Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция

Глава 10

Маттео

Лимузин Синдиката остановился перед виллой Скудери, и Лука припарковал арендованный «БМВ» прямо за ним. Лука с Арией сразу же вышли из машины, и я открыл дверь, собираясь последовать за ними, но остановился, заметив, что Джианна еще даже не отстегнула свой ремень. Она сидела, опустив голову и уставившись на свои сжатые ладони, лежащие на коленях. Во мне вспыхнуло раздражение. Может, она хоть раз выбрать лёгкую дорожку? Обязательно быть всегда такой упрямой?

– Послушай, Джианна, у меня нет желания с тобой спорить. Прямо сейчас тебе не стоит заставлять своего отца ждать. Серьезно. Он и так уже в бешенстве. Выметайся из машины, или я тебя выволоку.

Я ждал в ответ язвительное замечание, но она молча потянулась к защелке ремня. Когда я увидел ее дрожащие руки, внезапно до меня дошло, что происходит. Джианна медлила не для того, чтобы вывести меня из себя. Она нервничала из‑за того, что снова вернулась сюда. Ее пальцы безуспешно боролись с ремнем безопасности, так что я оттолкнул ее руку и сам отстегнул Джианну. Она подняла на меня глаза и нахмурилась, вглядываясь в мое лицо. Она казалась до чёртиков испуганной, даже не оттолкнула мои ладони, которые по‑прежнему лежали у нее на бедре.

– Нам нужно выйти, – повторил я, на этот раз без прежнего раздражения.

Она неуверенно кивнула, уставившись в окно. Я видел, что с нас не спускают глаз Лука с Арией, а позади них в ожидании стоят Стэн и Кармине. Ромеро остался возле нашей второй машины, сканируя взглядом окрестности. Вряд ли это ловушка, но с этим ебаным Синдикатом никогда и ни в чем нельзя быть уверенным. В последние несколько месяцев между нами всё было не так гладко.

– Мне страшно, – прошептала Джианна и резко рассмеялась. – Ну не странно ли это – бояться своего собственного отца?

– Твой отец – Консильери и та ещё сволочь. Причин бояться его предостаточно.

Она сидела, уставившись на свои колени.

– Он ненавидит меня. А теперь, после того, что я натворила, у него даже рука не дрогнет пустить мне пулю в лоб.

Но перед этим ему придется иметь дело со мной, и я не сомневался, что смогу уложить его даже со связанными руками. Подцепив пальцем ее подбородок, я повернул к себе лицо Джианны и встретился с взглядом ее голубых глаз.

– Я ему не позволю.

На мгновение она смягчилась, и ее взгляд коснулся моих губ, но затем Джианна вновь стала прежней и отодвинулась от меня. Я едва не застонал. Она открыла дверь и выскользнула из машины. Когда я поравнялся с ней, никаких признаков страха на ее лице уже не было. Она шла с гордо поднятой головой и смотрела на головорезов Скудери с такой злобой, какой я никогда ещё не видел у нее. Это была та самая Джианна, которую я знал. Единственное свидетельство того, что она не была так расслаблена, как делала вид, – то, что она и не подумала возмущаться, когда я положил ладонь ей на поясницу, подталкивая к входной двери. Мне не терпелось провести руками по ее телу и наконец‑то сделать её своей. Картина того, как Сид ее лапает, снова встала у меня перед глазами, и мне пришлось бороться с возникшим желанием что‑нибудь разбить.

Лука выгнул бровь, не скрывая своего нетерпения.

– Какого хрена вы так долго там копались?

Я не ответил, поскольку в этот момент открылась дверь, и на пороге появился Скудери. Лицо его было мрачнее тучи. Джианна попятилась и прижалась ко мне. По всей видимости, она даже не заметила этого, потому что ее лицо осталось совершенно невозмутимым.

Скудери перекинулся парой слов со своими людьми, прежде чем отослать их, и повернулся к Луке. Они пожали друг другу руки, а потом он заключил Арию в свои объятия. За всё это время он не посмотрел на Джианну. Это взбесило меня до чёртиков. Взгляд его холодных глаз остановился на мне, а я ухмыльнулся ему в ответ. В этом мужчине мне ненавистно было всё: от его тупой морды, до зализанных назад волос. Он выглядел как дешевое клише мафиози.

– Я смотрю, ты нашел ее, – сказал он.

– Я всегда получаю то, что хочу.

Он даже не взглянул в сторону Джианны, но выражение его лица стало суровым.

– Ты хотел уважаемую итальянскую девушку, а получишь лишь объедки, оставшиеся от бог знает скольких мужиков.

Тело Джианны напряглось под моей рукой, она широко распахнула глаза, прежде чем смогла вернуть контроль над своими эмоциями. Но ее папаша еще не закончил. Неудивительно, что он так хорошо ладил с моим отцом.

– Не понимаю, зачем тебе вообще нужно было тратить попусту свое время на нее. Мои люди и без тебя могли ее поймать.

Его люди много чего могли сделать с Джианной. Лука, прищурившись, предостерегающе глянул на меня. Понимает ли он, как сильно мне хочется воткнуть свой нож в уродливую рожу Скудери? Я снова уставился на отца Джианны, желая стереть эту высокомерную усмешку с его лица.

– Я думаю, нам стоит зайти в дом и там обсудить все вопросы, – произнес Лука своим тоном Дона. Обычно эта его привычка действовала мне на нервы, но сейчас, наверное, все было к лучшему. Я чувствовал, что если ещё хоть секунду мне придется терпеть эту тупую рожу, мой нож нечаянно может повредить глаз Скудери.

Скудери кивнул и распахнул шире дверь. Когда мы проходили мимо него, Джианна практически прижалась к моему боку. Желание защитить обожгло мои вены. Возможно, она не осознавала этого, но то, что она искала моей близости, когда ей стало страшно, было подтверждением ее чувств ко мне. Даже если она сама еще не знала о них.

– Как ты можешь даже притрагиваться к ней после того, что она сделала? После того, как ты собственными глазами это видел? Мне было бы противно, – выплюнул Скудери, закрывая дверь. Он, очевидно, не ожидал от меня ответа, потому что обратился к Луке: – Если бы моя жена сотворила такое, я бы замочил ее, и, думаю, Лука, ты бы сделал то же самое.

Ария бросила на Луку потрясенный взгляд, но тот не среагировал.

– Я здесь не для того, чтобы обсуждать с тобой, если бы да кабы. Я хочу уладить это раз и навсегда. Ты нам кое‑что обещал, и я жду, что ты выполнишь свое обещание.

– То, что я обещал, больше не доступно. – Скудери кивнул на Джианну. – Но если вы хотите испорченный товар, я уверен, мы можем договориться. Данте ждет нас в гостиной. Это прежде всего дело Синдиката, и решающее слово по этому вопросу будет за Данте.

Лука встретился со мной взглядом, в его глазах ясно читалось предупреждение.

– Тогда пойдем. У меня есть дела поважнее, чем просто чесать с тобой языком. И я уверен, что мы сможем прийти к пониманию, которое пойдет на пользу всем нам.