Страница 74 из 95
— То есть теоретически я могла бы наполнить магией все-все старые реликвии эдариенов? Хм… Может, это и есть выход? И так вся магия меня покинет?
Но жрец покачал головой.
— Боюсь, вы погибнете раньше, чем осуществите столь благородные намерения. Пока в мире есть сила Эдара, будут и порождения тьмы. Равновесие сил незыблемо, нравится нам это или нет.
— Значит, вариант по-прежнему один… Вернуться на Землю, забирая с собой эту магию, и тем самым возвращая этому миру равновесие сил…
И опять же, встает вопрос, насчет этого мага Лезара. Станет ли он мне помогать? Сможет ли? Захочет ли?
— Но в случившемся с вами есть и свое преимущество, Ваше Высочество, — Дейнс решил вдруг меня порадовать. — Наполнив магией реликвию, вы открыли новую грань силы, которую храните. И это место, — он обвел рукой по сторонам, словно ждал, что высоченные черные статуи помашут ему в ответ, — свидетельство тому.
— А конкретнее?
— Это изначальный храм Эдара. Когда-то в нем укрывались подобные вам, спасаясь от гонений. То есть этот храм существует на самом деле. Он физический, материальный, если вам так понятнее. Он вне привычных границ реального мира. Он даже способен сокращать расстояния. Не так, как куда более приспособленные к этому порталы, конечно. Но благодаря тому, что времени в этом месте не существует как такового, не ощутится, сколько времени заняло бы путешествие.
Серьезно? То есть я могла еще в Амадоре забраться в этот храм, посидеть тут на месте, сложив лапки и жалуясь на жизнь статуям, а потом выйти прямо на пороге дома этого неведомого мага Лезара?
Будто догадываясь о моих возмущенных мыслях, жрец спешно добавил:
— Раньше вам не было это доступно. Прошу прощения, что снова напоминаю о неприятном, но вы — лишь сосуд. Сама магия неподвластна вашей воле, для того же вас в другой мир и ссылали, чтобы пресечь малейший шанс использованиями вами этой силы. Но хоть какие-то преимущества все равно, как видите, есть. И если я способен появиться здесь лишь иллюзией, благодаря моей способности Видящего проникать взором сквозь расстояния и времена. То вы можете появиться вполне осязаемо. В час нужды советую именно так и поступить.
Отлично! Вот это действительно хорошая новость!
— А моя сестра? — спохватилась я. — Она же тоже может сюда попасть?
Но Дейнс весьма ожидаемо покачал головой.
— Сюда ведет магия Эдара. Только вам одной это подвластно.
Ладно. Не проблема. Пристрою Ламину в Дагрене, а дальше по обстоятельствам. И если вдруг сильно прижмет и вправду засяду здесь.
Только вот…
— А как именно сюда можно попасть? Какое-то заклинание? «Сим-Сим-Откройся»?
— Просто представьте это место и все.
Да ну… Вот так внезапно без заморочек? Без ритуальных жертвоприношений, рогов единорогов, пыльцы с кончиков носов фей и фоток австралийских пожарных? Серьезно? В кои-то веки все может быть и вправду просто?
Но озвучить этот вопрос я не успела, все вокруг вдруг снова заволокло темнотой.
Как по моим ощущениям, длилось это бессознание совсем недолго. Буквально закрыла глаза и сразу открыла.
Да и Рамир никуда не делся. Правда, если до этого он обнимал меня, то сейчас просто держал за руку, и что-то его хмурое лицо отражало такой спектр эмоций, словно все под куполом закончилось очень и очень плохо…
С трудом проморгавшись, все-таки веки казались непривычно тяжелыми, я только сейчас заметила, что мы уже вовсе не в городе. Ну по крайней мере не под открытым небом. А сама я лежу на довольно узкой кровати в небольшой комнате без изысков, да и каменная кладка стен наводит ассоциации то ли с замком, то ли с темницей. Зато свет из единственного арочного окна вполне себе жизнерадостный.
Я снова перевела взгляд на сидящего на стуле у моей кровати Рамира. Он будто бы чуть ощутимее сжал мою руку. Но ни слова не было произнесено, дверь в комнату открылась, являя на пороге довольно угрюмого типа с жиденькими волосами и колючим взглядом. Длинный объемный балахон на нем волочился по полу и, казалось, неизвестный только чудом на него не наступает при ходьбе. И если сам балахон был серым, цвет лица вошедшего землистым и волосы почти бесцветными, то на фоне всей этой невзрачности свежий синяк под левым глазом этого типа чудился просто буйством ярких красок, единственной кляксой цвета на черно-белом фоне.
— Очнулась, — констатировал он с таким видом, словно его это не особо-то радовало.
— Вы — тот самый магический целитель? — запоздало сообразила я. — Но вы же, вроде как, никому никогда и ни за что не помогаете…
— Ваш спутник был весьма красноречив и убедителен, — целитель бросил злобный взгляд на Рамир и даже поморщился. Похоже, подбитый глаз все еще болел.
Подойдя ко мне ближе, этот угрюмый мужчина пробурчал:
— К тому же в моих же интересах, чтобы вы поскорее поправились и уехали отсюда. Покажите правое плечо, нужно сменить повязку.
А ведь и вправду у меня плечо было основательно забинтовано. Да и сейчас тугое полотно появлялось в руках этого странного целителя словно бы из ниоткуда. Прикрыв глаза, он что-то быстро-быстро бормотал одними губами, и на струящейся сквозь его пальцы ткани сами собой проступали руны.
Пользуясь тем, что он вроде как вообще забыл о нашем присутствии я прошептала:
— Как Ламина?
— Они с Верноном отправились назад в поселение забрать наши вещи с постоялого двора, — так же тихо ответил Рамир.
— То есть с ней все в порядке? — с облегчением выдохнула я.
— Ни до нее, ни до кого-либо из укрывшихся в храме те твари не добрались, ты переняла весь огонь на себя. Во всех смыслах, — мрачно усмехнулся. Видимо, я там своими стараниями чуть ли не всю площадь в итоге им спалила. — Но это все не важно. Купол закрылся, твари уничтожены. Главное, что все обошлось. Хотя если бы не Ламина, ты бы и до целителя не дотянула. Она все это время поддерживала тебя своей исцеляющей магией.
Целитель недовольно цыкнул, словно мы ему все-таки мешали. Как раз закончил расписывать магическими рунами полотно и тут же забинтовал мое плечо, да так туго, что я чуть не ойкнула.
— К вечеру будет в полном порядке, — мрачно сообщил он Рамиру. И будто бы тяготясь нашим обществом, спешно покинул комнату, все-таки споткнувшись о свой подол на самом пороге.
Едва за ним закрылась дверь, я тут же спросила:
— Но если все обошлось, то почему тогда ты настолько хмурый? Честно говоря, меня это пугает.