Странник

По «Сердцу Альрата» разносится сигнал тревоги. Этот отвратительный звук заставляет меня оторваться от наброска. Невелика потеря, потому что я рисую Канитар, а ее я никогда не мог нарисовать. Нет, ее лицо я помню прекрасно, только вот когда рисую, то получается кто угодно, но только не Канитар. Свет становится красным. Я раздраженно разрываю набросок на мелкие клочки. Кажется, в случае тревоги мне следует оставаться в каюте, но это мне делать совершенно не хочется. Я иду на мостик. Там оживление. Посредине гордо стоит Командующий Кетот, ровным и четким голосом отдающий указания. Я невольно наслаждаюсь слаженностью этого военного механизма.

— Что происходит? – я подхожу к нему.

— Военный корабль Мирраера, – нехотя отвечает он.

— Мирраера? – удивленно переспрашиваю я.

— Вас удивляет, что у Мирраера есть военные корабли? – с ноткой высокомерия спрашивает Кетот.

— Меня удивляет, что у них есть время их куда-то посылать.

Насколько я знаю, на Мирраере уже лет десять идет какая-то внутренняя борьба за власть. Морн как-то пытался объяснить мне подробности, но мы оба были пьяны, и я не слишком вдавался в детали. У меня всегда было впечатление, что Мирраеру сейчас наплевать на то, что происходит за его пределами.

Кетот, как мне кажется, несколько смягчается, хотя мне непонятно, почему.

— Они всегда посылают корабли. Не перестают патрулировать пространство. Это из-за того, что Мирраер находится за поясом Радор, и они ближе всех к Хольг. Они первыми примут удар, так что они не могут позволить себе роскоши расслабиться.

Мне приходит в голову, что это одна из причин того, что Проктор Мирраера так и не признал Миртес – если все так, как говорит Кетот, то на Мирраере уж точно знали, что никаких Хольг в поясе Радор нет и быть не могло.

— Этот корабль представляет для нас опасность? – осторожно спрашиваю я.

— Если он один, то нет. Если придет еще несколько, то да.

— Они развяжут войну?

Кетот качает головой.

— Это не так называется, это будет «инцидент в результате недопонимания». Такое случается достаточно часто.

Открытие для меня.

— И что мы будем делать?

— Ничего, если они не нападут.

— А если нападут?

— Они видят наше вооружение. Самоубийство не в их интересах.

Хоть что-то обнадеживающее. В этот момент раздается какой-то звук.

— Мирраерцы запрашивают связь, – говорит один из офицеров.

— Давай, – коротко командует Кетот.

Идиот!

— Не нужно, – шепотом говорю я.

— Почему это? – фыркает Кетот.

— Какой-то корабль Альрата шатается в пустом пространстве и на нем оказывается Командующий? Не странно ли?

На лице Кетота отражается внутренняя борьба. Уж очень ему хочется признать, что я не прав. Но я прав. Трущобная смекалка иногда дает лучший результат, чем обучение в военной академии.

— Стоп! – командует Кетот. – Что вы предлагаете?

Это уже мне.

— Дай мне с ними поговорить. Я им наплету что-нибудь про научную экспедицию.

Кетот медлит, но все-таки согласно кивает. Потом мы наконец-то включаем связь. Тут же рубку оглашает гортанный голос, говорят на-альратском, но акцент просто чудовищный.

— Говорит корабль космического флота Мирраера «Точный», назовите себя.

— «Сердце Альрата», – отвечаю я.

Видимо, межпланетная военная этика предполагает несколько иное представление, потому что на несколько секунд повисает тишина, как мне кажется, озадаченная. Кетот бросает на меня мрачный взгляд, я пожимаю плечами.

— Назовите себя! – требует все тот же голос с жутким акцентом.

И тут уж я себе в удовольствии не отказываю.

— Наместник Желтой земли, Наместник нома Фезим, Наместник нома Кройн, Наместник нома Тизер, Почетный посол Альрата в Агломерации Радор, Почетный посол Альрата на Мирраере, Почетный посол Альрата на Инсонельме, Хранитель Некрополя, Хранитель наследия Альрата, Хранитель библиотек, Великий Царский архитектор, Великий Царский живописец, Великий Царский скульптор и Вернейший из Слуг Великого Царя Хескаана Хмаса и Великого Царя Таала Ламита, – я перевожу дыхание, – Сентек.

Вполне вероятно, что я что-то забыл, но и этого хватит. Теперь тишина длится значительно дольше. А потом говорит уже другой голос.

— Мое почтение Почетному послу Сентеку, мое имя Эркар, я командир корабля «Точный». Могу я узнать, если мне будет дозволено, – язык мирраерца явно спотыкается о принятые на Альрате обращения, да и «если мне будет дозволено» нужно говорить Царю, а не мне, – какова цель путешествия «Сердца Альрата»?

— Вам не дозволено, – я пожимаю плечами. – Это дело Альрата, а не Мирраера.

— Если мне будет дозволено отметить, – совсем уж странная фраза, – то вы находитесь в пространстве Мирраера, поэтому мы вправе требовать ответ.

Я вопросительно смотрю на Кетота. Тот отрицательно качает головой.

— Мы не находимся в пространстве Мирраера.. Слушайте, Эркар, я не знаю, как принято разговаривать в такой ситуации, но могу вас заверить, что мы не представляем никакой угрозы, экипаж уверяет меня, что это не территория Мирраера. У нас и в мыслях не было вас беспокоить. Не понимаю, в чем проблема.

Проблема в Та-Нечер. Не только мы ее заметили, и сейчас решение Миртес отправить только один корабль может выйти нам боком.

— Назовите цель вашего полета, – повторяет Эркар.

Ну вот, очередной хозяин жизни на моем пути – уверен, что он вправе настаивать и требовать ответ.

— А то что? – спрашиваю я.

— Вы находитесь в пространстве Мирраера, мы вынуждены будем атаковать.

Я пожимаю плечами.

— Вы находитесь в пространстве Альрата. Назовите цель вашего полета, иначе мы вынуждены будем атаковать.

Надо видеть Кетота в этот момент, он разве что до потолка не взвивается. Ну а что такого-то? Раз это место никому не принадлежит, то почему бы ему не принадлежать Альрату, а не Мирраеру?

— Ну и? – спрашиваю я.

Кетот решительным жестом глушит связь с нашей стороны.

— Что вы делаете? – шипит он. – Войну хотите начать?

— Да нас на понт берут, – фыркаю я.

— Мирраерцы нацеливают на нас орудия, – докладывает один из офицеров.

— Приготовить орудия к бою, – командует Кетот.

Я мало в этом понимаю, но, кажется, у нас может начаться космический бой.

— Идиот, – шипит он мне.

— Ты только что сказал, что «Сердце Альрата» от него мокрого места не оставит, – вставляю я. – Или нет?