Страница 126 из 152
Проследим теперь содержание последней (по-нашему) страницы китайских» газет. Заголовок совершенно в европейском вкусе: набранное крупными буквами название газеты, рядом проставленные более мелким шрифтом названия городов, где принимается подписка на газету, и, наконец, китайские даты. Цена каждого отдельного номера обыкновенно не превышает 5–6 сапеков, т. е. приблизительно полутора пфеннигов. Затем идет прекрасно написанная передовица, в которой затрагиваются разные внутренние и внешние вопросы, причем редактора нисколько не стесняются давать правительству всякие добрые советы. Вторая страница содержит извлечения из «Столичной газеты», касающиеся назначений и императорских указов; сообщение данного рода получаются газетами по телеграфу от собственных столичных корреспондентов. И в Китае завелись таковые! Заканчивается этот отдел телеграммами (в переводе) агентства «Рейтер», которое и здесь имеет своих абонентов. Самый же интересный отдел в китайских газетах составляют помещающиеся на следующих страницах местная хроника, фельетон, провинциальные известия и судебная хроника. Итак, китайские рыцари пера, вернее, кисточки, так как в Китае пишут кисточками, в точности копируют европейские издание.
В европейских газетах, откуда китайские черпают большую часть материала, однако, встречается масса таких слов, для обозначения которых на китайском языке нет соответствующих слов, вроде, например: телефон, телеграф. И вот, вместо того чтобы прибегать к длинным описательным названием, китайские журналисты попросту пользуются китайскими словами, сходными с данными европейскими по звуку, но имеющими сами по себе совершенно иное значение. Вначале, конечно, такие самодельные слова должны казаться читателю настоящей тарабарщиной, но потом мало-помалу привыкают соединять с ними настоящие понятия. Так, например, слово «ультиматум» изображается китайскими журналистами знаками-словами: «у-ли-та-тун»: телефон – «то-ли-фынь»; status quo – «цзе-та-ту-кэ». Очень трудно также для китайцев печатать в газетных объявлениях имена и фамилии европейских купцов. Поэтому каждая европейская торговая фирма обзавелась собственным китайским прозвищем; например, Ehlers зовется Цзы-ли-си; Golding – Гудин: Morrison – Ма-ли-сун; Wolf – Ва-фу; Wilkinson – Уй-цин-суи; Meyer – Мэй-эль.
Несмотря на все подлаживание китайских журналистов под английские образцы, статьи их отличаются некоторою наивностью и часто говорят о таком суеверии и легковерии, что невольно вызывают улыбку читателя-европейца. Читая несложную местную хронику и провинциальные известия, я поражался удивительным сходством их с подобными же сообщениями, попадавшимися в старину в европейских газетах и принимавшимися у нас на веру еще не далее, как в прошлом столетии. История повторяется, и отдельные миновавшие уже фазы нашего собственного культурного развития можно в настоящее время проследить в некоторых отдаленных странах у других народов. В отношении некоторых отраслей культуры последние переживают еще нашу древнюю историю, в отношении других – наши Средние века, в отношении третьих догоняют нас. Во время моих скитаний по всему свету я имел возможность наблюдать это явление в тысячах случаев, и китайская пресса дала мне еще одно подтверждение этого. Приведу здесь несколько выдержек из кантонских газет.
8 мая 1894 г. было, например, напечатано следующее: «Одна молодая девушка по неосторожности оставила в своей одежде воткнутую иголку, которая при одеванье и вошла в тело девушки. Созванные китайские врачи не могли помочь беде и утолить боли. Тогда брат девушки призвал одного друга, который был сведущ в таких делах. Он положил девушке на грудь бумажку с таинственной надписью, и на следующий день иголка показалась, так что ее легко было вынуть».
9 мая: «В Шуньдаке во время сильного ливня упали с неба две рыбки. Они были такие маленькие, что население не решилось их съесть, но осторожно пустило в реку, где они весело и заплавали».
10 мая: «В улице Бучжи-чжао некто выстроил дом и объявил, что он волею святых назначен освободителем страждущего человечества от скорбей и недугов. К нему стало стекаться множество народу, особенно женщин. Тогда соседи собрались и выгнали его».
11 мая: «В жилище Пан-юя всадника вырос на днях бамбук, который в одно утро достиг семи футов высоты, проломил крышу и в три дня достиг семидесяти футов. Есть люди, которые считают это чудом, между тем как нет ничего естественнее. Почва там пропитана серой, а сера известна своей производительной силой».
Подобные сообщение я читал в каждом номере, иногда на одной странице с депешами «Рейтер». Старый и современный Китай мирно уживаются рядом в этих газетах, но, конечно, недалеко то время, когда обитатели главных китайских городов перестанут интересоваться подобными наивными сообщениями, и последние сменятся сведениями о банковских и торговых операциях, биржевыми бюллетенями и пр., которые из года в год занимают все более и более места на столбцах существующих пока немногочисленных газет. Зерно нового курса уже заложено в Китае, и через какие-нибудь два десятка лет в каждом более крупном китайском городе, наверное, будет своя газета.