Страница 34 из 121
' Я мог бы это сделать. ' Кристиан вытянул свои длинные ноги, а глаза Франко заблестели. 'Я мог бы рассказать вам, как выглядит взрыв на переполненной рыночной площади сверху. О том, как дым и пыль поднимаются в воздух, окрашенные в розовый цвет кровью и алый — огнем. Я мог бы рассказать вам, на что это похоже, когда эти костры оживают и языки пламени находят друг друга, когда они превращаются из ручейка в неудержимый поток. Но на самом деле это не то, что ты хочешь знать.
Он остановился и улыбнулся, в то время как Франко, у которого чуть не текли слюнки, по — совиному моргал, глядя на него.
Что ты хочешь знать, так это каково это. Развязать ад. Обрушить ужас с небес. Превратить ничем не примечательный день в кошмар.
Кристиан снова сделал паузу. Франко смотрел на него так, словно тот владел тайнами Вселенной. Он понизил голос, так что генерал был вынужден наклониться ближе.
'Никто не знал, что мы придем — в этом прелесть любого рейда, и сегодня он был выполнен идеально. Это тот момент — в воздухе, все еще незамеченный, ожидающий нападения, — когда ты чувствуешь, как в тебе нарастает сила. Потому что к тому времени, когда они услышат грохот и начнут звонить в колокола и звать на помощь, будет уже слишком поздно. И вот тогда начинается спорт; вот тогда начинается настоящее веселье. Вы не атакуете сразу — вы позволяете своему самолету поиграть. Вы взмываете и проноситесь над их головами, как будто это он, момент их гибели, а затем так же быстро уноситесь прочь. Ты ловишь их облегчение, поднимающееся вверх, как струйка воды, и танцуешь на нем".
Он сделал вторую паузу. Он позволил Франко забраться в кабину рядом с собой.
Ты летишь обратно на гребень этого рельефа еще быстрее, со своими бомбами, пулеметами и своей мощью, и вот наступает тот момент. Когда твоя кровь вспыхивает. Когда ты вычеркиваешь из жизни всех этих маленьких, несущественных людей.
— И на что же тогда это похоже?
Франко поставил свой бокал, прежде чем выронил его. Его голос дрожал. Он полностью отключился от остального зала.
Теперь я могла попросить его о чем угодно. Я мог бы попросить его загадать три желания, и он бы тут же даровал мне любое богатство, какое я пожелаю, и дал бы мне еще три.
Это была заманчивая мысль, но Кристиан предпочитал придерживать награды до тех пор, пока они не понадобятся, а прямо сейчас ему ничего не было нужно. У него уже был новый правитель Испании на ладони; он уже вложил долг в банк. Поэтому вместо этого он улыбнулся и дал Франко ответ, от которого его лицо засияло так же ярко, как одна из его любимых медалей.
— Как бог, Каудильо. Как бог, единственная цель которого — летать ради тебя.