Страница 102 из 115
Глава 53 Хедли
Глава 53Хедли
Когда Истон возвращается с выездной серии, у него есть всего один выходной перед началом домашних игр, а затем он снова уезжает на неделю.
— Никогда не понимал, насколько изматывающим бывает бейсбольный сезон. Надо было идти в американский футбол. Там играешь от силы двадцать один матч, — он ставит перед Таннером на столик кусочки авокадо.
— Тогда бы ты вечно ходил в синяках, — говорю я, листая ленту в телефоне.
— А ты видела синяк у меня на бедре?
— Я ведь его поцеловала, разве нет? — ухмыляюсь я, глядя в экран.
— Выходит, будь я футболистом, тебе пришлось бы целовать куда больше моих болячек, — я поднимаю взгляд, и он подмигивает. — А если серьезно, меня вечно нет дома.
— Наверное, ты просто этого не замечал, пока тебе не к кому было возвращаться, — я хлопаю ресницами.
Он наклоняется и целует меня, отчего Таннер радостно визжит.
Это новая фишка Таннера, и я готова поклясться, что Истон научил его этому только ради того, чтобы иметь лишний повод меня поцеловать. Не то чтобы я жаловалась.
— Теперь выходные – мои самые любимые дни, — он возвращается на кухню.
Мне кажется, сейчас идеальный момент, чтобы рассказать ему, что Таннер назвал меня мамой, но я не хочу, чтобы Истон решил, будто я жду, что он официально отведет мне эту роль.
— Онор на днях кое о чем меня спросила.
— Да?
Интересно, он вообще меня услышал? Он слишком занят тем, что нарезает сэндвич с сыром на крошечные квадратики для Таннера. Хотя я понимаю его одержимость. Сама каждый раз до смерти боюсь, что малыш подавится, когда я его кормлю.
— Она спрашивала насчет поисков мамы Таннера.
— Окей...
— Ты все еще не планируешь ее искать? — я тянусь вперед, чтобы помочь Таннеру взять кусочек авокадо и положить ему в рот. Для него это новая еда, и ему явно больше нравится с ней играть, чем есть.
Малыш отталкивает мою руку.
— Мама.
Этого следовало ожидать. Я хожу вокруг да около, пытаясь все рассказать Истону, а мелкий партизан просто взял и сдал меня с потрохами.
Истон молчит, но, когда я заглядываю на кухню, вижу, что он смотрит на меня, забыв про свой сэндвич.
— В общем... я не рассказала, — я откидываюсь на спинку стула. — Слушай, можешь подойти?
Я не хочу вести этот разговор через всю комнату. Он слишком важен.
Истон приносит тарелку с сырными квадратиками к столу и садится по другую сторону от Таннера.
— Я знаю, — говорит он, едва опустившись на стул. — Я услышал это по видеоняне, но не хотел говорить, чтобы не напугать тебя. Не знал, как ты к этому отнесешься, а сама молчала, так что...
Я смеюсь, потому что это так в нашем духе. Искренне надеюсь, что однажды мы все-таки перестанем возводить друг перед другом стены.
— Я была в шоке. Хотя, честно говоря, не знаю почему. Он, наверное, думает: «Эта женщина все время рядом, значит, она, должно быть, моя мама».
Истон прищуривается.
— Не уверен, что дело в этом.
— Он просто считает, что она у него должна быть. Они есть в каждом мультике. В каждой книжке. У каждого из его друзей.
— С каких это пор у Таннера появились друзья? — он кладет кусочек сэндвича на столик малыша.
— Ты понимаешь, о чем я. Хейзел, например, все время со своей мамой.
Он поднимает руки в примирительном жесте.
— Думаю, реальный вопрос в том, как ты сама к этому относишься?
Мои глаза округляются.
— Как я к этому отношусь? А ты как к этому относишься?
Истон цепляет мой стул ногой и подтягивает к себе. Он отодвигает тарелку, вторгается в мое личное пространство и шепчет:
— Я, черт возьми, в полном восторге, — затем откидывается назад, давая Таннеру еще кусочек сэндвича. — Я бы очень хотел, чтобы ты стала мамой Таннера, но я не собираюсь на тебя давить.
Ну конечно. Он наверняка боится, что я сбегу. Прежняя я так бы и сделала.
Я поджимаю губы.
— На самом деле меня это почти не пугает. Странно, да?
— Ну, я заделал довольно офигенного ребенка.
Я склоняю голову.
— Я не хочу относиться к этому легкомысленно. Я знаю, что мы женаты только на бумаге, и мы начали эти отношения просто чтобы посмотреть, к чему все приведет. И пока все идет отлично. Я действительно счастлива.
Он машет рукой, ухмыляясь.
— Продолжай.
— Наверное, я пытаюсь сказать, что независимо от того, что будет с нами, я останусь в жизни Таннера до тех пор, пока он мне позволит.
— Повезло ему. И что мне нужно сделать, чтобы получить такие же гарантии?
Я перебираюсь к нему на колени, оседлав его бедра, и запускаю ногти в волосы у него на затылке.
— Тебя я тоже хочу оставить себе. Но я просто хочу, чтобы ты знал: для меня это кое-что значит. Я думала об этом последние три дня и поняла, что не могу контролировать то, кем Таннер меня видит. И мне безумно нравится каждый раз, когда он это говорит. Но просто чтобы ты знал: если ты когда-нибудь захочешь все прекратить или вроде того и будешь переживать, что Таннера это коснется – это не так.
Его руки опускаются мне на задницу, и он прижимает меня ближе к себе.
— От тебя я другого и не ожидал. Но значит ли это, что ты остаешься?
Я твердо киваю.
— Я остаюсь.
— Каковы наши шансы уложить его на второй тихий час? — он смотрит через мое плечо, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть Таннера, который не отрывает от нас взгляда.
— Ничтожно малы.
Истон цепляет ногой стульчик Таннера и подкатывает его ближе.
— Кто это? — он указывает на меня.
Таннер слишком занят поеданием авокадо, но Истон не сдается. Только после третьего вопроса Таннер наконец выдает:
— Мама.
— А это кто? — я указываю на Истона.
— Па-па.
— А ты? — спрашивает Истон.
Таннер смотрит на него совершенно пустым взглядом.
— Не думаю, что мы уже дошли до этого этапа, — я тихо смеюсь.
Истон тычет его в животик.
— Ты наш.
— Да, наш, — мягко соглашаюсь я.
Телефон вибрирует на столе. Я целую Истона, затем Таннера, беру мобильник и вижу сообщения от мамы.
Мама: Знаю, что ты занята, но мне бы очень не хотелось, чтобы ты это пропустила
Мама: Вот ссылка на информацию о похоронах бабушки Онор
Я: Да, я в курсе
Я издаю раздраженный вздох и бросаю телефон на стол.
— Кто там? — Истон хмурится.
— Моя мама, — я роняю голову ему на плечо, и он проводит рукой по моей спине. — Кажется, она тоже завтра идет на похороны бабушки Онор.
— Ну, логично, раз Онор – твоя лучшая подруга.