Страница 3 из 116
Она называлась «Мы приехали вместе».
Двое выпускников из маленького города поступают в большой университет. Первое время они держатся друг за друга, но постепенно город начинает менять их. Они заводят новых друзей, перестают понимать привычные шутки, спорят о будущем и боятся признаться, что взросление может развести их в разные стороны.
В моей версии они всё преодолевали.
Последняя сцена происходила на набережной. Герои обещали, что, сколько бы город ни пытался их разлучить, они всегда будут возвращаться друг к другу.
Я отправила сценарий по указанной почте.
Потом испугалась и написала ещё одно письмо с просьбой считать предыдущее ошибкой.
Через час получила ответ:
«Первое письмо считаю заявкой. Второе — панической реакцией автора. Приходите завтра в медиаклуб».
Подпись: Марк Романов.
На следующий день я стояла перед стеклянной дверью студии и почти решила уйти.
— Ты Лаврова?
Я обернулась.
Парень с камерой висевшей на плече смотрел на меня с лёгким раздражением, словно я уже заставила его ждать.
Он был выше Никиты, худой, в чёрной куртке и с растрёпанными тёмными волосами. Не красавец в привычном смысле, хотя лицо у него было такое, на котором взгляд задерживается чуть дольше, чем планировал.
— Да.
— Марк.
— Я догадалась.
— По бирке на чемодане?
Я не сразу поняла, что он шутит.
— По письму.
— Тоже подходит.
Марк открыл дверь и пропустил меня внутрь.
Медиаклуб оказался большой комнатой, заставленной техникой, проводами и старой мебелью. У стены стоял зелёный фон. На столе лежали объективы, карты памяти и три пустые кружки.
За компьютером сидел рыжеватый парень в наушниках.
— Это Арсений, — сказал Марк. — Если он не отвечает, не обижайся. Он либо монтирует, либо притворяется.
Арсений поднял руку, не оборачиваясь.
— Я всё слышу.
— Тогда поздоровайся.
— Здравствуйте, новый бесплатный трудовой ресурс.
— Соня, — представилась я.
— Приятно познакомиться, Соня. Не соглашайтесь сниматься ночью на улице в ноябре.
— У нас съёмки в октябре, — сказал Марк.
— Все так говорят.
Марк посадил меня напротив и положил распечатанный сценарий на стол.
Он был весь исписан карандашом.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Настолько плохо?
— Если бы было плохо, я бы не звал.
— Тогда почему здесь всё зачёркнуто?
— Потому что ты написала двадцать семь минут. Нам нужно десять.
— Там важны все сцены.
— У авторов всегда важны все сцены. У зрителей обычно другое мнение.
Он начал разбирать текст.
Не хвалил меня просто ради вежливости. Показывал, где диалоги звучат естественно, а где я заставляю персонажей объяснять то, что зритель и так поймёт. Спрашивал, почему героиня боится перемен, а герой постоянно шутит. Предлагал убрать половину воспоминаний и оставить город не фоном, а третьим участником истории.
Я спорила.
Через двадцать минут забыла, что боялась.
Через сорок начала записывать его замечания.
Через час Марк закрыл сценарий.
— Берём.
— Куда?
— На фестиваль.
Я посмотрела на него.
— Серьёзно?
— Нет. Я просто потратил час, чтобы потом сказать, что мы никогда больше не увидимся.
— Вы со всеми так разговариваете?
— Только с авторами, которые дважды отзывают одну заявку.
Арсений наконец снял наушники.
— Он со всеми так разговаривает.
— Спасибо, — сказал Марк.
— Не за что.
Я всё ещё не верила.
— А актёры?
— Найдём.
— Там должна быть настоящая близость. Если люди просто будут изображать пару, получится неправдоподобно.
Марк посмотрел на меня внимательнее.
— История про вас с парнем?
Я могла соврать.
Почему-то не стала.
— Частично.
— Он согласится сниматься?
— Никита? Не знаю.
— Спроси.
— А я?
— Что ты?
— Я не актриса.
— Он тоже, подозреваю, не народный артист.
— Тогда зачем?
Марк постучал пальцем по сценарию.
— Это полудокументальный формат. Камера, город, минимум постановки. Вы будете играть версии самих себя. Если между вами есть то, что написано здесь, этого хватит.
— А если нет?
— Тогда фильм всё равно не получится.
Я принесла сценарий Никите вечером.
Он лежал на моей кровати, листал ленту в телефоне и ждал, пока Яна вернётся из библиотеки.
— Сниматься? — переспросил он.
— Всего несколько дней.
— Я никогда не играл.
— Там и не надо играть.
— Очень обнадёживает.
Я села рядом.
— Это важно для меня.
Никита отложил телефон.
— Нас покажут на фестивале?
— Если фильм отберут.
— И все увидят?
— Возможно.
— Тогда я согласен.
— Почему?
— Потому что хочу, чтобы весь университет знал, какая у меня красивая девушка.
Он поцеловал меня.
Я рассмеялась и толкнула его в плечо.
В дверях появилась Яна.
— У меня вопрос, — сказала она.
Никита поднял голову.
— Какой?
— У тебя на шестом этаже кроватей нет?
— Есть.
— Тогда удивительно, что ты постоянно лежишь на нашей.
Он усмехнулся.
— Я уже ухожу.
— Ты это говорил сорок минут назад.
— Ты время засекала?
— Нет. Но я успела сходить в библиотеку и вернуться.
Никита сел, взял куртку.
— Сонь, увидимся завтра.
— У тебя первая пара в десять?
— Кажется.
— У тебя маркетинговые исследования в девять.
— Точно. Вот поэтому я без тебя не могу.
Он быстро поцеловал меня и вышел.
Яна закрыла за ним дверь.
— Он приходит, когда удобно ему, — сказала она.
— Что?
— Ничего.
— Нет, скажи.
Яна поставила книги на стол.
— Я не вмешиваюсь в чужие отношения.
— Ты уже вмешалась.
— Тогда исправляюсь. Ничего не говорила.
Мне стало неприятно.
— Никита просто устал. У него много дел.
— Хорошо.
— Мы не обязаны проводить всё время вместе.
— Конечно.
— Он и так приходит почти каждый день.
Яна посмотрела на мою кровать, потом на меня.
— Я говорила не о том, как часто он приходит. А о том, что ты всегда ждёшь.
Я не нашлась с ответом.
Тогда я решила, что Яна просто не понимает.