Страница 39 из 87
Олег Петрович поднял глаза поверх очков, поправил их на носу и кивнул.
— Работа такая. Но ты в следующий раз, если почувствуешь что-то неладное, сразу к нам в медблок иди. Ты сколько дней молчал, что тьма одолевает? Герой, твою налево. У меня и без тебя пациентов хватает.
— А что с Рейн? — спросила Алина. — Как её нога?
— Срастили, — сухо ответил лекарь. — Перелом сложный, осколочный. Прометей ей из крупнокалиберного пулемёта в бедро стрельнул. С такого расстояния, считай, повезло, что вообще без ноги не осталась. В прошлой жизни я бы ей титановый штифт поставил. А так Вера немного поколдовала со своим «Костоправом», магией заживили и всё. Ещё пару сеансов «Стандартного Исцеления» и бегать будет. Но пока пусть хромает. В назидание.
— Прометей, конечно, перестарался, — заметила Искра. — Но приказ есть приказ.
— Приказ был стрелять, если покинет круг, — напомнил я. — Она покинула. Прометей исполнил. В следующий раз Рейн будет дисциплинированнее.
— Насчёт дисциплины, — усмехнулся Петрович, прожевав кусок курицы. — Я ей пока лечил, лекцию прочитал. Заодно в порядок мозги привёл. Рассказал про одного римского консула, Тита Манлия. Тот родного сына приказал казнить, потому что парень без разрешения из строя выскочил с врагом подраться. Отец ему и говорит: «Раз ты не побоялся ни консульской власти, ни отцовского достоинства и вопреки моему эдикту покинул строй… нам надлежит либо забыть о государстве, либо наказать себя самих». И ликтору: «Ступай, привяжи его к столбу». В общем, при всём честном народе голову сыну срубили.
— Жесть, — оценила Искра.
— Ага, — кивнул Петрович. — С тех пор в Риме выражение появилось «Манлиевы приказы». Означало, что приказ командира важнее геройства, родства и даже собственной жизни. Я Рейн это пересказал и говорю: «В следующий раз, когда моча в башку ударит, вспомни, девочка, что легко отделалась». Она лежала, пыжилась, терпела боль, но кивала. Думаю, дошло.
Олеся сосредоточенно кормила Мики, но вдруг дёрнулась, будто вспомнила что-то важное. Бросила быстрый взгляд на меня. Подскочила и зашептала мне на ухо:
— Дядя Лёша, я забыла тебе сказать! Катя — это кошка! Та самая трёхцветная кошка!
Я вздохнул и поковырял ложкой в гречке.
— Знаю, Олесь.
— Откуда? — она удивлённо отстранилась. — Ты что, тоже видел, как она превращается?
— Нет. Просмотрел перед сном личные карточки всех членов фракции. У Кати класс «Перевёртыш». Она может превращаться в кошку и в болонку.
Олеся надула губы.
— Ну вот… А я думала, это секрет…
— От нашего всевидящего лидера ничего не скроешь, — заметила Искра, которая, конечно же, просмотрела все карточки со мной.
— И что теперь? — Олеся посмотрела на меня. — Ты её заставишь что-то делать?
— Придётся с ней поговорить, — ответил я. — Очень серьёзно поговорить. Способности перевёртыша могут быть полезны. Например, для разведки. Маленькая кошка пролезет туда, куда ни один человек не проберётся. И дрон не всегда подойдёт, его могут заметить и сбить. А кошка — она и есть кошка. Не везде же твоим питомцам шнырять. Тем более, что она умнее… ну, потенциально.
— Надо запастись «вискасом», — постучала по подбородку Искра. — Лёша, сделаешь лазерную указку? Ой, ей же ошейник от блох нужен! Всё, отправляемся в зоомагазин!
— Сегодня у нас по плану освоение заводов и металлобаз, — отозвался я. — И ещё вылупление Куролисков.
Малявка сразу же просияла от предвкушения.
Обвёл взглядом столовую. Почти все уже позавтракали. Люди сидели группами, переговаривались, кто-то смеялся, кто-то хмурился, обсуждая планы на день. Обычное утро в нашей общине. Тихое, мирное. Насколько вообще может быть мирным утро в захваченном отеле посреди апокалипсиса, заполненного мутантами.
Я взял вилку и несколько раз стукнул по стакану. Звон разнёсся по столовой, перекрывая гул голосов. Разговоры начали стихать. Люди поворачивали головы в мою сторону. Поднялся и вышел вперёд, встал перед командирским столом, чтобы меня видели все.
— Внимание, — в наступившей тишине голос прозвучал очень чётко. — Я обещал, что сегодня расскажу, что означает таймер, который мы все видим.
По залу прокатился гул. Перешёптывания, тревожные взгляды. Кто-то сжал вилку в руке. Кто-то замер, не донеся кусок до рта. Я поднял руку, и шум стих.
— Немного информации. Нашу планету окружает защитный Барьер. Когда произошло вторжение энергии Бесформенного, Барьер пал. Система восстановила его. Однако Бесформенное снова нанесло удар. Ему удалось ослабить Барьер. И тогда запустился таймер.
Я сделал паузу, давая людям осознать услышанное.
— Когда цифры обнулятся, силы Бесформенного снова хлынут в наш мир. Вторая волна. Более мощная, чем первая.
В дальнем конце зала, от одного из общих столов, поднялся парень. Максим Орлов. Четвёртый уровень, класс «Маг Ветра». Студент, мой ровесник. Я запомнил его ещё после нападения на Сокола, он был заводилой в том избиении. Дерзкий, амбициозный и наверняка считает себя умнее всех.
— И что? — он вызывающе скрестил руки на груди. — Мутанты и так никуда не делись. Они повсюду. Мы их каждый день видим, некоторых даже жрём на завтрак. Так о чём, чёрт возьми, ты говоришь? Чем вторая волна отличается от первой?
Я холодно посмотрел на него. В столовой снова стало тихо. Настолько тихо, что я услышал, как гудит лампа под потолком.
— Мутанты, — начал я медленно, — это мелочь. Просто животные, изменённые энергией хаоса. Они опасны, да. Но они не особо умны. Они действуют на инстинктах. Их можно перехитрить, перестрелять, приручить, в конце концов.
Я обвёл взглядом зал, задерживаясь на каждом лице.
— Но за пределами нашего мира есть другие миры. Миры, где Бесформенное победило. Где оно царствует безраздельно. И там обитают твари похуже обычных мутантов.
Снова посмотрел на Максима.
— Ты видел предупреждение от Системы? Про Эмиссаров? А вы, все остальные, вы его видели?
По залу прокатилась волна кивков. Кто-то пробормотал «да», кто-то просто нахмурился, вспоминая.