Страница 5 из 90
Глава 2. Амазонка
Фил
— Ладно, признаю, здесь и правда неплохо! — соглашаюсь я, втыкая свою доску в песок прямо
возле развалившегося на шезлонге друга.
— Эй, поаккуратнее, — Каменский возмущается, отряхивается от капель, которые я, если
честно, нарочно, как собака, скинул на него. — Как волны?
— Супер, даже и не знал, что такое бывают в наших краях.
— А я говорил, тебе понравится!
Друг забрал меня с бара на своём мотоцикле, мы проехались по окрестностям и, вернувшись,
решили посерфить. Точнее, я решил, Глеб предпочёл потеряться в гараже, чтобы вымазаться в
мазуте и ещё раз со всех сторон натереть свой Харлей. Побочный эффект жизни без золотой
карточки в зубах. Пока я пытался потратить все родительские деньги, мой друг собирал
мотоциклы в гараже отчима, и, несмотря на то, что родной отец может обеспечить Глебу
безбедную жизнь, он снова и снова возвращается к этому занятию. Я поддерживаю его в этом,
хоть кто-то из нас двоих готов к реальной жизни, да и потом я тоже большой любитель
мотоциклов, поэтому всегда могу обратиться к лучшему другу за помощью.
— Давай на доску, посостязаемся как в старые добрые?
— Я только что из душа, хочу допить свой коктейль и двинуть в центр, ты, кстати, едешь со
мной!
— Это обязательно? — я плюхаюсь на свой лежак и тянусь к банке безалкогольного пива,
торчащей из ящика со льдом. — Чего я там не видел? Тем более ты сам знаешь, я пытаюсь
держаться от всего этого подальше. — Я указываю на бутылку, подразумевая алкогольные
напитки.
— Тебе нужно научиться получать удовольствие без употребления алкоголя, считай, это тоже
часть терапии, ты готов взглянуть в глаза своей зависимости и послать её в задницу?
— Это не так работает.
— Ты не знаешь, как это работает, — Каменский встаёт с лежака и начинает разминать шею и
руки, — я тебя сюда пригласил, мне и определять твою культурную программу, давай приводи
свои перья в порядок, выдвигаемся через полчаса.
— Да, мам.
— Не беси, сынок, а то поставлю в угол и не разрешу девчонок домой водить!
Он даёт мне подзатыльник и скрывается за стеклянными дверьми дома, пока я продолжаю
обсыхать на уже уходящем за горизонт солнце.
***
За время нашего отсутствия White Stone превратился из пляжного бара в полноценную
концертную площадку, все столы заняты, вдоль бесконечной барной стойки выстроилась молодёжь,
наперебой заказывающая напитки, справа от сцены ещё осталось несколько высоких столов, и это
единственное место, куда можно приткнуться.
— Я и не знал, что остров вмещает столько людей, где они все живут?
— Думаешь, только у моего отца здесь дом?
— Ты кого-нибудь здесь знаешь?
— Конечно, пойдём, Ева уже заняла нам стол.
Глеб пробирается сквозь толпу к центральной зоне.
— Привет, красота!
Мой друг наклоняется к девушке с ровным тёмным каре и в элегантном белом платье под горло с
открытыми плечами.
— Глеб, рада тебя видеть, — она отвечает ему поцелуем в щёку.
— Где сестра?
— А ты как думаешь? — девушка, усмехнувшись, бросает мимолётный взгляд на меня, но потом
тут же возвращает внимание моему другу, — Как всегда планирует купаться во внимании
восторженных зрителей.
— В этом вся Кира, — закатив глаза, отвечает Каменский и решает всё же нас познакомить, —
Это Влад, мой хороший друг, но все зовут его Фил.
— Ева, — кивает девушка, сосредоточив на мне карие глаза, — А почему Фил?
— Фамилия Филатов, прозвище Фил приклеилось ещё в школе и до сих пор не отклеилось, —
поясняю я и жму её протянутую руку.
— Звучит неплохо, Фил… — она повторяет моё «имя» с небольшой паузой, будто пробует на вкус,
— Будешь что-то пить?
— Нет, спасибо, — я присаживаюсь на стул, — Я пытаюсь познать вкус жизни без алкоголя и
прочего допинга.
— И как успехи? — она вскидывает бровь, ставя подбородок на сомкнутые в замок пальцы.
— Пока скучно.
— Что ж, надеюсь, остров даст тебе то, что ты ищешь.
— Сюда за этим приезжают? Найти ответы?
— По-разному, — Ева пожимает плечами, — могу сказать одно, после этого места ты уже не
будешь прежним.
— Амбициозно, — наливаю себе стакан воды, — и что же здесь такого, чего я не видел на любом
другом курорте мира? — я скептически складываю локти на столе и устремляю взгляд на новую
знакомую.
— Увидишь.
— Она всегда так разговаривает, загадками? — я отвлекаюсь на Глеба, которому наш диалог был
совсем неинтересен.
— Нет, просто это невозможно объяснить.
— И ты туда же, — я глубоко вздыхаю, понимая, что все здесь как из секты, надышались одним
блаженным газом.
— Да ладно тебе, — друг начинает смеяться, — Просто расслабься, наслаждайся летом и позволь
своему телу самому решить, чего ему хочется.
— Это же не секта? — вдруг на полном серьёзе спрашиваю я.
Улыбки с лица Каменского и Евы внезапно исчезают, мой друг смотрит на неё, потом снова на
меня, и я уже начинаю думать, что попал в цель.
И что меня ждёт дальше? Жертвоприношение?
— Господи, видел бы ты своё лицо, — придурок начинает смеяться, а за ним и Ева, которая так
же, как и он, мастерски отыграла испуг и удивление.
— Клоуны! Я же и правда подумал, что ты уже того… — ржу вместе с ними.
— Посмотри вокруг, — хихикает Ева, — где эти люди и где духовные практики, я даже не
уверена, что кто-то на этом острове вообще медитирует, кроме моей сестры.
— Медитацию я, кстати, практикую, — почти хвастаюсь я, — Но поклонение каким-нибудь
языческим богам…
— Не переживай, такое здесь происходит только в рамках шоу, — успокаивает меня Ева, чем
разжигает ещё больше любопытства.
— Шоу?
— Да, в ночь Ивана Купалы, но до этого ещё дойдём.
— О чём говорит эта женщина? — я снова обращаюсь к Каменскому за помощью.
— Об этом, — Глеб кивает в сторону сцены, и в этот момент я забываю, где нахожусь. Весь шум
исчезает — слышны только глухие удары барабанов, в которые начинают колотить мускулистые
парни в объёмных чёрных шароварах. Сцена погружается в полную темноту, затем на огромном
экране вспыхивает оранжевый полукруг заката, на фоне которого отчётливо видны женские
силуэты, подсвеченные контровым светом. На каждый сильный бит они меняют позы — музыка