тяжёлое пламя.
Когда пламя рассеялось, больше никого не было. Пусто.
Всё произошло так стремительно, без единого лишнего движения.
Чёрная стремительная смерть во плоти.
Я стояла у скалы и не могла отвести взгляд. В груди бился дикий ужас, смешанный с благоговейным восхищением.
Воспоминания оборвались резко, едва я повернула голову на голос позади меня.
— Господин генерал, — прошелестел в подвале голос Виттера. — Господин генерал, помилуйте…
Старик сполз на пол, прижался к стене. Все остальные в подвале тоже отхлынули к стенам, стараясь оказаться подальше от генерала, даже те, кого я уже вылечила.
Только я стояла неподвижно, не в силах двинуться, опасаясь позорно упасть.
Я вдавила ладонь в шершавый стол. Заставила себя выпрямиться. Проследила взгляд генерала на молодого дракона на столе.
Генерал спрашивал про своего адъютанта. Значит, вот кого я вылечила…
Тем временем генерал прошёл внутрь, пристально глядя на молодого дракона, который всё ещё был без сознания.
За ним в дверном проёме возникли двое в таких же тёмных мундирах. Они остались на лестнице, по эту сторону порога.
— Я задал вопрос, — не отводя взгляда от раненого, низко и властно сказал генерал.
— Госпожа Риана лечила, — сказал кто-то. — Она искусная…
Слова оборвались от чёрного взгляда генерала на говорившего.
Затем генерал снова посмотрел на своего адъютанта. Я видела, как его цепкий взгляд прошёл по перевязанной груди, по повязками на левом боку и предплечье.
Секунда. Две.
Воздух, пока он смотрел на адъютанта, стал чуть легче. Я поймала этот момент, втянула его в лёгкие так быстро, как могла.
А затем генерал медленно, тяжело, перевёл взгляд на меня.
Глава 5
Приказ
Я стояла под давящим чёрным взглядом, а вокруг всё растворялось. Люди у стен. Низкие огоньки. Стены и потолок. Даже запахи отступили куда-то за край сознания.
Остались только глаза генерала. Непроницаемые. Страшные. Те самые, которые когда-то были последним, что я видела перед смертью Нореаны.
Генерал молчал. От этого становилось хуже.
В груди всё сжалось до тугого, болезненного комка. Я тонула в этом взгляде, горела под ним и никак не могла заставить себя отвести глаза.
Генерал ждал, а я вспоминала эту его особенность. Умение ждать и молчать. Неподвижное. Тяжёлое. Без малейшего движения навстречу.
Он умел полностью лишить воли одним только молчанием. Когда-то Нореана терялась от этого и путалась в словах.
Но когда-то он смотрел на меня иначе. Так же прямо и властно, но в глубине чёрных глаз было что-то, от чего хотелось сделать шаг ближе.
Сейчас любое приближение означало для меня гибель. Это я понимала слишком чётко.
Я заставила пальцы разжаться. Ладонь отлипла от края стола. Кожа горела от шероховатого дерева.
— Да, я вылечила, — наконец смогла заставить себя заговорить.
— Вывести людей, поручить Ольдрику позаботиться, — тут же бросил генерал двум гвардейцам, не отводя непроницаемого взгляда от меня. — Лекарка остаётся здесь.
Тут же всё пришло в движение.
Один из гвардейцев указал на выход, говоря, что город освобождён и никому ничего не угрожает. Всех разместят в безопасности. Населению уже оказывают помощь.
Другой гвардеец метнулся вверх по лестнице, выкрикивая приказы.
Появились быстрые люди в форме армии Аринхорда. Я увидела среди них лекаря, который стремительно осматривал людей в подвале и точно знал своё дело. Это меня успокоило. Те, кого я восстановила своим целительским даром, теперь были в умелых руках.
К тому же слово «позаботиться» от генерала означало именно это. О них позаботятся.
Уж что-что, а генерал Эрнард заботиться умел не только о своих драконах и людях, но и обо всех, кто попадал в тень его крыла. Это лишь подчёркивало ту жёсткость и непримиримость к тем, кто был настолько безрассуден, что становился врагом его самого и всего дома Аринхорда.
Ещё один лекарь, высокий пожилой дракон с непроницаемым взглядом, возник рядом с адъютантом, который всё ещё был без сознания. Я оценила мощь и эффективность диагностических заклинаний, которыми он опутал молодого дракона. До такого уровня мне было ещё далеко.
Лекарь сказал генералу, что трогать адъютанта нельзя и вмешиваться он не будет, потому что всё сделано грамотно. При этом целитель так косился на меня, что по коже прошёл холод.
Мне не оставалось ничего иного, кроме как стоять и ждать.
Впрочем, всё заняло считанные минуты. Подвал опустел. В нём остались лишь мой внезапный пациент, всё ещё без сознания лежащий на столе, я и монументальная фигура генерала, который так и не двинулся с места за всё это время.
— Докладывай, что сделала, — отрывисто приказал мне генерал.