Страница 133 из 866
Саул был, вероятно, близок к пророческому движению
{499}
и, как можно предположить, в определенной мере боролся за чистоту монотеизма, в частности, судя по
1 Цар.
28:3, 9, активно выступил против древнего и широко распространенного в Ханаане культа духов предков, участие в котором запрещает Закон Господа
{500}
.
Царь, доблестный воин, предпринимает реорганизацию военных сил и создает постоянную армию, состоящую частью из добровольцев, частью из ополченцев. Войско делится на «тысячи» и «сотни» (см., например:
1 Цар.
22:7). Во главе армии Саула стоит Авнер
{501}
, его двоюродный брат (или дядя
{502}
).
Согласно
1 Цар.
14:47–48 и гл. 15, Саул воевал с моавитянами, аммонитянами, эдомитянами, с арамейским царством Цова — Сувской Сирией и амалекитянами. Впрочем, некоторые исследователи выражают в этом сомнение, полагая, что данные пассажи являются транспозицией событий времен Давида.
Саул начал одарять своих приближенных земельными наделами («поля», «виноградники»; например:
1 Цар.
22:7), что значительно поколебало племенной строй и уклад. Это были, вероятно, земли, по большей части отторгнутые от филистимлян и других соседних народов, так что на них ни одно из колен не могло иметь притязаний. Аналогичная практика засвидетельствована в угаритских документах (XIV — ХIII вв. до н. э.).
При Сауле начинает складываться административный аппарат. Помимо первосвященника и главнокомандующего армией царя в тексте
1 Цар.
упоминается «начальник пастухов Сауловых» Доэг (21:8), «рабы» царя (16:7, 22:6–7, 9, 14, 17), то есть, вероятно, чиновники, офицеры, охранники, гвардейцы-телохранители (ср.: 22:17) и другие лица при дворе царя.
Ок. 1009 г. до н. э. после продолжительной подготовки филистимляне, сконцентрировав все свои силы, прорвались в Изреэльскую долину. Дабы воспрепятствовать рассечению территории Страны Израиля надвое, Саул вынужден был спуститься со своей армией с нагорий на равнину, где у филистимлян, имевших колесницы, было значительное преимущество. Решающее сражение с филистимлянами произошло у горы Гилбоа. В жестокой битве пали Саул и его три сына, израильская армия была разбита; филистимляне же захватили Бет-Шеан
(вар.;
Бет-Шан) и фактически стали контролировать большую часть страны. Обезглавленное тело Саула и тела его сыновей были повешены филистимлянами на стене Бет-Шеана. Но жители заиорданского Йавеш-Гил'ада, которых Саул когда-то спас от аммонитян (1 Цар. 11:1—11), сняли его тело и тела его сыновей со стены, принесли в свой город, сожгли, а кости их погребли там под тамариском
(1 Цар.
31:8— 13;
2 Цар.
2:4–5; ср.:
1 Пар.
10:8—12). Согласно
2 Цар.
21:12–14, впоследствии Давид перезахоронил останки Саула и Йонатана в их родовую гробницу в Целе
{503}
, в уделе Бинйамина.
Заключая краткий очерк о первом израильском царе Сауле, отметим, что по мнению многих исследователей, негативные тенденции в описании Саула в Первой книге Царств (в особенности в
1 Цар.,
гл. 16–27) появились в результате позднейшей продавидической редактуры. Тем не менее из глав Священного Писания, посвященных царю Саулу, вырисовывается образ сильного правителя, заложившего основы израильской государственности, и великого воина. Именно таким он предстает в Плаче Давида по смерти Саула и его сына Йонатана, содержавшемся в очень древнем поэтическом сборнике, Книге Праведного (до нас не дошла
{504}
), и включенном во Вторую книгу Царств 1:18–27:
Краса, о, Израиль, на высотах твоих пронзена!
Как пали сильные!
Не рассказывайте в Гате,
не возвещайте на улицах Ашкелона,
чтобы не радовались дочери филистимлян,
чтобы не торжествовали дочери необрезанных.
Нагорья Гилбоа! Ни роса, ни дождь (да не сойдет) на вас,
и полей плодородных (да не будет на вас).
Ибо там повержен щит
{505}
сильных,
щит Саула — как бы и не был он помазан елеем
{506}
.
Без крови пронзенных,
без тука сильных
лук Йонатана не отступал назад,
и меч Саула не возвращался даром.
Саул и Йонатан —
любезные и согласные в жизни своей,
и в смерти своей не разлучились —
орлов быстрее,
львов сильнее.
Дочери Израиля! О Сауле плачьте,
который одевал вас в багряницу с украшениями,
доставлял уборы золотые на одежды ваши.
Как пали сильные на брани!
Йонатан на высотах твоих пронзен.
Скорблю о тебе, брат мой Йонатан,
дорог ты был мне очень;
превыше любовь твоя была мне
любви женской.
Как пали сильные,
погибло оружие бранное!