Страница 79 из 130
Карина с тревогой посмотрела на меня, но ничего говорить не стала.
Тем временем Фёдор развернулся и, осенив себя знаком Велеса, втопил педаль до упора в пол. Автобус натужно взревел мотором и понёс нас обратно, как сзади донеслись несколько раскатистых взрывов и канонада выстрелов. Ярко-синие вспышки вспороли небо. Я отчетливо услышал грохот разрядов, и в облака ударили ветвистые молнии.
Фёдор сбросил ход и прильнул к зеркалам, и в этот миг из темноты сзади вынырнул, обдавая светом фар, тяжелый грузовик. С отчаянным рёвом мотора он прогрохотал мимо нас. На развевающемся тенте я заметил наспех нарисованный крест.
Он пронесся мимо, сигналя нам. Федор высунулся из окна и помахал им рукой.
— Наши! Это наши!
В этот момент автобус качнулся — и внутрь из темноты запрыгнул Темников. Прижав к себе левую руку, он сморщил покрытое каплями крови лицо. Грузно уселся на переднее сиденье и гаркнул Федору.
— Я же сказал жать на полную!..
Тот быстро закрыл дверь и до упора выжал педаль. Темников обернулся и с нескрываемой неприязнью зыркнул на нас с Есеней. Я заметил, как по его руке стекает кровь.
— Спасибо, ваша светлость, — кивнул я.
— Как же меня достала ваша чертова семейка… — бросил он и подошел к Федору. — Вылезай, дальше я поведу!
Усевшись за руль, он взял рацию и, сменив несколько частот, вышел на связь с повстанцами из грузовика.
— Машина повстанцев, следуйте за автобусом, — жестко велел он. — Отныне вы находитесь под защитой Опричнины. Приказываю следовать за мной.
— Но, сударь… — сквозь шорохи помех донесся явно опешивший голос водителя. — Откуда нам знать, что вы не…
— Я сказал — за мной, бродяги, или я клянусь, вы пожалеете, что не остались на том стадионе, — произнес Темников.
— Х-хорошо, — кашлянув, ответили по рации. — Мы следуем за вами, сударь.
Наш автобус обогнал грузовик и устроился впереди.
Я посмотрел на Карину: девушка вместе с Есеней и Фёдором ставили инъекцию странной синей жидкости молодой девушке на заднем сиденье.
В голове настойчиво билась тупая мысль: мы выбрались. Все целы.
Но не все, кого я хотел спасти.
Но в груди все равно ощущалась леденящая пустота. Настолько тяжелая, что весь мир вокруг, казалось, потемнел. Звуки, голоса и шум смешивались воедино, в липкую тягучую какофонию. Голова закружилась.
— Куда мы? — спросил я Темникова, держась из последних сил.
— В Москву, — коротко бросил он. — Так что постарайся ближайшие три-четыре часа не помереть. Эй!.. Слышишь, парень?..
Его голос потонул в шуме. А следом на меня опустилась тьма.
* * *
Давно со мной такого не было. Пробуждения от приятного ощущения теплого одеяла на коже. Первым сквозь пелену сна пробилось именно оно.
Уютное, домашнее и ласковое тепло, словно прикосновение любимой.
Я лежал на кровати в небольшой комнате. Всё тело ныло от слабой боли, воздух пах лекарствами и спиртом, с легким, смутно знакомым приятным ароматом. Сквозь занавешенное окно пробивались лучи солнца и бодрое чириканье птиц.
На столике слева виднелась тарелка с остывшим завтраком и целая куча лекарств, рядом — стойка с капельницей и медицинские приборы. Явно поставленные наспех.
Я в больнице? Непохоже. По всему видно, притащили меня сюда в спешке. Значит, я тут не первый день.
— Проснулся, — в тишине утра донесся знакомый игривый голос. — Значит, помогло!
— А… — я скосил глаза вниз.
Одеяло приподнялось и из-под него высунулось довольное лицо Карины. Она поднялась выше, одеяло сползло с её обнаженных плеч.
— Как ты… — я осёкся, чувствуя, как сердце забилось сильнее. — Погоди, ты же сама ранена!
— Я в порядке, по сравнению с тобой легко отделалась. Когда я тебя увидела там, то испугалась, что ты умрёшь. Слава богу, ты живой, — девушка осторожно обняла меня и прижалась к шее. — Вообще-то я от тебя два дня не отходила. лечила как могла. Так что заслужила от тебя благодарность.
Она хихикнула, добавила шёпотом.
— И кое-что ещё…
Облизнув губы, она откинула одеяло и, краснея, села на меня сверху. В неверном свете, пробивающемся сквозь шторы, её полуобнаженное стройное тело соблазнительно изогнулось.
— Помнишь, что ты мне обещал? — девушка нагнулась к моим губам. — После свадьбы, мы собирались продолжить. Я и так слишком долго ждала, и вообще, супружеский долг…
Её тёплые губы прильнули к моим в поцелуе. В ушах застучала кровь. Я ещё не до конца проснулся, но тело отреагировало на её ласки куда быстрее. Жар волнами разошелся по животу и ниже, пальцы свело от возбуждения. Я обхватил её узенькую талию, перехватывая инициативу.
Карина тихонько пискнула, поддаваясь ласкам, наши языки сплелись вместе. Но едва я повернулся уложить её на кровать, как острая боль пронзила всё тело. Пришлось отступить, шипя от боли и досады.
— Твои раны еще не затянулись, — с пониманием кивнула она и, облизнув розовые губки, добавила. — Ничего, я сделаю сама.
С загадочной улыбкой девушка снова натянула одеяло и подмигнула.
— Не подглядывай!
Я зажмурился: её влажные губы и язычок коснулись моей шеи и двинулись вниз. Шаг за шагом, горячие прикосновения спустились от груди к животу, Карина стиснула пальцами мои бока, её горячие бёдра обхватили мои.
— Что ж ты творишь… — прошептал я. Но останавливать её не собирался. Совсем наоборот.
Легонько царапая мои бока ноготками, она стянула вниз последнее препятствие. Но едва её губы добрались до самого интересного, как раздался стук в дверь.
— Никого нет, — прошептала Карина. — Не отвлекайся…
Едва она вернулась к своему приятному занятию, как стук повторился — и на этот раз куда настойчивее.
— Я знаю, что ты там, наглая пигалица! — гаркнули за дверью, и в голосе я сразу узнал Темникова. — У нас нет времени ждать ещё, он требует Вайнера к себе!
Карина не дала мне отреагировать — её пальчики стиснули меня так, что я едва не застонал от удовольствия.
— Открывай дверь! — рявкнул опричник. — Я знаю, чем ты там занимаешься!
— Вот же зануда, — разочарованно шепнула девушка и вылезла из-под одеяла. — Имею полное право, я его жена!
Она заговорщицки улыбнулась мне и, устроившись сверху, начала двигать бёдрами. Я скользнул ладонями по её бокам и обнял грудь. На её раскрасневшемся лице возникла блаженная улыбка.
Ох ты ж господи…