Тень короля

21

Дэрик предложил всем троим пойти искать песчаную дыню в противоположном от охотников направлении, чтобы помочь Сериз попробовать свои силы в магии. Она согласилась, но попросила Киана с Дэриком начать поиски без нее. Она хотела присоединиться к ним позже, после серьезного и давно назревающего разговора с семьей.

Когда Киан с Дэриком ушли из лагеря, Сериз нырнула в палатку и достала сердечное зеркало. Сидя на холщовом полу, она звала через зачарованное стекло до тех пор, пока мать не услышала ее голос и не ответила.

– Дорогая, – мама поприветствовала ее с улыбкой, которая вмиг исчезла, как только она заметила покрасневшие глаза Сериз. – Что случилось?

– Я хочу поговорить с Ниной, – сказала Сериз. Она знала, что сестра пока не уехала и будет гостить у родителей еще пол-луны.

Мама колебалась.

– Ты выглядишь расстроенной.

– Дай мне поговорить с Ниной.

В зеркале появился отец, и Сериз поймала себя на том, что рассматривает его лицо в поисках хоть какого-нибудь сходства со своим. Она знала, что не найдет – никогда не находила, – но ее сердце сжималось при одной мысли, что она не его дитя.

– Где ты? – спросил он, вглядываясь в холщовые стены за ее спиной. – У тебя все в порядке?

Она чувствовала, что его беспокойство искреннее, но ее гнева это не остудило. Она все равно казалась себе грязным пятном на полу, которое ее родители прикрыли ковром-храмом. Сейчас она доверяла только одному человеку в семье. Она выдавила:

– Я хочу. Поговорить. С Ниной.

Отец вздохнул и отправился искать Нину, а найдя, передал ей зеркало. В рамке появилось лицо, укрытое черной вуалью.

– Что случилось? – спросила Нина.

Сериз дождалась, пока отец не выйдет из комнаты.

– Ты одна?

– Да, – ответила Нина, – а что?

– Нас точно никто не может услышать?

– Точно. Расскажи уже, что случилось.

–

Отец

на самом деле мне не отец, – сказала Сериз. – Вот что случилось.

Нина не стала ничего отрицать. Не засмеялась нервно, не сказала Сериз, что та сошла с ума. Она молча замерла, и Сериз догадалась, что сестра уже знала правду.

– Ты знала, – выдохнула девушка. Сердце сжалось еще сильнее. Похоже, она и сестре-то не могла доверять. – Ты знала и не сказала мне.

Нина пропустила обвинение мимо ушей.

– Что заставило тебя думать, что он не твой отец?

– А это важно?

– Да, важно, – ответила Нина. – Рассказывай, что случилось.

Сериз замешкалась. Раньше она считала, что может рассказывать сестре все, но теперь уже не была настолько уверена.

– Если я расскажу, – начала она, – ты не должна никому об этом говорить, даже маме, отцу и мужу. Ты должна сохранить это в тайне.

– Хорошо.

– Пообещай. Поклянись перед богиней.

Нина прижала руку к сердцу:

– Пусть Шиера поразит меня насмерть, если я лгу.

Сериз нахмурилась. Ей не понравилось, какие слова выбрала Нина, но она все же рассказала сестре о своих походах в мир теней, о принуждении подчиняться приказам короля, о магии, которую она обрела, и о том, что, возможно, она происходит от Шиеры. Когда она закончила, Нина, казалось, не дышала.

– Вряд ли я унаследовала огненную кровь от мамы, – сказала Сериз. – Скорее всего, она от отца – от настоящего моего отца. И я хочу знать, кто он. Если я его найду, возможно, я смогу больше понять о том, кто я и откуда у меня эти дары.

– Я и так уже знаю, кто ты, – сказала Нина.

Сериз встрепенулась:

– Знаешь?

– Да. Ты моя сестра, и я тебя люблю.

– Ой, ну хватит. Это очень важно. Давай серьезно.

Нина вздохнула, и дыхание покачнуло ее вуаль.

– Ладно. Вот тебе правда.

Сериз поднесла зеркало ближе, ловя каждое слово.

– Я не знаю, кто твой отец, – продолжила Нина, – но знаю, что он опасный человек. Когда мама была беременна, я подслушала, как они с отцом ссорятся на этот счет. Это было давно, но я помню, как подумала: они его боятся настолько, что лгут всем, чтобы он не узнал о тебе.

Сериз насторожилась. Такого она точно не ожидала.

– То есть они отослали меня в храм не затем, чтобы скрыть мамину измену?

– Измену? – повторила Нина. – Вороны кровавые, нет! Ничего подобного. Мама так себя вела, что было похоже, будто он ею просто воспользовался.

– То есть он… – Сериз не смогла закончить фразу. Она не хотела в это верить. – Он ее принудил? И после этого ей пришлось родить

меня

?

– Нет! – Нина подняла ладонь. – Я не хочу, чтобы ты так думала.

– Но ты сказала…

– Забудь, что я сказала, – отрезала Нина. – Я не это имела в виду.

– А что тогда?

– Что она, возможно, была очарована его обаянием или властью, – ответила Нина. – У людей есть множество способов управлять друг другом, Сериз. Я понятия не имею, что случилось на самом деле, потому что мама об этом никогда не рассказывала. Знаю только, что этот мужчина опасен – мама с отцом не хотели с ним ссориться. Отец признал тебя своей, и это значило, что мы должны отдать тебя в храм. Но не затем, чтобы от тебя избавиться. Мы очень-очень любим тебя. Надеюсь, ты это знаешь.

Сериз почувствовала, как краска вины приливает к ее щекам. За свое короткое пребывание при дворе она так привыкла ко лжи и манипуляциям, что сразу подумала о родителях худшее, несмотря на все доказательства обратного. Мать с отцом никогда не пропускали гостевые дни в храме. Никогда не требовали, чтобы она старалась лучше, когда остальные прорицательницы уже получили дар, а она – еще нет. Никогда не давали повода чувствовать себя нежеланной или нелюбимой. Несмотря на ее происхождение, они дорожили ею.

– Ой, – только и смогла вымолвить она.

– Послушай, – обратилась к ней Нина, – кем бы ни был твой отец, очень важно, чтобы он о тебе не узнал. Это значит, что ты не должна его искать или задавать вопросы, которые могут вывести на него. Понимаешь меня?

– Я могу быть осторожна, – сказала Сериз. Ей хватало ума не порождать сплетен, задавая вопросы не тем людям. – Во дворце есть архив с записями, дневниками и путевыми журналами. Я могу начать с составления списка всех могущественных мужчин, которые посещали Солон за год до моего рождения. – Тут она нахмурилась, осознав, что ее отец мог жить в Солоне, а во дворце не бывать, и в этом случае в дворцовых архивах записей о нем не будет. – Мама не упоминала, откуда он?

– Ты меня не слушаешь. Просто забудь.

– Она не говорила, откуда он?

– Нет. Она ничего о нем не рассказывала.