Страница 10 из 70
— А почему временные кладовые заполнены наполовину, если перенос начался до закрытия?
В кухне стало тише.
Грета посмотрела на Беатрис иначе. Теперь в её взгляде появилась не только настороженность, но и интерес.
— Откуда вы знаете, когда начался перенос?
— У северной стены стоят бочки со старой маркировкой. Их вынесли из внутренних кладовых раньше, чем выпал последний снег. Дорога сюда заняла у них несколько дней, иначе дерево не успело бы так высохнуть после сырого подвала.
Феликс подошёл к бочкам.
— Перенос начался восемь дней назад, — сказала Грета. — Комендант приказал освободить две нижние кладовые.
— Зачем?
— Не объяснил.
— Он был жив?
— Да.
— Кто переносил запасы?
— Люди Освальда и двенадцать солдат.
Феликс записал имена, которые назвала экономка.
Беатрис прошла вдоль стола. На разделочной доске лежали коренья, часть которых уже потеряла свежесть. У стены стояли корзины с яблоками. Сверху плоды выглядели целыми, но внизу темнели влажные пятна.
— Корзины тоже перенесли из старых кладовых?
— Три дня назад.
— Кто их принёс?
— Люди Освальда.
— Сколько корзин указано в списке?
Грета подозвала девушку и попросила принести книгу кухни. Та вернулась с толстым журналом в кожаном переплёте.
Беатрис открыла последнюю страницу.
Почерк был крупным и аккуратным. Двадцать шесть корзин яблок поступили на кухню три дня назад. В расходе значилось четыре.
В помещении она насчитала пятнадцать.
— Где ещё семь?
Грета наклонилась к журналу.
— Их здесь не было.
— Вы расписались за двадцать шесть.
— Я расписалась за доставку по ведомости. Корзины принимал помощник.
— Кто?
— Молодой парень из людей Освальда. Имя не помню.
Феликс записал.
Беатрис закрыла книгу.
— С этого дня никто не расписывается за продукты, пока их не пересчитают. Каждую поставку принимают двое: человек от кухни и человек от кладовой.
— Госпожа Фелтон, — начал Феликс.
— Вы против?
— Распоряжения должны проходить через меня.
— Тогда проверьте.
Капитан осмотрел корзины и журнал.
— Не возражаю.
— Запишите.
— Я уже записываю.
Грета скрыла улыбку, повернувшись к очагу.
Следующие два часа прошли в движении между кухней, временными кладовыми и жилыми помещениями внешнего крыла. Беатрис считала комнаты, кровати, очаги, окна и людей. Феликс шёл рядом, отмечал каждое распоряжение и временами останавливал её, чтобы уточнить военное правило.
В восточном крыле семьи офицеров разместили по четыре и пять человек в комнатах, предназначенных для двоих. Дети спали на тюфяках у стен. В одном помещении треснуло окно, и женщина закрыла щель плащом мужа.
— Почему стекло не заменили? — спросила Беатрис.
— Мастер не может попасть в стекольную кладовую, — ответил Феликс.
— Где она?
— Во внутреннем хозяйственном крыле.
— Временное стекло можно взять из пустого фонаря.
— Фонари входят в военное имущество.
— Ребёнок входит в имущество гарнизона?
Капитан посмотрел на мальчика, сидевшего на кровати в шерстяных чулках.
— Я разрешу снять стекло с двух фонарей.
— С одного. Для окна хватит, если мастер обрежет правильно.
Феликс записал.
К концу обхода Беатрис перестала чувствовать холод в ногах, но усталость после суда и дороги давала о себе знать тяжестью в плечах. Вдовье платье мешало ходить по лестницам, подол собрал пыль и снежную влагу. Она не жаловалась. Люди, которых ей предстояло убедить в собственной полезности, не должны были видеть, что она мечтает хотя бы на минуту сесть.
В коридоре у казарм их догнал посыльный.
— Капитан, генерал требует отчёт.
— Где он?
— В штабной комнате.
Беатрис направилась следом.
Гектор стоял у карты. За время их отсутствия писари собрали первые сведения. На столе лежали списки жильцов, работников и помещений.
— Что обнаружили? — спросил он.
Феликс протянул записи.
— Число яблок расходится с ведомостью. Мешки с мукой отсыревают из-за неправильного хранения. В восточном крыле переполнены комнаты, одно окно повреждено. Госпожа Фелтон изменила порядок приёма продуктов и распорядилась разобрать два военных фонаря.
— Один, — поправила Беатрис.
Гектор прочитал список.
— Вы нашли доказательства кражи?
— Пока только недостачу.
— Семь корзин яблок.
— И неизвестное количество других продуктов. Нужно сверить все ведомости.
— Освальд Тисс утверждает, что передал кухне всё по списку.
— Где он?
— Ждёт в коридоре.
Гектор приказал впустить кладовщика.
Освальд Тисс оказался сухощавым пожилым мужчиной с длинными седыми усами. Он поклонился генералу, капитану и лишь затем Беатрис.
— Вы отвечаете за кладовые? — спросила она.
— С тех пор как госпожа была ребёнком, — ответил он.
— Тогда объясните, почему из двадцати шести корзин до кухни дошли девятнадцать.
— Дошли все.
— Грета видела пятнадцать. Четыре уже использовали.
— Значит, остальные тоже использовали.
— В книге расхода их нет.
Освальд повернулся к Гектору.
— Господин генерал, я служу короне тридцать лет.
— Ответьте на вопрос госпожи Фелтон.
Кладовщик поджал губы.
— Я передал двадцать шесть корзин своему помощнику.
— Как его зовут? — спросила Беатрис.
— Лем Сорн.
Имя не было похоже на уже встречавшиеся, но Беатрис всё равно повторила его, чтобы запомнить.
— Где он сейчас?
— Не знаю. После обеда ушёл помогать с разгрузкой.
Феликс отправил солдата искать помощника.
— Кто приказал переносить продукты из старых кладовых? — продолжила Беатрис.
— Комендант.
— Почему?
— Сказал, что нижние помещения нужно освободить.
— Для чего?
— Не объяснил.
— Вы осматривали кладовые после переноса?
— Каждый день.
— Сколько запасов там оставалось пять дней назад?
Освальд назвал цифры. Феликс сверился с ведомостью.
Беатрис слушала и считала. Пятьдесят мешков муки, тридцать две бочки солений, двенадцать бочек сушёной рыбы, сорок корзин кореньев, двадцать шесть корзин яблок и другие припасы.
— Кто запирал кладовые в последний раз?
— Я.
— Каким ключом?
Освальд показал связку на поясе.
— Он открывает дверь сейчас?