Страница 60 из 116
Глава 8 Мое имя в титрах
Глава 8 Мое имя в титрах
К утру я переписала четыре страницы.
Потом перечитала и решила уехать домой.
Одно не противоречило другому.
Сценарий лежал открытым на ноутбуке. Рядом — уведомление комиссии, жалоба Никиты, письмо Марка и незаполненная форма отзыва фестивальной заявки.
В новой версии первой сцены герои больше не обещали, что останутся прежними.
Они стояли возле общежития с чемоданами и смотрели на незнакомое здание.
Она спрашивала:
— А если мы станем другими?
Он отвечал:
— Станем.
Я написала эту реплику в четыре утра.
Сначала она показалась честной.
К шести — банальной.
К семи я уже не понимала, зачем вообще пытаюсь спасти десятиминутный студенческий фильм, который успел разрушить больше отношений, чем некоторые полнометражные драмы.
Я открыла сайт железных дорог.
До дома можно было уехать в пятницу вечером.
Не на зимние каникулы.
Сейчас.
Взять билет только на себя.
Сдать зачёты позже. Написать преподавателям, что возникли семейные обстоятельства. Переждать остаток семестра в своей комнате, где за стеной не жила Катя, по коридорам не ходил Никита и никто не знал девушку из видео.
Я выбрала место.
Верхняя полка.
Никита ненавидел верхние.
Я тоже.
Но теперь не требовалось меняться.
До оплаты оставалось десять минут.
Я ввела данные паспорта.
Телефон завибрировал.
Сообщение от мамы:
«Сонечка, как ты? Ты последние дни совсем коротко отвечаешь».
Я закрыла сообщение.
Если куплю билет, придётся рассказать.
Мама встретит на вокзале.
Увидит лицо.
Позвонит Никите.
Потом его матери.
В нашем городе новость распространится быстрее, чем в университетском паблике.
Школьные знакомые будут писать:
«Мы всегда думали, что вы поженитесь».
Соседка спросит маму в магазине.
Папа будет молчать и чинить что-нибудь на кухне, потому что не умеет говорить о боли.
Дом не отменит произошедшее.
Просто перенесёт в другое место.
И всё равно я нажала «продолжить».
— Ты куда собралась?
Я вздрогнула.
Яна лежала на кровати лицом к стене.
— Спи.
— Уже не сплю.
— Я не шумела.
— Ты вздыхаешь так, будто заполняешь заявление на эвтаназию.
Я посмотрела на экран.
— Покупаю билет.
Яна перевернулась.
— Домой?
— Да.
— На каникулы рано.
— Я знаю.
Она села.
Волосы растрёпаны, на щеке след от подушки.
— Когда?
— В пятницу.
— Сегодня среда.
— Я умею считать.
— А зачёты?
— Договорюсь.
— Общежитие?
— Не выселяюсь.
— Фильм?
— Закрываю.
Яна надела очки.
— Марк?
— Не разговариваю.
— Никита?
— Пусть празднует.
— Значит, всё-таки из-за него.
— Я не сказала.
— Сказала «пусть празднует».
— Это не значит, что я уезжаю ради него.
— Хорошо. Ради чего?
Я отвернулась к ноутбуку.
Время на оплату уменьшалось.
Восемь минут.
— Я устала.
— Это правда.
— Не хочу новых скандалов.
— Тоже правда.
— Хочу спокойно закончить семестр.
— Дома?
— Да.
— Как ты собираешься спокойно заканчивать семестр за тысячу километров от занятий?
— Буду писать преподавателям.
— Что?
— Что заболела.
— На месяц?
— Не знаю.
— Соня.
— Что?
Яна спустила ноги на пол.
— Ты уезжаешь не домой.
— А куда?
— Отсюда.
— Очень глубокая мысль.
— От чего именно?
Я закрыла окно оплаты.
— От всего.
— Это не ответ.
— От Никиты. От Кати. От Марка. От фильма. От паблика. От людей, которые обсуждают, с кем я сплю. Достаточно?
— Нет.
Я повернулась.
— Что ещё тебе нужно?
— Понять, чего ты боишься больше всего.
— Я не боюсь.
— Тогда зачем билет?
— Потому что имею право уехать.
— Конечно.
— Ты опять делаешь это.
— Что?
— Соглашаешься так, будто я должна сама понять, что не права.
— Я не знаю, права ты или нет.
— Тогда перестань анализировать.
— Хорошо.
Яна встала.
Взяла полотенце.
Пошла к двери.
Я смотрела ей вслед.
— И всё?
Она остановилась.
— Ты купишь билет, если захочешь.
— Я спросила не об этом.
— О чём?
— Ты считаешь, что я бегу?
Яна прислонилась к двери.
— Да.
— От поражения?
— Возможно.
— От Никиты?
— Частично.
— От Марка?
— Да.
— Почему от Марка?
— Потому что если останешься, придётся решить, что делать с ним. Проще сделать вид, что решение приняло расстояние.
Я сжала зубы.
— Я уже решила. Не разговаривать.
— Тогда от него бежать не нужно.
— Умная.
— Ты спросила.
— Ещё от чего?
Яна посмотрела на сценарий.
— От необходимости признать, что фильм важен тебе самой.
— Он не важен.
— Тогда отзови заявку.
Я открыла форму.
Кнопка находилась внизу.
«Отозвать».
— Нажми, — сказала Яна.
— Не командуй.
— Я не командую. Предлагаю сделать то, что ты уже решила.
— Сейчас не обязательно.
— Почему?
— Потому что комиссия только в конце декабря. Можно отозвать позже.
— Зачем ждать?
Я не отвечала.
Яна подошла к столу.
Повернула ноутбук к себе.
Прочитала четыре новые страницы.
— Ты всю ночь писала.
— И что?
— Люди редко переписывают до утра то, что им не важно.
— Я не могла уснуть.
— Можно было смотреть сериалы.
— Не хотелось.
— Можно было читать комментарии.
— Я стараюсь не читать.
— Можно было собирать чемодан.
Я закрыла документ.
— Допустим, фильм важен. Это ничего не меняет.
— Меняет.
— Что?
— Тогда ты уезжаешь не потому, что закончила здесь дела. А потому, что Никита подал жалобу, Марк оказался трусом, а люди снова начали говорить.
— Отличные причины.
— Да.
— Значит, ты согласна.
— Что причины веские. Не что они должны решать за тебя.
— Никто за меня не решает.
— Никита уже решил, что имеет право определять, можно ли показывать твою историю.
Я посмотрела на жалобу.
— Комиссия может согласиться.
— Может.