Страница 153 из 262
Грегор был готов к тому, что эти барыги набросятся на него, — сказать по правде, им ничего другого не оставалось. Обещая им деньги, он лгал, и его крестьянские лохмотья только лишний раз подтверждали это. Более того, Грегор узнал бы тайный путь контрабандистов и мог сообщить о нем властям. Или, что ещё хуже, начал бы заниматься ввозом товаров сам. Впрочем, Скорценей и без того походил на убийцу и вполне мог избавиться от Грегора просто так, без всякой причины.
Грегор стоял в тени старой кожевенной мастерской, которую контрабандисты приспособили под склад. Стоило признать, что свое дело эти ребята знали — пробравшись по канавам и водостокам, они доволокли мешки с зерном до небольшой ливневой канализации, уходившей под внешнюю стену Вуртбада, а металлическая решетка открылась куда бесшумнее, чем можно было ожидать. Кожевня находилась всего в нескольких кварталах от стены, а от ближайшей сторожевой башни ее целиком закрывала высокая башня гильдии конеторговцев.
— Быстрый удар, прямо под ребра, — инструктировал Скорценей одного из подчиненных. — И для мясника что-нибудь отрежь — в этом городе скоро и человечина деликатесом станет.
Контрабандист, услышав слова командира, нервно хохотнул и оглянулся на Грегора, привалившегося к стене. А затем подошел поближе, стараясь сохранять непринужденный вид.
— Пошли, побирушка, — позвал контрабандист, — поможешь мне разложить товары, которые мы притащили, и подготовить их к продаже. Босс говорит — это тоже часть сделки.
Этот человек уже явно убивал раньше и ничуть не терзался угрызениям совести — у него на лице сейчас застыло то же самое равнодушное выражение. Но Грегор чувствовал, как ускорился пульс контрабандиста, слышал, как тихо шуршит сталь кинжала о дубленую кожу ножен. Прежде чем мужчина успел хотя бы моргнуть, ледяные пальцы стиснули его руку, и Грегор вывернул ее, ломая запястье. Контрабандист рухнул, заорав от боли и ужаса, и судорожно отполз подальше.
— Как видишь, меня не так-то легко убить, — проговорил Грегор почти безразличным тоном. Он продолжал стоять, прислонившись к стене. Если бы у его ног не корчился с криками вор, никто бы и не подумал, что он шевелился. Остальные шестеро контрабандистов повытаскивали мечи, но без особой решимости. Скорценей сделал шаг вперед. Его жестокий холодный взгляд стал задумчивым. Если он отпустит Грегора, его банда разбежится, потому что перестанет бояться и уважать своего вожака. Страх бурлил в венах Скорценея так же, как и у всех остальных, но кислевит не мог позволить себе поддаться ему.
— Неплохой трюк, — признал Скорценей. — В тебе, видимо, есть толика эльфийской крови? — Он смерил Грегора задумчивым взглядом и продолжил: — Я поторопился с выводами. Ты не так прост, как кажешься, приятель. Мне бы мог пригодиться такой человек, как ты.
— Нет, приятель, — Грегор отлип от стены, — у меня есть в этом городе дела поважнее. Уйди с дороги и молись, чтобы наши пути больше не пересеклись.
На лице Скорценея на миг промелькнуло сомнение, но тут же прошло — он вспомнил, что его противник безоружен.
— Я не могу этого допустить. Ты слишком много видел, — ответил контрабандист. — И я не думаю, что ты сможешь повторить свой маленький фокус против нормального меча.
И, не тратя больше времени на разговоры, Скорценей бросился вперед, метя клинком Грегору в живот. Одним невидимым глазу движением Грегор уклонился, и меч лишь впустую рассек воздух. Потрясенный Скорценей ударил снова, в этот раз намереваясь снести ему голову, — и теперь Грегор не стал уворачиваться. Ледяные руки поймали стальное лезвие — и под действием неестественной силы меч сломался. Скорценей в ужасе округлил глаза — и это выражение застыло на его лице навеки: Грегор вонзил обломок клинка ему в горло.
Скорценей упал, и Грегор отшатнулся, в изумлении глядя на собственные руки, потрясенный их нечеловеческой мощью. Он встречал только одно существо, обладавшее такой силой, чтобы ломать голыми руками сталь. И насколько быстро Грегор станет таким же, как Сиббечай?
Он снова взглянул на убитого, на яркую алую лужу, расползающуюся вокруг тела, манившую обещанием тепла и жизни.
Молодой человек рухнул на четвереньки, наклонился почти вплотную к грязной земле, но тут же осекся — омерзение к самому себе оказалось сильнее нечестивого желания. Грегор, как краб, отполз подальше от растекающейся кровавой лужи и, взглянув в мертвое лицо Скорценея, застонал от ужаса. С убитого как будто стянули покров, позволяя как следует разглядеть его, и Грегору остывающее тело казалось куда более четким, чем было при жизни.
Остальные контрабандисты скрылись в темноте сразу же, как только их главарь пал. Но, даже спеша по темным улицам и глухим переулкам, они все еще слышали долгий, протяжный нечеловеческий вой, раздававшийся от сыромятни. Крик падшего и обреченного.
Солнце едва успело скрыться за горизонтом, а в маленьком погребе уже похолодало, и этот холод никак не был связан с наступлением ночи. Из тяжелого деревянного гроба поднялась тень, и вторая тень шагнула ей навстречу из мрака, клубившегося в углах.
— Добрый вечер, о величайший из некрархов! — Насмешливый голос некроманта первым нарушил тишину импровизированного склепа. — Полагаю, эта ночь окажется продуктивнее предыдущей.
Сиббечай уставился светящимися глазами на Карандини. Он устал от этого скользкого смертного, и пользы от него становилось все меньше. Стоило поискать другого слугу, не такого норовистого. Вампир оскалился на вероломного союзника, раскрыв иссохшую пасть и демонстрируя огромные клыки.
— Меня начинают утомлять твои шпильки, человечишка, — прорычал Сиббечай и с хрустом растопырил пальцы с длинными когтями.
Но практически сразу же убрал их и сложил руки на груди. Некромант огрызался, поскольку верил, что преимущество за ним. И убивать Карандини сейчас, не узнав причину его уверенности, могло быть опасно.
— Ты не сумел добыть книгу, — напомнил некромант. — И оставил в живых того охотника на ведьм. Не такого я ожидал, предлагая тебе заключить союз.
— Я разберусь с охотником, когда сочту нужным, — прошипел Сиббечай. — Он уже дважды посмел помешать мне. И теперь новый вдох одалживает у Мора. — Вампир клацнул зубами, словно представив, как вцепляется в горло врага, а затем снова посмотрел на Карандини. — А книгу я верну — мне известно, куда ее унесли. И кто. — Сиббечай неожиданно улыбнулся.