Страница 16 из 70
— То есть он помешался? Препарат свел его с ума? — Я не на шутку встревожился.
— Я не могу этого сказать, потому что он ничего не отвечает, никак не реагирует, просто сидит и пялится в одну точку.
— А вы ему давали попить, поесть?
— Нет, пока ничего не давали. Решила понаблюдать. Дождусь Самарцева, и тогда уже вместе подумаем, что делать дальше.
— А где они сейчас, мужики эти? — спросил я.
— Да мы их завезли в санаторий, у нас там уже есть отремонтированные комнаты. Поставили в одну из них старый обогреватель, стало более-менее тепло. Накидали на пол матрасов, и они все там сидят.
— Слушайте, так они там не загадят нам ничего?
— Да вроде нет, мы же по очереди за ними наблюдаем. И Тайра Терентьевна рядом — а она такая, что, если надо, их всех троих построит. Потому что, понятно, оставлять их в том доме было совершенно нельзя.
— Ну, это да, — согласился я.
«Пора возвращаться, самому смотреть», — подумал я, но вслух спросил совершенно о другом:
— А еще какие у вас новости? Удалось нормально забрать вещи из дома, Александра Ивановна? Проблемы какие-то были?
— Да вы представляете, Сереженька… то есть Сергей Кузьмич… Ачиков… Он, конечно, начал возмущаться…
— В каком смысле «начал возмущаться»? — не понял я.
— Ну, что я перешла к вам на работу, еще что в той операции с Сотниковым участвовала. Ачиков сказал, что уже инициировал проверку из Минздрава, так что через два дня к нам приедут. Но я, честно говоря, очень сомневаюсь, что они прям перед Новым годом сюда сорвутся. Если, конечно, Сережа не попросит своих знакомых ускорить дело. Я так примерно думаю, что все это начнется уже после рождественских праздников. Хотя кто их знает. А еще он угрожал, ну, в смысле, пытался меня толкнуть, но Прохор Евграфович его тоже пихнул и, в общем, вот… — она запнулась и замолчала.
— Они что, подрались? — изумленно спросил я.
— Ну, я бы так не сказала, что прям подрались. Но Прохор Евграфович его так толкнул, что Сережа повалился на диван и больше уже не вставал, помешать мне не пытался.
— Понятно, — озадаченно сказал я.
— Я просто забрала свои вещи, а еще мы с Прохором Евграфовичем вынесли мой телевизор. Сергею Кузьмичу это очень не понравилось, но у нас же во флигеле телевизора нет. А так бы хоть на кухне поставили — мы, пока едим, могли бы смотреть. Мы же с Ниной Илларионовной, как оказалось, смотрим один турецкий сериал «Пламя любви и ветер мести», очень толковый. Кстати, и Элен тоже его смотрит. А сейчас не получается смотреть, уже двадцать четыре серии пропустили, это же ужас.
— Ну да, — согласился я. — Не досмотреть сериал — это, конечно, ужас.
— Ох, не говорите. Тем более, там вторая сестра тоже исчезла…
— Так что там Чепайкин? — перевел я мысли Сашули в более конструктивное русло. — В смысле, почему он тетю Нину бросил?
— Ах да, с Чепайкиным я тоже поговорила.
— И что?
— А ничего. Он конкретно ничего не говорит. Когда я начала его расспрашивать, вызверился и сказал, что это не мое дело, точнее, даже не так: не мое собачье дело. Ну, вы же знаете Чепайкина, какой он.
— Понятно, что ничего не понятно, — пробормотал я.
— А Наиль уехал в Йошкар-Олу, так что я тоже ничего сказать не могу. Ева сейчас в Казани. Ну а Элен вот вернулась и продолжает заниматься по вашей программе плюс мои процедуры. Говорит, что давно себя так хорошо не чувствовала. Вы бы видели, какой забор она там воздвигла! — Сашуля хохотнула. — Из снега! Прохор Евграфович хотел было помочь, но она не пустила. Сама все.
— Понятно. То есть у вас, в общем, все нормально. На всякий случай присмотрите за теми мужиками внимательнее. Записывайте все показатели в журнал, я приеду — проанализирую. И, если этот Колян пришел в себя, его, наверное, надо покормить…
— Ну да, покормим. Я потом вам отчитаюсь, — сказала Сашуля, и мы распрощались.
Да, дела. И вроде бы нужно поскорее к ним, пока без меня там еще что-то не случилось, но права была Алена Петровна, у меня и в Москве есть важные дела. К примеру…
Черт, завтра же обещал вечером пойти в гости вместе с Борькой и Марусей! А нормального костюма у меня и нет. И денег тоже нет.
Недолго думая, я позвонил Алисе Олеговне.
— Алло, — откликнулась она недовольно.
— Алиса, привет! — сказал я. — Извини, что поздно, но…
— Да, поздно, Сергей, — холодно произнесла она. — Я уже собиралась отдыхать, у меня, между прочим, ванна с коллагеном остывает, и не хочу ничего неприятного слышать на ночь глядя. Что опять случилось?
— Алиса, можешь скинуть мне тысяч триста-четыреста на карту? В счет тех дивидендов, которые обещала начислить в январе.
— Что, прижало? — едко спросила она.
— Прижало, — не стал отрицать я. — Дорогой город Москва.
— Так ты там что ли? — Голос ее потеплел, я прямо увидел, как она улыбается. — Хорошо, сейчас пришлю. Крутишь мной, как хочешь, Сережа!
— Спасибо!
— Пожалуйста, — буркнула она и отключилась.
Минуты через три, когда я заканчивал одеваться, пришло банковское уведомление о пополнении карты на полмиллиона рублей от Юмашевой А. О.
Вот и славно. Как там оно дальше будет — посмотрим, но сейчас деньги есть и в кредиты лезть не придется.
Рассчитавшись за Сандуны, я было собрался домой к Алене Петровне, на Таганку, когда мне снова позвонили.
И на этот раз Ирина. Как бы мне ни хотелось сбросить звонок, поговорить было нужно. Выясню, чего она добивается, уж больно назойливо пробивается, а заодно попробую сам сблизиться. Пора уже начать копать самому, а не надеяться только на Караянниса.
— Слушаю вас, Ирина Павловна, — сказал я, отвечая на вызов, но демонстративно выбрав формальный стиль разговора.
— Сережа, ты почему не отвечаешь? — весело спросила она. — Ты же в Москве?
Видимо, от того, что она наконец дозвонилась, голос у нее был куда приветливее, чем мог бы быть после четырнадцати пропущенных. В той жизни она бы уже верещала в трубку.
— Да, Ирина Павловна, в Москве, — не стал отрицать я.
— Я уж думала, ты совсем пропал в этих своих Норках!
— Да в бане я был. В парилку с телефоном не ходят, так что вы уж извините.
— Мог бы и сам перезвонить! — предъявила она. — А где парился?
— В Сандунах.
— В Сандунах… — задумчиво повторила она. — Ну ладно, ты молодец, мой покойный муж тоже там частенько бывал. Медом вам, что ли, там намазано, Епиходов? Ладно, слушай, у меня к тебе разговор. Не телефонный.
— По поводу? Случилось что?