Страница 44 из 66
— Ваше Величество, — зашептала Катрина, — пожалуйста, мы не хотели… мы были в отчаянии… у меня дочь…
— Я уже слышала эти слова, Катрина. Они меня не трогают.
— Валечка…
— Леди Мирена, для Вас я Ваше Величество, — я брезгливо одёрнула руку, к которой тянулись дрожащие пальцы. — Вы ослушались моего прямого приказа. Я предупреждала, что за это ждёт. — Я повернула голову к ближайшему стражнику. — Взять всех троих под стражу и отвести в темницу. До моего особого распоряжения.
Аделина ахнула и покачнулась, рухнула в обморок в руки стражника. Катрина и Мирена что-то кричали, молили, но я их не слушала. Только досадливо поморщилась и продолжила путь.
Я подержу их в темнице не больше суток. Чтобы поняли, что я слов на ветер не бросаю.
Кабинет Рейнара встретил меня тишиной и знакомым запахом. Пергамент. Воск. И запах его тела, оставшийся на обивке кресла. Я опустилась в него, провела ладонью по тёмному дереву столешницы. На мгновение закрыла глаза.
Глаза защипало от невыносимой тоски по нему. Шелл вошёл через минуту с первой стопкой бумаг, и я принялась за дело.
Я работала быстро. Я знала, что Рейнар подписал бы не глядя, что оставил бы на доработку, что отправил бы в мусорную корзину. Я подписывала своей печатью, ставила дату, откладывала в правую стопку. Шелл уносил одно, приносил следующее.
Я настолько погрузилась в работу, что сама не заметила, как быстро пролетело время. Дверь тихо открылась, в кабинет вошёл Арлен с подносом в руках. На подносе стояла миска с какой-то кашей, пиала с отваром, кусок хлеба и маленький горшочек с мёдом.
— Северин велел тебя накормить, потому что ты забываешь есть.
Я улыбнулась. Впервые за день. Поразительно, как быстро из голоса сына исчезла ревность, сменившись уважением к Северину.
— Мама, ешь, а потом нужно возвращаться. Уже вечер.
Я подняла на него глаза, чувствуя, что в груди всё холодеет от страха.
— Яд вернулся?
— Не вернулся. Но чёрные тени на ключицах ещё есть. Северин говорит, если повторить сегодня, завтра к утру уйдут совсем.
Я кивнула. Потом дотянулась до миски, взяла ложку и замерла, так и не приступив к еде.
— Света приготовила, мама. Я никого не подпускал.
— Она в замке? — я только сейчас вспомнила про дрожащую девушку, истинную Рейнара.
— Да. В моих покоях, — сын сложил руки на груди.
— И как она? — я зачерпнула кашу и попробовала на вкус.
— Она послушалась тебя и сбежала в академию магии. Вы исчезли из дворца одновременно.
Я вскинула брови. Я совершенно не ожидала от этой девочки такой прыткости. Она казалась мне слишком робкой.
— А почему она в твоих покоях? — я смотрела на сына внимательно, ждала, что он покраснеет или смутится, но он был невозмутим.
— Потому что она моя, мама.
— Но… Отец очнётся. Что будет, если он заявит на девушку права? — я говорила об этом отрешённо, не вдумываясь в смысл слов.
— Я её заберу. Унесу. Украду. Всё что угодно сделаю, но не отдам.
Я видела, как горят решимостью глаза Арлена. Я не была удивлена. Ещё месяц назад я знала, что так будет. И я не сомневаюсь, что девушка отвечает сыну взаимностью.
— Она твоя истинная? — я отправила в рот новую ложку каши, которая была крайне вкусной.
— Нет. Меток у нас нет.
— Я всегда поддержу твой выбор, сын, — я кивнула, мягко улыбаюсь.
Но по его глазам я видела, что если бы я даже не приняла его выбор, он бы не отказался от девушки. Слишком сильно любил. Всё, на что я могла надеяться, что девушка любит его не меньше. Я быстро съела кашу.
— Передай, что было вкусно. А теперь пойдём. Нужно продолжить лечение.
двери в покои Рейнара стоял удвоенный караул, как я и велела. Стражники вытянулись и расступились.
Внутри пахло травами и чем-то металлическим. Рейнар лежал на кровати, накрытый до пояса простынёй. Северин сидел в моём кресле и читал книгу.
— Готовы? — Поднялся, когда мы вошли.
— Готова.
Я подошла к кровати. Села на край. Пальцами провела по лицу Рейнара. Он стал выглядеть ещё лучше. Император шевельнулся во сне, а я торопливо одёнула руку и закатала рукав, протягивая Северину руку.
Он взял мою руку очень бережно. Посмотрел мне в глаза, будто ещё раз спросил без слов. Я кивнула.
Лезвие блеснуло в свете свечей. Короткий острый надрез на подушечке мизинца, самый короткий и самый безболезненный путь. Густая капля крови выступила и задрожала на коже. Северин перехватил мою руку и поднёс её к губам Рейнара. Арлен осторожно разомкнул губы отца пальцами, как я сама делала в первую ночь. Несколько капель попало в рот и Рейнар слабо дёрнулся. Гортанно застонал. Потом его губы сомкнулись, и он сглотнул. Арлен тихо и с явным облегчением выдохнул.
— Всё. Достаточно.
Северин прижал к моему мизинцу чистый лоскут, после чего нанёс заживляющую мазь, благодаря которой порез затянулся на глазах. Мужчина протянул мне кубок с водой. Я осторожно взяла его и втянула запах трав. Снова снотворное.
— Нужно восстанавливать силу, — твёрдым голосом сказал Северин.
Глядя в голубые глаза, я выпила всё до последней капли. Я провалилась в сон почти мгновенно, уложив голову на соседнюю от Рейнара подушку. Смотрела на профиль мужа и молилась, чтобы он открыл глаза.