Игра для двоих

Глава 2

Все просто ужасно. Все просто хуже некуда, ничего не замечательно, это полная катастрофа!

И проблема вот в чем: если составить список личных претензий сотрудников «Флайбаттер» к сотрудникам «Нефилима» и наоборот, можно сразу начинать делать это на бесконечном рулоне туалетной бумаги типа такого, что вешают в общественных туалетах. А если представить, что взаимоотношения сотрудников наших компаний – это роман, и попытаться составить схему взаимодействия персонажей, сам Достоевский позавидует такому уровню драмы.

Например, однажды на конференции Отто назвал нашего программиста дебилом в присутствии нескольких тысяч человек.

Мила собиралась замуж за одного из 3D-художников «Нефилима».

Итан уволился через три месяца испытательного срока в «Нефилиме» из-за «непримиримых разногласий» по поводу «негуманных условий труда»; Шэннон напилась на «Геймконе» и подралась с ИИ-программистом, который назвал ее горе-кодировщицей; наш программист Кай заметил, что у него начала загадочно пропадать почта с тех пор, как продюсер «Нефилима» переехал в его жилой комплекс. И это лишь несколько из множества примеров вражды наших студий, которая за годы принимала самые разнообразные формы.

К примеру, то, что произошло между мной и Джесси-долбаным-Эндрюсом, заслуживает отдельного упоминания.

С другой стороны, а что, собственно, произошло? По мере приближения даты поездки на горнолыжный курорт я пытаюсь убедить себя, что истинная причина наших с Джесси напряженных отношений – обычное профессиональное соперничество. Мы оба – гейм-дизайнеры, причем довольно неплохие. Мы примерно одного возраста, оба пробуем новые творческие подходы в своей работе, выигрывали премии, продвинулись до руководителей рабочих групп и сделали себе имя. Странно, если бы между нами совсем не было конкуренции.

И все-таки дело в другом. Как бы мне ни нравилось притворяться, что неловкость между нами порождена обычной позитивной конкуренцией, Джесси специализируется на экшене и приключениях, а я – на создании персонажей и сюжетных линий. Мы занимаем разные ниши, и я прекрасно это понимаю, как и мистер Молниеносный Мышеклик.

Мы познакомились шесть или семь лет назад, когда я впервые пришла устраиваться на работу в геймдев. Насколько я помню, вначале все было нормально. Я только что окончила колледж и пришла на последний этап собеседования в маленькую компанию по разработке ПО в Сиэтле. Когда я вошла в зал для совещаний, Джесси, который уже там работал, встал и пожал мне руку.

Поначалу я даже не обратила на него внимания и только смутно отметила, что у него темные волосы и очки в толстой оправе. Я всю ночь готовилась, у меня болела голова, и мне показалось, что Джесси был кем-то вроде помощника руководителя. Все вопросы задавал босс. Мне надо было доказать маме, что я в состоянии сама зарабатывать на жизнь, как она выражалась, «играя в „Марио Карт“», вот я и старалась очаровать босса Джесси, но ничего не вышло.

Впрочем, я решила, что это к лучшему. Ведь этот придурок назвал мое портфолио слишком девчачьим и заявил, что с ним меня никуда не возьмут, усмехнулся и спросил, действительно ли я люблю видеоигры или решила устроиться на эту работу, чтобы произвести впечатление на бойфренда.

Справедливости ради, Джесси тогда за меня заступился. «Это непрофессионально. И не имеет отношения к делу», – твердо сказал он своему боссу, впервые с начала собеседования открыв рот. Но я уже встала и приготовилась уйти; даже если бы мне пообещали золотое руно, состриженное с тридцати волшебных лам, я бы в жизни не согласилась работать на этот кусок дерьма.

И я ушла. А Джесси побежал за мной – я это прекрасно помню. Он буквально бросился за мной вприпрыжку, благо бегал он быстро и ноги у него были длинные, а когда нагнал, обеспокоенно посмотрел на меня сверху вниз. Он удостоверился, что я не расстроилась, и извинился от имени… всего патриархата, наверное. Я приняла извинения и, кажется, произнесла гневную речь, продолжавшуюся не меньше двадцати минут. Но Джесси смиренно выслушал ее, надавал мне отличных советов по поводу портфолио и сообщил, что есть одна новая студия, которой сейчас как раз требуются дизайнеры, – «Флайбаттер». «Ну вот, бывают все-таки порядочные люди в этой проклятой индустрии», – подумала я тогда. Я поблагодарила его, мы попрощались, и я не вспоминала о нем около года, пока наши пути вновь не пересеклись на местной игровой выставке.

К тому времени компания с несносным боссом, куда я пыталась устроиться, обанкротилась, что доказывало существование справедливого Бога. С легкой руки Джесси я пришла работать в «Флайбаттер», а он стал главным дизайнером в «Нефилиме» и заработал себе репутацию суперзвезды геймдева в жанре «экшен и приключения». На второй день выставки я заметила его среди экспертов по обратной совместимости. Он встал со стула и уступил место пожилому дядечке.

Я сразу его узнала.

Он по-прежнему носил очки в темной квадратной оправе, но волосы укоротил и сделал более простую в уходе стрижку. Он оказался очень высоким – в прошлый раз я этого не заметила. На нем были джинсы и темное худи: униформа парней из геймдева. Он стоял в глубине зала, сложив руки на груди, и, глядя на него, я поняла кое-что, чего не заметила тогда на собеседовании.

Джесси Эндрюс был очень симпатичным.

Очень.

Пожалуй, он был даже красавчиком.

Геймеров почему-то считают уродливыми троллями, которые обитают в подвалах и писают в ведро, чтобы лишний раз не вставать из-за стола. Считается, что только страшно непривлекательные люди могут целыми днями сидеть, уткнувшись в экраны. На самом деле большинство геймеров выглядят совершенно нормально. А Джесси выглядел даже более чем нормально.

За пару лет в геймдеве я повидала достаточно отношений между коллегами, которые заканчивались настоящей драмой и полным эмоциональным коллапсом, и считала, что лучше избегать романов на работе любой ценой. И все же…

– Чего ты пялишься на Джесси Эндрюса и улыбаешься как дурочка? – спросила Мила, растолкав толпу локтями и подобравшись ко мне.

– Я не… – Я нахмурилась. – Я правда улыбалась как дурочка?

– Угу.

– Блин, – пробормотала я и взглянула на сцену, где техперсонал проверял микрофоны для экспертов.

Мила наклонилась ко мне:

– Тебя с ним познакомить?

– О нет… Мы уже знакомы. То есть виделись. Один раз.

– Круто. А я с ним школе училась. В выпускном классе у нас даже один классный руководитель был.