Страница 27 из 34
— Слишком грубо, Ваал, — ответил мистер Бессмертный, медленно обходя прижатого к полу Каззу. — Истинное Признание дает ответы, но не дает лояльности. Нам не нужны просто ответы, нам нужен информатор, который будет чувствовать, что предательство своего прежнего статуса — это его собственная блестящая идея.
Учитель наклонился к самому уху надзирателя. Его голос стал вкрадчивым, почти нежным, что в условиях ада обычно предвещало нечто более ужасное, чем обычная пытка.
— Послушай, Казза. Твои коллеги в администрации сейчас думают, что ты просто проиграл кучке детей. О них уже пошли слухи. Представь, как они будут смеяться над тобой в столовой, когда узнают, что «Великий Надзиратель» был повержен тремя шестилетками и одним не слишком тактичным учителем. Ты станешь посмевищем всего сектора.
Казза попытался что-то возразить, но «информационное эхо» сработало мгновенно: его собственный протест вернулся к нему в виде оглушительного, искаженного вопля, который заставил его самого зажмуриться от боли. Он задергался, как выброшенная на берег рыба, осознавая, что каждое его движение только усиливает давление фиолетовых нитей.
— Но, — продолжил мистер Бессмертный, выпрямляясь и поправляя манжеты, — есть один выход. Мы можем представить это не как позорное поражение, а как... стратегический альянс. Мы скажем, что ты, проявив прозорливость, решил направить таланты своих учеников в русло, которое принесет пользу всему саду. Ты станешь нашим тайным союзником, Казза. Ты будешь тем, кто «направляет» нас к важным целям, и, разумеется, получаешь за это свою долю в добыче.
Глаза надзирателя задвигались. Предложение о «доле в добыче» было слишком заманчивым даже для такого ограниченного ума. В иерархии ада жадность всегда шла рука об руку с трусостью, и сейчас вторая уступала место первой. Казза медленно, с трудом, открыл рот, и на этот раз звук был едва слышным шепотом, лишенным всякого величия.
— Что... что я должен сделать?
— Для начала, — мистер Бессмертный плавно развел руками, и фиолетовые нити ослабли, давая надзирателю возможность вдохнуть, но не выпуская его из ловушки, — ты перестанешь называть нас «кучкой детей». Теперь мы — твоя оперативная группа. И первая задача, которую ты выполнишь в качестве нашего «союзника», касается архива конфискованных артефактов.
Казза попытался восстановить остатки своего достоинства, выпрямив спину настолько, насколько позволял обсидиановый пол.
— Архивы под охраной трёхглавых церберов и запечатаны кровью первого демона-архитектора, — прохрипел он, всё ещё опасаясь собственного эха. — Даже лорд Ваал не заходит туда без официального запроса.
— Официальный запрос — это скучно, — перебила его Ксана, подходя ближе и с любопытством разглядывая его приплюснутый нос. — А вот украсть что-нибудь из-под носа у церберов — это уже тактика!
Мистер Бессмертный слегка кивнул, подтверждая слова ученицы.
— Именно. Мы не собираемся устраивать набег, Казза. Мы проведем «инспекцию». Ты предоставишь нам карту обходов охраны и укажешь точку, где магический барьер архива наиболее истончен из-за износа структуры пространства. Взамен мы не доложим лорду Ваалу о том, что ты позволил себе быть поваленным тремя детьми. Более того, мы добавим в отчет, что ты проявил исключительную бдительность, обнаружив «подозрительную активность» в районе складов.
Казза издал звук, напоминающий сдувающийся кожаный мешок. Он понимал, что эта сделка была единственным способом не стать посмевищем для всего корпуса надзирателей, а возможно, и для всего третьего круга. Медленно, с неохотой, он начал шептать координаты, указывая на изгибы обсидиановых коридоров, где пространство истончалось, создавая микроскопические разломы в реальности.
— Помните, — прохрипел надзиратель, — если нас поймают, я лично скормлю вас своим церберам по частям.
— Посмотрим, чьи зубы окажутся острее, большая жаба, — ухмыльнулся Ваал, в чьих глазах уже разгоралось предвкушение настоящей охоты.
Мистер Бессмертный щелчком пальцев разорвал фиолетовые нити. Казза с глухим стуком приземлился на пол, выглядя как помятая молью тряпка. Учитель не стал давать ему время на восстановление гордости. Он развернул детей в сторону указанного маршрута, но вместо того, чтобы идти по открытому коридору, велел им прижаться к стене.
— Прижмитесь к стене и не дышите, — шепнул мистер Бессмертный, прикладывая палец к губам. — Сейчас мы проверим, насколько хорошо вы усвоили урок о «психологической маскировке».
Дети замерли. Ваал, Ксана и Моракс слились с обсидиановыми тенями, стараясь свести свое присутствие к минимуму. В этом коридоре стены не просто поглощали свет, они впитывали звуки, но для тренированного уха надзирателя даже стук сердца маленького демона мог прозвучать как грохот обвала. Учитель медленно повел рукой, создавая вокруг группы тонкий кокон из «тишины» — магический фильтр, который заставлял окружающее пространство считать их частью архитектуры.
— Сэр, а почему мы не идем через главный портал? — едва слышно прошипела Ксана, ее глаза-щелки светились в темноте. — Мы же теперь «союзники» Каззы, мы можем просто потребовать пропуск!
— Потому что, Ксана, в тактике есть понятие «избыточного доверия», — спокойно ответил Бессмертный, не оборачиваясь. — Если вы входите через парадную дверь с благословения Каззы, вы подтверждаете, что зависите от его милости. Но если вы проникаете туда, где вас не ждут, и при этом имеете поддержку изнутри — вы становитесь хозяевами положения. Понимаете разницу?
— Разницу чувствую, — прошептал Моракс, стараясь синхронизировать свое дыхание с ритмом пульсации стен. — Это как когда я притворился спящим, чтобы Ксана не заметила, как я стащил её коллекцию проклятых зубов.
— Именно, Моракс. Ты только что применил тактику «Скрытого Хищника», — мистер Бессмертный едва заметно улыбнулся.
Группа двигалась по коридору, который казался бесконечным, если не знать секрета изгибов пространства. Стены здесь были испещрены рунами-детекторами, которые вспыхивали алым каждый раз, когда мимо пролетал какой-нибудь заблудший огненный элементаль. Но кокон «тишины» работал безупречно: дети скользили сквозь пространство, словно тени, почти не касаясь пола.