Страница 112 из 161
Следующим объектом нападения Акбара стала Гондвана. В 1564 году Асаф-хан, наместник восточных провинций, получил приказ выступить против рани Дургавати, которая правила Тарах-Катангой (северная часть Мадхья-Прадеша) в Гондване в качестве регентши при своем несовершеннолетнем сыне Бир Нараяне. Дургавати оказала упорное сопротивление, достойное ее раджпутских предков, но ее войска были разбиты в сражении, которое произошло между Гарахом и Мандалой. Узнав о поражении, Дургавати заколола себя кинжалом. Юный Бир Нараян также погиб, храбро защищая крепость Чаурагарх, а женщины, бывшие в этой крепости, совершили страшный обряд
джаухар —
самосожжение.
Стратегические соображения требовали, чтобы верховный правитель Северной Индии держал в руках ключи к Раджпутане — Мерту в Марваре, которая уже была завоевана, Читор в Меваре и Рантхамбхор в Бунди. В октябре 1567 года началась Осада Читора, которая длилась четыре месяца. Удай Сингх, сын раны Санграма Сингха, храбрецом не был — он спрятался в отдаленном лесу, поручив оборону Читора своим приближенным Джаймалу Ратхору и Патте. Они оказали упорное сопротивление могольскому войску. Осада, возможно, продлилась бы намного дольше, но сам Акбар удачным выстрелом убил Джаймала. После этого женщины, не ожидая окончательного падения крепости, начали совершать обряд
джаухар.
Когда же крепость была взята, Акбар, взбешенный упорством ее защитников, учинил массовое избиение мирных жителей.
В 1572 году Акбар решил присоединить к своим владениям Гуджарат. В ноябре он подошел к Ахмедабаду. Правитель Гуджарата Музаффар-шах III покорился без сопротивления. Акбар отстранил его от дел, но приказал выдавать ему из казны регулярное содержание. Затем падишах взял Сурат, не пожелавший признать его власть, и вернулся в Фатхпур-Сикри, тогдашнюю свою столицу.
Вскоре, однако, пришло известие, что в Гуджарате могольские мирзы задумали отложиться от Моголов. С поразительной быстротой Акбар подготовил поход и с ураганной скоростью двинулся к Ахмедабаду, преодолев расстояние почти в 900 километров за девять дней. С армией всего в три тысячи человек, не дожидаясь подкрепления, он, как разъяренный тигр, стремительно атаковал двадцатитысячную армию восставших и обратил их в бегство. Этот поход Акбара считается самой кратковременной военной кампанией в истории Индии. Подчинение Гуджарата не только увеличило ресурсы империи, но и обеспечило ей свободный выход к морю.
Затем пришла очередь Бенгалии. Здесь с 1564 года правил афганский вождь Сулейман Карарани. Он признавал верховную власть Акбара и посылал ему ценные подарки. Но занявший в 1572 году бенгальский трон его сын Дауд велел читать хутбу с упоминанием своего имени и выпускал собственные монеты. А когда Акбар находился в Гуджарате, он, словно провоцируя его на ответные действия, захватил передовые посты империи Моголов.
В 1574 году в сезон дождей — очень тяжелое для проведения военных кампаний время — Акбар начал поход вниз по Гангу. Дауд оказался к этому не готов и бежал, оставив главные свои города Патну и Хаджипур. Акбар возвратился в свою столицу, предоставив довершить дело Муним-хану, а тот, окончательно разбив Дауда, не нашел ничего лучше, как оставить его властителем Ориссы. Как только основное могольское войско ушло, Дауд снова взялся за оружие, и Акбару пришлось возвращать войска. Дауд был убит в битве при Раджмахале в июле 1576 года. После этого Бенгалия формально стала частью Могольской империи, но некоторые местные князья еще много лет были полными хозяевами в своих владениях.
Политика в отношении раджпутов.
Рантхамбхор пал в 1569 году. После этого Акбар заключил договор с раджпутским государством Бунди, который дает нам ясное представление о его настойчивом желании умиротворить раджпутов. Согласно условиям этого договора, раджпуты получали многочисленные привилегии по сравнению с населением других областей, входящих в империю Великих Моголов.
Правители Бунди не должны были отправлять девушек в гарем Моголов, их храмам гарантировалась неприкосновенность. Они получали право входить в диван-и-ам (зал общих приемов) вооруженными, им обещано было, что на их лошадях не будет выжигаться клеймо падишаха, и т. д. Что же до простолюдинов, то они освобождались от подушного налога.
Почти все раджпутские княжества покорились Акбару (исключение составил Мевар), и почти все их правители стали
мансабдарами
(военачальниками) Могольской империи. Из раджпутов набиралась треть могольской конницы. Таким образом, Акбар стал первым, кто, силой покорив раджпутов, сумел найти с ними общий язык. В этом заключается коренная разница между политикой в отношении раджпутов, которую проводил он, и политикой его предшественников.
Присоединение Кабула (1581–1585).
В 1581 году Акбар отправился в поход на Кабул, где по-прежнему правил его сводный брат Мухаммед Хаким, который формально ему подчинялся, но в действительности проводил независимую и далеко не всегда лояльную в отношении Акбара политику. Было подозрение на то, что он ведет свою интригу при дворе Акбара, и с ним связаны некоторые влиятельные вельможи, включая главу финансового ведомства Шах-Мансура. Акбар вошел в Кабул в августе 1581 года, по дороге повесив бывшего при его войске Шах-Мансура; при его приближении Хаким бежал в горы. Впрочем, позже он вернулся и даже получил позволение — теперь уже под присмотром чиновников Акбара — управлять Кабулом, но продолжалось это недолго: в 1585 году пьянство свело Хакима в могилу, и его владения превратились в провинцию империи.
Безопасность Кабула невозможно было обеспечить без контроля над Кандагаром, который к тому же имел большое торговое значение. Ежегодно через Кандагар из Индии в Персию проходило около 14 тысяч навьюченных товарами верблюдов. Таким образом, Кандагар превратился в яблоко раздора между правителями Персии и Индии.
В 1595 году персидский наместник Кандагара уступил его Акбару без боя. Тогда же к империи падишаха был присоединен Белуджистан. Еще раньше ее провинциями стали Кашмир (1586) и Синд (1590 или 1591).
Завоевания в Декане.