Тень короля

27

Они провели в пути еще два дня, возвращаясь по своим следам, пока не добрались до брошенного ими фургона с припасами. Половину овса и весь топленый жир подъело зверье из пустыни, но мешки с кормом для лошадей и травы для чая остались почти нетронутыми. Они были благодарны и за это. Дальше перед ними была широкая пологая дорога, поэтому они запрягли в фургон кобылу Дэрика и ехали еще три дня.

Сериз проводила ночи в палатке с Индиго, скучая по Киану и его прикосновениям. Ей ужасно хотелось пойти за ним в тени, но она поклялась оберегать клинок, а для этого ей приходилось оставаться в своем физическом теле. Но это не мешало ей изыскивать другие способы проводить с ним время. У каждого лагеря она искала камень-вход Вниз, как показал ей Неро. Однажды девушка нашла такой, и на следующее утро, на рассвете, она протянула Киану полотняные штаны, увела в сторону от спящего лагеря и с помощью своей крови перенесла в зачарованный грот Внизу.

Киан приземлился на колени, его дыхание сбилось от перехода. Отдышавшись, он с любопытством оглядывал светящиеся стены и укрытый мхом пол.

– Ты очень подробно описала это место, – заключил он. – Я поверить не могу, что оно существует уже тысячу лет. Это совсем отдельное царство, о котором никто не знает.

Она понимала его чувства. Umbra sangi хорошо умели хранить секреты.

– Насколько медленно здесь течет время? – спросил он.

– Часы Внизу кажутся мгновениями Наверху.

И она напоминала себе об этом, терпеливо ожидая, пока Киан привыкнет к окружающей обстановке. Она так долго фантазировала о том, как приведет его в грот, как они лягут на прохладный замшелый пол, как она вновь почувствует его внутри себя, что изо всех сил старалась стоять спокойно и не броситься срывать с него одежду. Она сняла с груди Клинок Петроса и положила на пол.

– Значит, мы можем оставаться здесь, сколько захотим?

Сериз кивнула.

И Киан, похоже, подумал о том же, о чем и она. В его глазах засверкал озорной огонек.

– И как же мы будем проводить время, о моя храмовая госпожа?

– Я уж думала, что ты и не спросишь, – ответила она, проводя ладонями по его груди снизу вверх и смыкая их за его шеей. Поднялась на цыпочки и потянулась к его лицу.

– Не торопись, – прошептал он. – Помнишь правило? Ничего не произойдет, пока ты не прикажешь.

Сериз помнила. И даже придумала свой первый приказ. Но сейчас она хотела только поцеловать его, воссоединиться после нескольких ночей разлуки, поэтому она поднялась на цыпочках еще выше и едва коснулась его губ. Они целовались, пока хватало дыхания, пробуя друг друга на вкус и не разжимая объятий. Почувствовав, как напрягаются ее губы, она разорвала поцелуй и опустилась на пятки.

– Вот мой первый приказ, – сказала она. – Научи меня.

– Научить?..

– Всему, что нужно знать об акте любви.

Киан усмехнулся.

– Тут понадобится не один урок. Актов любви так много, что на то, чтобы изучить их все, может понадобиться целая жизнь. Да и сам я, боюсь, не знаю и половины. Я все еще неопытен.

Она подняла бровь.

Неопытен?

Она не верила. В том, что он делал с ней в утро ее Дня Обретения, ничто не намекало на неумелость.

– Я говорю правду, – в голосе Киана зазвенела настойчивость. – Об этом написаны сотни книг на всех языках мира.

– Неужели это настолько сложно?

– Не сложно, – сказал он. – Скорее, разнообразно. Есть множество способов наслаждаться яблоком – я вот, например, люблю его запеченным в пироге. Так и здесь – есть множество разных способов доставить друг другу удовольствие.

– Покажи мне один из них, – попросила Сериз. – Покажи свой любимый.

Его губы тотчас сложились в улыбку – будто он ждал, когда она попросит.

– Как прикажет моя госпожа.

Киан опустился на землю и жестом пригласил ее присоединиться. Они легли на бок на мягкий ковер из мха и некоторое время целовались, как и прежде, оторвавшись друг от друга лишь тогда, когда им перестало хватать воздуха. Едва его пальцы скользнули под пояс ее штанов, Сериз уже была готова. Она перевернулась на спину и развела ноги, и, к ее радости, он не заставил ее ждать. Большим пальцем он коснулся ее складок, а указательным скользнул внутрь. Она подалась к нему, безмолвно умоляя о большем. Тогда он погрузился глубже и нашел чувствительное место, о существовании которого Сериз не подозревала. Киан ласкал ее, и пальцы ее ног поджимались, а из горла рвался стон, больше похожий на звериный.

– Обожаю этот звук, – прошептал он ей в ухо. – Но

этот

мне нравится еще больше. – К одному пальцу добавился второй, и она, уже не сдерживаясь, возбужденно застонала. – Чувствуешь, какая ты мокрая?

Сериз кивнула, прижимаясь к нему.

– Тело не лжет, – продолжал Киан. – Когда ты истекаешь соком в мою ладонь, я знаю, что ты хочешь меня больше всего на свете.

Он был прав. Она хотела только его.

– Ты просила меня показать мой любимый способ, и это он. – Киан вышел из нее и облизал свои пальцы. – Твой вкус, ощущение твоей влаги на моих пальцах. Будь моя воля, я бы в ней утонул. Я умирал от желания сделать это с момента нашего первого поцелуя.

Сериз не до конца понимала, что он имел в виду, пока Киан не снял с нее штаны и не начал покрывать поцелуями от пупка до бедер. Наконец, когда его лицо оказалось между ее разведенных ног, он начал ласкать ее языком так же, как до этого пальцами. Сперва она напряглась. Но едва ей удалось расслабиться, осознала, что прикосновения его языка приятны. Он бережно касался ее, дразня, а затем надавил сильнее и повторял это раз за разом, то сильнее возбуждая Сериз, то вновь отстраняясь, и тем самым распалял ее больше и больше. Когда он на мгновение остановился, девушка вспомнила, что может приказать.

– Еще, – прошептала она. – Я хочу почувствовать внутри твои пальцы.

Киан повиновался, однако она оказалась не готова к тому, чего так желала, – к его пальцам глубоко внутри нее, к прикосновениям его языка. Сериз застонала, развела ноги шире, касаясь коленями мягкого мха.