Страница 10 из 130
— Лилит, — произнёс я её настоящее имя, и девушка вздрогнула. — Ты всё ещё мой кодекс. И важная часть меня. Без альвы ты умрёшь, и тогда всё, за что мы сражались, за что гибли наши товарищи, станет напрасным. Послушай меня…
Я мягко обнял её мокрые щёки и поднял голову. По её лицу катились горячие слёзы, капая на мой костюм. Она смотрела на меня своими пронзительными большими глазами, и изо всех сил старалась не плакать. Её губы дрожали, а сердце колотилось так сильно, что я ощущал пульс сквозь кожу.
— Если бы не ты, Лилит, мы бы никогда не зашли так далеко, — я провел большими пальцами по её щекам, стирая слёзы. — И не помогли бы стольким людям. Я видел твою силу, твой несгибаемый дух. Ты всегда сражалась за то, во что верила. Ты всегда сражалась одна. Но больше так не будет.
Она шмыгнула носом, неотрывно глядя мне в глаза.
— Мы с тобой связаны, Лилит. И даже если ты дашь слабину, я прикрою твою спину и вытащу из самой глубокой тьмы, если будет нужно. Тебе больше не нужно сражаться со всем миром в одиночку.
Я осторожно поднял её на ноги. Буря альвы вокруг нас медленно утихала, её ядро больше не опаляло все вокруг с яростью пылающего солнца. Его свет ослабел. Но трещины на коже Лиливайсс никуда не делись.
Подняв руку, я обернулся к арене — и перед нами разверзся клубящийся портал света.
— Лилит, — я протянул замершей девушке ладонь. — Идём со мной. Ты нужна мне, живой и невредимой.
— Х-хозяин, — запнувшись, она посмотрела на мою руку.
— Владыка или нет, под влиянием альвы или нет, ты — часть моей семьи, — я посмотрел ей в глаза. — Тебя обманом сперва вынудили сражаться с монстрами, а потом пойти против всего мира. И ты пошла на это, чтобы спасти свою сестру. Я не могу тебя судить, потому что поступил бы так же. И если ты всё ещё хочешь этого, я помогу тебе всё исправить.
Сглотнув слёзы, она робко потянулась к моей руке — и её узенькая ладонь легла в мою.
— Я… я пойду с тобой хозяин, — прошептала она.
— Давай вернёмся домой, — я улыбнулся ей и, крепко сжав ладонь, шагнул в портал.
Реальный мир встретил нас пробирающим до костей ледяным ветром и моросящим дождём. Едва Лили ступила на траву, как повисла на моей руке — слабость накатила на нее с утроенной силой.
— Эй, держись!.. — я подхватил девушку и помог подняться. — Ты можешь стоять?
— П-прости, хозяин… — она рассеянно улыбнулась, — Мне нехорошо…
Покачав головой, я прижался к её лбу. Горячий. Вдобавок ко всему её раны и трещины на коже продолжали источать слабый свет, не спеша затягиваться.
— Тебе нужен отдых и альва, — я осмотрел её измученное тело. Комбинезон на ней напоминал лохмотья, всюду виднелись прожженные дыры и пятна крови. Глаза Лили потускнели, почти вернув свой настоящий голубой цвет.
Она была еле жива, о её ранах нужно было позаботиться… да и о моих тоже. Мы оба еле на ногах держались.
— Вот что, давай-ка найдем место для отдыха, — я куснул губу, оглядываясь вокруг. — Подожди-ка меня здесь.
Очевидно, посреди леса в красной зоне ничего хорошего нас не ждало. Но если я верно помнил карту уральской красной зоны, бой в Белогорье произошел ближе к ее западной окраине. А мы ушли еще дальше на запад.
Да и повстанцы явно шли к выходу.
Я поднялся на пригорок и, немного попетляв между берёз, взобрался на выступающий кусок скалы. В ночной темноте, освещаемой только звездами и луной, видно было маловато. Но я различил справа гладь болота, откуда я пришел. А впереди и левее — лес, подходящий к невысоким горам, тянущимся на запад.
А на одной из них, самой ближней к нам, виднелся еле заметный желтый огонёк.
— Наблюдательная станция, — предположил я. — Там наверняка есть люди…
Кивнув, я быстро спустился к Лили. Девушка сидела на земле, прислонившись к камню.
— Я знаю, куда нам идти, поднимайся, — я помог ей встать. — В нескольких километрах отсюда есть небольшая станция. идём.
* * *
Мы шли несколько часов подряд по ночному лесу, прислушиваясь к каждому шороху за спиной. На половине пути Лили ослабела окончательно, и мне пришлось нести её дальше на своей спине, благо у меня еще оставались силы.
К моменту, когда лес впереди расступился, и перед нами показался склон горы, с рядком домиков на вершине. Я задержался, присматриваясь.
— Это же геологическая станция! — улыбнулся я. — Такие специально строят для исследователей красных зон! Лили, скорее!
Девушка на моей спине издала невнятное мычание. А мне эта новость придала новых сил перед последним броском.
Еще почти час я карабкался наверх по извилистой тропинке, пока не оказался перед комплексом из десятка сооружений, обнесенных забором. На краю комплекса виднелась невысокая вышка с горящей на вершине одинокой лампой.
— В окнах нет света, — я подошел к ближайшему строению. — Похоже, дома никого нет. Нам же лучше.
Оставив Лили у двери большого здания, я первым делом отправился в генераторную. Весь комплекс должен был питаться от своего, независимого источника. И здесь им был массивный, довольно старый, но надежный дизельный генератор. К счастью, дверь в энергоузел была не под кодовым замком, я без труда вошел и, немного повозившись, запустил генератор.
Могучая машина прочихалась, исторгла клуб черного дыма и, немного порычав, ровно загудела.
— Электричество есть, — кивнул я и поспешил к Лиливайсс, попутно оглядывая комплекс.
Девушка выглядела совсем ослабшей, когда я взял её под руки и завёл внутрь самого большого здания, плотно заперев за нами дверь. Тут же зажглись ряды голубоватых ламп, освещая длинный коридор с рядками дверей.
Мы подошли к небольшой схеме у входа. Я осмотрел её — и присвистнул.
— Спальни, спортзал, медпункт, кладовая, душевая… да тут можно несколько месяцев жить на одних припасах. Лили, наконец-то нам повезло.
— Хорошо… — она устало улыбнулась. — Хозяин, тебе нужно отдохнуть, ты вымотался…
— Кто бы говорил, — усмехнулся я. Но правда в ее словах была. Я едва держался на ногах, а после долгого перехода мои глаза слипались, а голова норовила окончательно отключиться.
С трудом дотащившись до столовой, я усадил Лили на диван, а сам полез в шкафы и холодильник. Ничего кроме сухпайков тут не нашлось, но я был рад и этому.
Не прошло и десяти минут, как на портативной плитке уже потрескивали четыре консервные банки с нашим ужином, а я растирал тело мокрым полотенцем, избавляясь от болотной грязи.