Страница 69 из 87
Глава 18 Металл и магия
Прометей принёс мне кофе. Не спрашивал. Просто материализовал из Хранилища кружку, которую одна из поварих успела наполнить горьким напитком. Видимо, мониторинг уровня глюкозы — это не разовая акция, а новая бессрочная политика. Я не возражал.
Было прохладно. Октябрьское утро давило серым небом и запахом сырости. Двор отеля «Кром» жил своей жизнью. В дальнем конце дымил мангал, рядом с которым Горыныч в несвежем фартуке жарил какие-то куски мяса. Он самозабвенно напевал что-то о родине и берёзах.
Найда дремала возле деревянной лавки у КПП, изредка приоткрывая один глаз в сторону мяса. Через двор прошёл Женя. Заметил меня, кивнул. Я кивнул в ответ.
А в центре двора стояли трое.
Я смотрел на них поверх края кружки, не торопясь допивать.
Они были в броне.
В почти одинаковых, тускло поблёскивающих доспехах. Они походили на футуристических рыцарей из низкобюджетного фильма, где весь реквизит делали в одном цеху, не особо заморачиваясь с индивидуальностью.
Нет, я ещё не создал для них настоящие боевые экзоскелеты. Эти доспехи гораздо проще. Радикально проще. Наручные пластины без встроенных модулей. Нагрудник без тактической электроники. Поясные сегменты без систем балансировки. Миомерных волокон нет.
Никаких сервоприводов, никакого нейроинтерфейса. Только металл, герметизация и визор из бронестекла — многослойный триплекс, шесть миллиметров толщиной, гнутый под форму лица, темноватый снаружи, прозрачный изнутри. Броня была тускло-серой, без покрытий. Титан в своей природной рабочей расцветке.
— Чувствую себя консервной банкой, — донёсся из шлема голос Искры. Динамики слегка искажали тембр, придавая ему металлическое эхо. — Причём не с ананасами, а с самой дешёвой килькой в томате.
— Терпи, Аня, — отозвался я. — Это необходимый этап.
— Алексей, — глухо позвал Варягин. — У меня вопрос. Как ты умудрился сделать доспехи, которые выглядят как посылка из двенадцатого века?
— Это работа Прометея, — сказал я. — Он изготовил их, пока я спал. Теперь у меня появилась возможность переложить часть работы на автоматику.
— И опыт дали? — с недоверием уточнила Искра.
— Немного, — честно признал я. — По сотке за каждый доспех. Кайрос умножил это на три. А вот чертёж пришлось отправлять на проверку лично. Выяснилось, что это может сделать только авторизированный пользователь.
Прометей встал справа от меня. Его сенсорный блок медленно прошёлся по всем троим, фиксируя исходные данные. Температура, положение тела, показатели дыхания.
— Дядя Лёша, а мне нравится! — раздался звонкий голосок Олеси. — Я как будто робот! Почти как Прометей! Только маленький.
Я усмехнулся. Девочка вертела головой во все стороны, как воробей. Вокруг неё, хлопая нелепыми крыльями и издавая звуки, похожие одновременно на квохтанье курицы и шипение змеи, носились куролиски. Пятнадцать штук. Почти голые, но с уже начавшим пробиваться пушком, с чешуйчатыми лапами и крохотными гребешками.
— Рад, что хоть кому-то нравится, — сказал я. — Прометей, статус?
— Все системы доспехов функционируют в штатном режиме, Создатель, — безэмоционально доложил андроид. — Герметичность стопроцентная, за исключением Искры, как и планировалось. Давление внутри комплектов стабильно. Жизненные показатели всех трёх испытуемых в пределах нормы.
Сегодняшний эксперимент станет, возможно, одним из самых важных за последнее время. Перед тем, как создавать для ребят полноценные боевые экзоскелеты, напичканные Эфириумом и сложной электроникой, мне нужно получить базовые данные. Понять, как именно обычный, немагический металл взаимодействует с их способностями. Насколько глушит? Что именно блокирует? Где узкие места?
Кираса, наплечники, поножи, наручи — все элементы соединены между собой гибкими гофрированными сочленениями из армированного полимера, обеспечивая полную герметичность для Олеси и Варягина. По сути, я засунул их в индивидуальные клетки Фарадея. И теперь собирался посмотреть, что из этого выйдет.
— Итак, команда, слушаем внимательно, — начал я инструктаж. — Цель — понять, как броня влияет на ваши способности. Никакой самодеятельности. Действуем строго по моему приказу. Прометей фиксирует все изменения. Олеся, ты первая.
Девочка в массивном для неё доспехе сделала неуклюжий шаг вперёд.
— Повернись к куролискам, — скомандовал я. — Задача простая. Используй свой навык. Отдай им любую команду. Например, «ко мне».
Олеся кивнула. Её шлем качнулся так, что я испугался, как бы она не потеряла равновесие.
Цыплята суетились вокруг неё стайкой. Прыгали, толкали друг друга маленькими крыльями, иногда коротко взлетали на высоту колена и сразу плюхались обратно. Один сел на латный сапог Варягина и уставился снизу вверх с деловитым выражением на морде. Паладин посмотрел на него сверху вниз, куролиск стушевался, но не слез.
— Зер, — произнесла Олеся. Негромко. Командный тон, в котором не было неуверенности. — Сюда.
Никакой реакции.
Куролиск по имени Зер продолжал пялиться на Варягина. Ещё четверо шумно дрались за что-то в пяти метрах за его спиной. Остальные десять просто бегали.
— Зер, — повторила Олеся. Чуть громче. С нажимом.
Ноль.
Она подняла руку, указывая прямо перед собой и повторила команду уже для всех цыплят сразу:
— Выводок! Ко мне!
Три куролиска машинально подняли головы, но скорее просто отреагировав на звук. Один сделал половину шага в её сторону. Потом остановился, будто наткнулся на невидимую стену, и пошёл в другую сторону. Остальные проигнорировали всё.
Олеся разочарованно опустила руку.
— Они слышат мой голос, — посетовала она. — Но команды не доходят.
— Как сигнал без несущей волны, — подтвердил я. — Прометей.
— Никаких изменений внутри доспеха не зафиксировано. Температура и давление в норме. Предполагаю рассеивание маны по корпусу. Однако хочу заметить, что все животные ведут себя не агрессивно в отношении людей. Что доказывает неизменность прирученного состояния.
— Да, это ожидаемо, — кивнул я. — Они подключены к Системе.
Поставил кружку на выступ недостроенной стены рядом. Подошёл к Олесе. На лобной пластине шлема, примерно там, где находится точка между бровями, размещалась специальная заглушка. Место я выбрал неслучайно. Для мистиков это «третий глаз», а для нейрофизиологов фронтальная доля мозга.