Страница 7 из 34
Кастиэль презрительно фыркнул, но в его взгляде мелькнуло сомнение. Он знал, что в этом заведении всё строилось на страхе и иерархии, и любое отклонение от этой схемы считалось ересью. Однако Бессмертный не выглядел как еретик; он выглядел как человек, который точно знает, где находится слабое звено в этой цепи.
Глава третья
Тем временем в вентиляционных шахтах разыгралась настоящая драма. Ваал, вопреки всем предупреждениям, решил, что ползти в тишине — это слишком скучно. Он начал с задорным свистом выдыхать пламя в металлические стенки труб, создавая серию оглушительных хлопков, которые эхом разносились по всему северному крылу.
— Ваал, придурок, ты нас выдашь! — прошипела Ксана, чья лавовая кожа начала опасно перегреваться от стресса. Она пыталась удержать его за хвост, но маленький демон лишь сильнее вырывался, впадая в экстаз от собственного хулиганства.
— Тише ты, огненная зажигалка! — прошипела Ксана, вцепившись когтями в чешуйчатую кожу Ваала. — Если нас поймают, мадам Аспид скормит нас на завтрак тем самым зомби, которых мы так презираем!
Ваал замер, и его глаза-щелки расширились от ужаса при упоминании мозкоедов. Перспектива стать закуской для примитивной нежити мгновенно охладила его пыл. Группа замерла в узком металлическом переулке, слыша, как где-то внизу, за стальными перекрытиями, тяжелыми шагами расхаживает охранник-цербер. Глухой рык пса-мутанта заставил Моракса втянуть голову в плечи, стараясь стать максимально компактным.
В этот момент сверху раздался странный, мелодичный свист. Это был сигнал мистера Бессмертного. Он не залез в шахту, но его голос, усиленный легким заклинанием, прозвучал прямо в головах у детей, словно шепот старого друга.
— Десять метров направо, затем резкий поворот вниз, — раздался спокойный голос учителя. — Там вы увидите медную решетку. Она заблокирована заклинанием «Сонного Струнного», которое реагирует на любое резкое движение. Ползите медленно, как улитки, которые очень хотят съесть чью-то душу.
Дети-демоны замерли, затаив дыхание. Медная решетка впереди действительно вибрировала, и от нее исходили едва заметные, полупрозрачные нити, похожие на паутину из чистого серебра. Любое резкое движение привело бы в действие магический сигнал, который мгновенно поднял бы на ноги всю охрану северного крыла.
— Медленно... как очень голодные улитки, — прошептал Ваал, который к своему удивлению обнаружил, что подчиняться Бессмертному куда приятнее, чем терпеть капризы мадам Аспид.
Они начали двигаться, сантиметр за сантиметром. Моракс, чье пухлое тело едва умещалось в трубе, затаил дыхание, когда одна из серебряных нитей почти коснулась его рога. В какой-то момент Ксана почувствовала, как из ее лавовой кожи вырвался непроизвольный пшик пара, и она в ужасе замерла, ожидая неминуемого провала. Но в этот миг в ее сознании снова возник голос учителя: «Не дыши, Ксана. Представь, что ты — часть этой стены. Ты не демон, ты — просто старая, холодная копоть».
С этими словами напряжение в воздухе внезапно спало. Серебряные нити, словно ослепнув, пропустили их одного за другим. Когда последний из детей — запыхавшийся Моракс — миновал ловушку, они оказались прямо над кабинетом директрисы. Сквозь прорези в потолке открылся вид на роскошный зал, обставленный черным мрамором и украшенный трофеями из миров, о которых земные люди боялись даже мечтать.
— Вижу её! — едва слышно прошипел Ваал, прильнув носом к пыльной решетке.
Прямо под ними, на массивном столе из обсидиана, лежала книга. Она не была похожа на обычный фолиант: переплет из человеческой кожи медленно пульсировал, словно в книге билось собственное, злобное сердце, а золотые застежки в виде скрещенных пальцев сжимали обложку мертвой хваткой. Это и был «Утиль».
Дети замерли. В кабинете было пусто, но тишина здесь была обманчивой — она была наполнена магическими датчиками, которые улавливали даже колебание температуры воздуха. Ксана почувствовала, как её лавовая кожа начинает непроизвольно нагреваться от возбуждения, и она едва не вскрикнула от восторга. Но в этот момент из вентиляционного люка, который они оставили приоткрытым, донесся едва уловимый, ироничный свист. Это был сигнал Бессмертного: *«Время вышло. Действуйте»*.
— Моракс, ты самый незаметный, — скомандовал Ваал, внезапно взяв на себя роль капитана. — Спускайся первым. Мы прикроем.
Моракс, зажмурившись, выскользнул из вентиляционной шахты, словно перезрелый плод, и с глухим шлепком приземлился на обсидиановый пол. Он замер, превратившись в неподвижный комок плоти, пока его глаза-бусинки сканировали комнату на предмет магических растяжек. Кабинет мадам Аспид дышал высокомерием: повсюду висели гобелены, изображающие падение великих цивилизаций, а в углу тихонько стонало в клетке какое-то безымянное существо из седьмого круга.
— Книга... она прямо там, — прошептал Моракс, указывая пухлым пальцем на пульсирующий фолиант.
Ваал и Ксана спрыгнули следом. Ваал, не привыкший к осторожности, сразу рванулся к столу, но Ксана вовремя вцепилась в его хвост, дернув назад. Она заметила, что вокруг стола в воздухе плавают едва заметные, как нити паутины, руны из святой соли. Один неверный шаг — и сработает сигнализация, которая не просто разбудит церберов, а выжжет кожу любого демона в радиусе десяти метров.
— Стоять, придурок, — прошипела Ксана. — Помнишь, что сказал учитель? Соль — это просто минерал.
Ксана не стала ждать ответа. Она сосредоточилась, вспоминая наставления Бессмертного о «точке давления». Вместо того чтобы пытаться прорваться сквозь руны силой, она приложила ладонь к полу, направляя тепло своего лавового ядра не вверх, а вглубь камня. Она создала точечный, едва заметный термический удар, который заставил обсидиановую плиту под столом едва заметно вибрировать. Руны из соли, настроенные на обнаружение движения органики, на мгновение «запутались», считая этот импульс естественным смещением пластов адской почвы.
— Сейчас! — скомандовала она.