Страница 23 из 90
Парень машет мне рукой и мчится вниз по склону. Незнакомец приближается, не снимая шлема,
не приподнимая тёмное стекло визора — без лишних слов, одним быстрым движением показывает
направление и начинает отсчёт от трёх до одного.
Гонка? Он сейчас серьёзно?
Мотоциклист будто даже не сомневается, что я поддамся, и продолжает отсчитывать время.
3… 2…
Нет, я уже давно не тот парень, которому только дай кого-нибудь уделать в опасном виде
спорта. Нет, нет и ещё раз…
На его руке остаётся только один палец — и вот он срывается вперёд, оглушая рёвом и
поднимая за собой клубы песка.
— Да ладно… — провожаю взглядом, а затем, чёрт побери, выкручиваю газ и мчусь за
незнакомцем.
В последний раз, пап, честное слово!
Утреннее купание в холодном море и экстремальная гонка по песку прояснили в моей голове
одну простую вещь: мне не хватает адреналина. Я не просто так попробовал в своей жизни всё,
что можно и нельзя, — кстати, то, чего нельзя, я пробовал с особым энтузиазмом. Всё ради
поиска новых ощущений. Но если уж я не умею получать кайф от жизни без риска, значит,
придётся довольствоваться законными развлечениями.
Призрачный гонщик не даёт мне покоя. К слову, я сумел нагнать его, но спустя секунду
потерял преимущество и проиграл гонку. Заприметил, что его мотоцикл был штатно подготовлен
для дюн — что-то вроде Husqvarna Norden 901, никакой лишней экипировки, только голый азарт.
У меня зудит от желания снова с ним схлестнуться и взять реванш. Вот только, кроме марки
мотоцикла, у меня больше ничего нет. Гонщик был одет полностью в чёрное, так что я даже не
смог распознать его телосложения. Думаю, Глеб может знать, кто это, — он рассказывал, что на
другой стороне острова планируются мотогонки, в которых Каменский участвует не первый раз.
Следующий открытый вопрос — Алиса. Когда я позвал её на свидание, единственным мотивом была
попытка прислушаться к совету Марии — попробовать новую модель отношений. Я вообще не вижу
себя в мире романтических банальностей, но и случайные связи на одну ночь тоже давно
перестали приносить удовольствие. Поэтому последние полгода я стал по сути монахом, а приезд
на остров — отличная возможность проверить себя и попробовать что-то новое.
И каково же было моё удивление, когда я понял, что Алиса меня зацепила. Её искренность и
наивность вывели наружу моего внутреннего идеалиста: впервые я задумался о чувствах, захотел
стать хорошим парнем. Она — идеальная кандидатура для моего исцеления. Принцесса для
чудовища, способная превратить его может и не в прекрасного, но в принца. Поэтому после
мотогонки я вернулся в центр, купил огромный букет цветов и приехал к ресторану, чтобы
выловить свою девушку до начала её смены.
Минут через десять на горизонте появилась моя Белоснежка — в лёгком голубом платье. Увидев
меня, она расплылась в улыбке и ускорила шаг.
— Привет! Ты что здесь делаешь? — глаза сияют неподдельной радостью. — Извини, что сбежала,
мне нужно было успеть собраться на работу, — понизив тон, добавляет она.
— Надо было меня разбудить: я бы отвёз тебя и домой, и в ресторан.
— Я решила, что тебе после такой ночи нужен сон, — хитро хихикнув, она приподнимает брови и
загадочно добавляет: — Очень много сна.
Я смеюсь, но ощущаю себя немного самозванцем, словно мы с ней пережили разные ночи.
— Это тебе, — протягиваю букет, выигрывая пару секунд, чтобы решить, как поступить дальше.
— Они шикарные! — она зарывается лицом в цветы. — Спасибо тебе, я чувствую себя такой
окрылённой, — признаётся Алиса, и эти слова царапают меня где-то внутри.
— Обожаю твою улыбку.
— Ну, продолжай в том же духе, и скоро она тебе надоест.
— Никогда такого не случится… — притягиваю её к себе и касаюсь её приоткрытых розовых губ.
Я целую медленно, смакуя момент, в брюках чувствую приятное возбуждение, и радуюсь этому,
будто дед, для которого каждый выстрел — подвиг. Мне нравится Алиса, это ведь очевидно. Она
меня заводит, моё тело на неё реагирует, а значит, у нас ещё может получиться. Сегодня я
буду вести себя иначе, покажу ей, каким могу быть нежным и внимательным.
— Увидимся вечером? — спрашиваю, прерывая поцелуй.
— Конечно!
— Я заеду.
— Ох, даже не знаю, как отработаю смену — не могу перестать думать о нашей ночи, — смущённо
смеётся Алиса, щеки её заливает румянец.
— Обещаю — сегодня будет ещё лучше!
— Вау, осторожно, молодой человек! Я могу и привыкнуть, — она шутливо бьёт меня по груди и
отходит. — Всё, я побежала, прекрати так на меня смотреть!
— До вечера! — подмигиваю.
— Пока… — она исчезает в дверях ресторана.
***
В White Stone сегодня на удивление тихо: гостей по-прежнему много, но свободные столики и
стулья у барной стойки всё-таки попадаются. Очевидно, это связано с тем, что труппа Киры не
выступает и никакой тематической вечеринки не планируется. Мне даже нравится — последствия
пляжных шоу слишком дорого обходятся моей совести.
— Привет, спасатель Малибу! — сбоку появляется Лазурская, живо опирается на локоть и делает
заказ: — Тая, пить хочу, умираю! Сделаешь мне безалкогольный мохито с капелькой сиропа?
Таисия показывает пальцами «ок» и принимается за дело.
— Привет, — отвечаю, поднося к губам сок. — Ты сегодня не на сцене?
Кира усмехается.
— Да, сегодня выходной. Мы с ребятами сегодня вечером идем на пляж, попоем под гитару.
Присоединишься?
— Я? Эм, наверное, нет, у меня с Алисой свои планы.
— Круто. А где она?
— Ещё в ресторане, поеду за ней через пару часов.
— Ладно, но, если захочется атмосферы летнего лагеря — приходите, споём что-нибудь из
русского рока.
— Звучит заманчиво.
— Мы плохих идей не держим! — Тая ставит перед Кирой напиток, та благодарит и тянется к
трубочке — М-м… боже мой, это идеально!
Я усмехаюсь, замечая, насколько Кира лёгкая на подъём. Настоящий сгусток энергии — кажется,
она всё время на весёлой волне: шутит, танцует, смеётся, будто у неё нескончаемый запас
батареек. И правда, Лазерная.
— Надо же, вы с Евой… — поворачиваюсь к ней, подперев голову рукой, — совсем не похожи.
Кира меняет позу и разворачивается ко мне.
— Думаешь?